Стоило выйти из переулка, как показалась река. Пока Пэк До Хон разминался, наклоняя голову, Чон Ён смотрела на фонари, светившие ярко, как днём, на людей, бегущих по длинной дорожке, на собак, вышедших на прогулку с хозяевами, на кучки школьников.
Шесть лет в тюрьме. Последний месяц, когда она работала только по ночам. Она сжималась в темноте и начисто забыла, что такое жизнь, которой кипит мир.
Голоса людей, проносящиеся со свистом велосипеды, топот кроссовок по земле — всё это казалось немного суетливым, но Чон Ён чувствовала, как грудь до отказа наполняется восторгом.
Зрелище было до того желанным, что перехватывало дыхание.
Всем телом она ощутила, что отнял у неё Пэк Тхэ Джин.
Эти самые обычные будни, вечерний воздух, мирную прогулку в парке…
— Чон Ён.
Пэк До Хон подошёл и наклонился к рассеянно смотревшей вперёд Чон Ён.
О чём она так задумалась, что совсем отключилась? В блестящих глазах Чон Ён плотно отражался самый обычный парк. Она разглядывала его, забыв обо всём, будто приехала в знаменитое туристическое место.
Он сухим взглядом окинул ничем не примечательный парк. На глаза попалась гадящая собака, велосипедист, пронёсшийся так быстро, что людям было страшно. Что такого в этой картине, что она смотрит на неё как зачарованная? Ему быстро стало скучно.
— Чон Ён?
— А, да.
Только тогда Чон Ён оторвала взгляд от парка и посмотрела на Пэк До Хона. В уголках её глаз застыла невольная горечь. До Хон, не понимая её, механически улыбнулся.
— Я побежал.
— Хорошо.
— Вы, Чон Ён, не в беговых кроссовках, так что не перенапрягайтесь.
— Хорошо…
— И если, как в прошлый раз, назревает ссора с кем-нибудь, звоните.
— Я вам что, бойцовый петух?
Ну, злость я сдерживаю плоховато, но теперь буду сдерживаться. К тому же портить себе впервые за долгое время хорошее настроение ей не хотелось.
— Давайте поспорим? — сверкнув глазами, спросила Чон Ён: ей вдруг пришла в голову хорошая мысль.
— Поспорим? Вы со мной?
— Да.
— Я, между прочим, неплохо бегаю, Чон Ён.
— Похоже на то. Но я тоже хорошо бегаю.
До средней школы она всегда бежала в эстафете, а в начальной её даже звали в секцию лёгкой атлетики. Денег не было, и спорт пришлось бросить, но если бы тогда она пошла в секцию, может, жизнь у неё сложилась бы иначе? Мелькнуло короткое сожаление.
— И, конечно, нужна фора. Вы бежите два круга, я — один, — нагло потребовала Чон Ён.
— Я давно не тренировалась.
— Ладно, хорошо.
— Окей. На старт, марш!
Пэк До Хон ещё даже не встал в стойку, а Чон Ён уже пулей сорвалась с места. Быстро-быстро застучали по земле подошвы.
Может, оттого, что она давно не дышала ночным воздухом, ей было очень приятно чувствовать, как свежесть наполняет лёгкие.
Решив, что убежала уже достаточно далеко, Чон Ён украдкой оглянулась.
Пэк До Хон уже бежал рядом с ней.
— Я вперёд.
Ха…
Она пустила в ход все подлые и бесчестные приёмы, какие только можно, а Пэк До Хон обогнал её, даже не запыхавшись.
* * *
Чон Ён, держась за живот, сошла с дорожки и согнулась пополам. Дыхание сбилось до предела. Грудь раздувалась так, что, казалось, вот-вот разорвётся.
Бок так болит. Руки и ноги стали ватными.
— Чон Ён. Попейте.
Пэк До Хон протянул ей воду, купленную в ближнем магазине. Чон Ён схватила бутылку и залпом осушила половину пол-литровой бутылки. Холодная чистая вода скользнула по горлу. Только тогда стало немного легче. Чон Ён так и плюхнулась на землю.
Она давно не бегала, и теперь тело плохо её слушалось.
Но победа осталась за Чон Ён. Потому что в какой-то момент Пэк До Хон остановился и стал её ждать.
— Давайте не засчитывать спор.
— Почему? Вы ведь выиграли, Чон Ён.
— Это, по-вашему, выиграла? Вы мне поддались.
Она думала, что, пока Пэк До Хон пробежит два круга, она успеет хотя бы один, но, если бы он ей не подыграл, она еле-еле пробежала бы и круг. Пэк До Хон с улыбкой смотрел на Чон Ён.
В отличие от неё, насквозь мокрой, он даже не вспотел.
— Мне было интересно, что вы попросите.
Чон Ён подняла на него глаза. Но от его взгляда ей почему-то стало не по себе, и она опустила глаза.
— Я хотела узнать, почему вы не ладите с Пэк Тхэ Джином.
— Знал бы — не поддался бы.
— Вот и я говорю: не надо. Я же не по-настоящему выиграла.
Чон Ён поднялась. Пэк Тхэ Джин и Пэк До Хон. Когда она видела их в родительском доме Пэк До Хона, она примерно догадалась, что к чему. И всё же хотела копнуть поглубже потому, что…
Ей было интересно, насколько сильно он ненавидит Пэк Тхэ Джина.
Если он ненавидит Пэк Тхэ Джина ровно настолько, чтобы, когда всё закончится и вскроется её ложь, отнестись к этому спокойно, — может, потом он её и простит.
Но, подумав чуть глубже, она, кажется, смутно поняла.
Он так ненавидит Пэк Тхэ Джина, что даже поселил у себя дома её, совершенно чужого человека. На душе у Чон Ён стало ещё тяжелее. Казалось, к пищеводу подступает горечь.
— Больше ничего не хотите?
Чон Ён не могла оторвать от него взгляда. Узнав, что у меня нет завещания, сможет ли он так же красиво мне улыбаться?
Что бы там ни было, а этой улыбки мне будет жаль.
— Отвезите меня вон туда.
Чон Ён вытянула руку и показала на высокую башню вдалеке. Это была самая высокая башня в Сеуле.
— Туда? Сходим в ресторан там?
— Нет. Мне хватит смотровой площадки.
— Раз уж поедем, заодно и поужинаем.
Незачем. Чем больше она ему задолжает, тем тяжелее на душе. Скоро придётся предать человека, который так добр к ней лишь потому, что верит, будто у неё есть завещание, — и это оказалось куда неприятнее, чем она думала. Под ложечкой всё время ныло, и Чон Ён сделала вид, что не услышала.
— Вставайте.
Пэк До Хон протянул ей руку. Чон Ён чуть помедлила, но взялась за неё. Сухая и тёплая рука целиком обхватила её ладонь и подняла её. Едва встав, Чон Ён выдернула руку.
Внутри, в груди, разлился жар.
Кто тут ещё кого соблазняет.
— Заедем домой, соберёмся и поедем? А то вид у меня никуда не годится.
Пэк До Хон посмотрел на свой спортивный костюм и смущённо улыбнулся. Что его в таком виде и в ресторан с тремя звёздами Мишлен пустят, Чон Ён говорить не стала.
* * *
Все стены лифта были экранами. Двоих окружили яркие, мельтешащие рекламные ролики.
То ли время было неудачное, то ли им повезло, но, к счастью, в лифт сели только они вдвоём. Чон Ён с любопытством озиралась по сторонам.
— Я не хотела, чтобы мы ехали вот так основательно. Мне и одежда такая не идёт.
Чон Ён теребила подол платья.
Она и так переживала, что у неё нет одежды, подходящей для дорогого ресторана, но пригодились вещи, которые Пэк До Хон ей раньше купил в универмаге. Их купили даже без примерки, но размер почему-то подошёл идеально. Чёрное платье простого фасона до колен, а на ценнике, на который она мельком взглянула, было целых шесть нулей.
Чем больше нулей, тем длиннее тянулся хвост вины.
Чон Ён хотелось всего лишь, как туристке, подняться на смотровую площадку и полюбоваться ночным Сеулом.
— Почему? Вам очень идёт.
Чон Ён покраснела и забилась в угол лифта. Прислонившись к стене, она смотрела на него. На нём была простая рубашка и брюки, ничего особенного, и всё же от него веяло какой-то нездешней элегантностью.
Ну правда, бесит. Почему каждое его слово звучит так ласково?
Так ведь и правда безнадёжно в него влюблюсь.
Только когда лифт приехал, Чон Ён смогла оторвать от него взгляд.
Выходя из лифта, Чон Ён не могла скрыть волнения.
На этой смотровой площадке она была впервые.
Когда она впервые перебралась в Сеул, ей больше всего хотелось побывать именно здесь, но так и не нашлось времени — ни разу не довелось.
Они вошли в ресторан, и их проводили к столику у окна, из которого был виден ночной Сеул. Даже когда Пэк До Хон подошёл отодвинуть ей стул, она стояла, прилипнув к окну, и не могла оторвать глаз от ночного города.
Самое высокое место в Сеуле. Ей всегда хотелось здесь побывать. Взрослая жизнь, которую когда-то представляла себе маленькая Чон Ён, была совсем не такой. Она мечтала о яркой жизни. Хотела жить среди всеобщего восторга, аплодисментов и восхищённых криков.
Была ли эта мечта такой уж непомерной, она и сама не знала.
Может, всё потому, что я детдомовская, у которой ничего нет?
Будь у меня родители, было бы иначе?
Тогда она, наверное, не виляла бы благодарно хвостом, как собака, перед дешёвым вниманием Пэк Тхэ Джина. И ничего этого бы не случилось.
Ночной Сеул, увиденный глазами судимой, был лишь печальным. Ослепительные, до головокружения яркие огни мерцали где-то там, куда не дотянуться. Красиво, но не её. И, наверное, никогда в жизни не станет её.
— Так нравится?
— Да.
До Хон обошёл стол и сел на своё место.
И в парке тоже. Что такого в каком-то ночном виде, что она от него оторваться не может? Ча Чон Ён была так заворожена видом снаружи, что, не будь здесь стекла, она, казалось, того и гляди выпрыгнула бы.
Неужели даже эта простодушная наивность — чтобы меня соблазнить?
Если так, может, стоит поддаться — хотя бы за старание? По крайней мере, это изобретательно.
Только когда официант подошёл и положил меню, Ча Чон Ён села.
Открыв меню, Ча Чон Ён тут же нахмурилась.
— Охренеть. Цены конские.
До Хон хмыкнул. Длинными пальцами он прикрыл рот.
— Почему тут так дорого?
— За вид. Что будете?
— Ну, стейк.
На душе у Чон Ён прибавился ещё один груз. Она позвала его сюда, потому что хотела только посмотреть со смотровой площадки, а раз уж как-то само собой вышло, что они и ужинают, ей стало тревожно. Хотя ужинать предложил, конечно, Пэк До Хон…
— Тогда я сам закажу.
— Хорошо.
Для Пэк До Хона эти деньги, наверное, ничего не значили, но спокойнее от этого не становилось.
— Будете вино?
— Да…
Чуть подумав, Чон Ён кивнула. Выпивку она не особенно любила, но немного захмелеть было бы кстати, чтобы сблизиться с Пэк До Хоном.
Пэк До Хон основательно заказал стейк, пасту, салат и ещё вино.
◆ ◇ ◆ ◇ ◆
Спасибо, что дочитали!
Больше глав и продолжение — на сайте:
https://chaptify.ru/novel/kakaya-tam-mest-7d1a21
Поддержать перевод и читать раньше — на Бусти:
https://boosty.to/novelslab