Онлайн чтение книги Преимущество Advantage
30 Перед матчем: Разминка

На следующий день Чхэ Хён твердо решила не включать телевизор и не смотреть в телефон. После плотного завтрака и хорошего сна туман в голове, казалось, немного рассеялся.

Первым делом она достала блокнот и ручку, села за маленький раскладной столик, который всегда стоял в гостиной, и решила записать всё, что с ней произошло, ничего не упуская.

«Меня зовут Чан Чхэ Хён. На момент написания этого текста, в марте 20XX года, мне двадцать лет. И это запись того, что случилось с моей семьей...»

Можно было бы включить компьютер и напечатать это, но она знала, что не пройдет и часа, как она откроет браузер. Начнет бесцельно лазить по любимым интернет-магазинам или читать новости о знаменитостях, которые не имеют к ней никакого отношения, растрачивая эмоции впустую.

Поэтому она хотела отключиться от всего, остаться наедине с собой, сжимая ручку, и сосредоточиться. Ей нужно было оглянуться на прошлое и отточить свой гнев, сделать его острым и пронзительным. Только так она сможет выковать клинок, которым кого-нибудь пронзит.

Ах... Тяжело.

Два дня напролет она шаг за шагом восстанавливала хронологию событий последнего года. Без прикрас описала всё, что, по её предположениям, пережил брат.

Записала самые запоминающиеся разговоры с Хэ Сон. И те грязные слова, которые выплюнул Чхэ Сон Джин, когда устроил дебош в маникюрном салоне сестры.

По мере того как она старалась писать максимально подробно, она чувствовала, как бурлящий гнев постепенно остывает и кристаллизуется. И тогда она начала замечать вещи, которые раньше ускользали от её внимания.

Также она где-то слышала, что пространство, в котором ты живешь, отражает состояние твоей души. И её дом действительно напоминал те «мусорные дома», которые показывают в интернете.

Честно говоря, с того дня, как Чхэ Хён попала в аварию в день экзамена, и до смерти Хэ Сон, хоть они и говорили об уборке, в доме был бардак. Вещи брата они с Хэ Сон разобрали, но вещи Хэ Сон так и лежали нетронутыми.

— Сестра, можно я буду это носить?

В тишине пустого дома Чхэ Хён начала разбирать следы жизни, оставленные Хэ Сон. Ей хотелось бы сохранить всё, к чему прикасалась сестра, но теснота квартиры не позволяла этого сделать.

— Это сестра подарила мне на день рождения, помнишь?

Находя вещи, связанные с воспоминаниями о Хэ Сон, она прижимала их к груди и плакала. Те предметы, с которыми были связаны хорошие воспоминания, она мысленно «хоронила» в своем сердце, продолжая разговаривать с Хэ Сон.

Кроме того, занимаясь такой простой вещью, как уборка, она отчетливо поняла важность окружения. Мусора набралось на несколько больших пакетов.

Ведя своеобразный дневник, она училась заглядывать в себя, а когда грязное и захламленное пространство стало чистым, прояснилось и в голове. Теперь она, кажется, понимала, почему в контейнере-офисе Крюка было так чисто.

Конечно, четкого плана действий на будущее пока не появилось. Но после недели затворничества и сосредоточенности на себе она, казалось, нашла если не ответ, то хотя бы направление.

«Приходи на свалку, поужинаем вместе. Желательно к 6 вечера».

Сообщение от Крюка, пришедшее спустя десять дней, было кратким и простым. Раз он её позвал, значит, что-то узнал? С легким волнением Чхэ Хён отправила ответ.

«Хорошо, поняла».

«И в этот раз пешком не ходи. Я пришлю Юн Бома, которого ты видела раньше, приезжай на машине».

«Я могу и сама».

«Когда взрослые говорят, слушайся и отвечай "да". Длинноволосый Чан Джэ Хён».

«Меня зовут Чан Чхэ Хён, вообще-то».

После последнего сообщения Чхэ Хён ответа от Крюка не последовало. Надув губы, Чхэ Хён всё же решила, что нужно хотя бы помыть голову, и направилась в ванную.

Оделась она в самое удобное, что у неё было, и обула кроссовки. Спустившись ко входу в дом в назначенное время, она увидела покрытый пылью внедорожник.

— Как поживала?

— Хорошо. А вы как, господин Юн Бом?

— Да я-то что. Вечно занят, прислуживаю нашему боссу.

Когда Чхэ Хён села на пассажирское сиденье, Юн Бом, сидевший за рулем, с улыбкой поздоровался. Переключив передачу и крутя руль, Юн Бом, жуя жвачку, направил машину к месту назначения.

— Можно называть тебя Чхэ Хён?

— Да, конечно.

— Я Хэ Сон тоже хорошо знал. Слышал о тебе иногда.

— Я тоже от сестры о вас часто слышала.

— Правда? И что Хэ Сон говорила?

— Что в плане верности вы лучший из всех, кого она знает.

— Надо же, малая Хэ Сон умеет красиво говорить.

Юн Бом с теплотой посмотрел на Чхэ Хён. Она знала от Хэ Сон, какие отношения связывают его с Крюком. Он был одним из тех преданных людей, кто покинул организацию вслед за Крюком, когда того изгнали, отрубив руку.

Крюк открыл свалку и стал боссом. А бывшим бандитам, работающим с ним, он раздал должности, пусть и формальные. Чхэ Хён не знала их внутренней иерархии, но ей было удобно называть их всех просто «господин» или «менеджер».

Люди, о которых она только слышала от Хэ Сон, начали помогать с похорон брата, и так она понемногу запомнила их лица. А после смерти Хэ Сон между ними возникла своего рода близость и чувство локтя, пусть и в печальном смысле.

Иногда она представляла: а что, если бы она была бандитом? Смогла бы она вот так, отказавшись от богатства и славы, последовать за своим хозяином на самое дно?

Честно говоря, она, скорее всего, трусливо переметнулась бы к другому боссу. Поэтому Юн Бом и другие подчиненные Крюка, работающие на свалке, вызывали уважение. И Крюк, сумевший удержать таких людей рядом, должно быть, в их мире считался хорошим человеком.

Конечно, когда она впервые услышала эту историю, она ругалась, называя их бандитскую верность собачьей чушью. Но она и подумать не могла, что её жизнь вот так переплетется с бандитами. Сегодня она усвоила еще один урок: жизнь непредсказуема, и не стоит никого осуждать сгоряча.

Из-за пробок они опоздали минут на пять. Юн Бом, идя впереди, остановился перед знакомым контейнером и постучал.

— Заходи, Чхэ Хён.

— Да.

— Я в туалет схожу, а потом позвоню в доставку, чтобы ужин принесли.

— Вы же с нами поедите?

— Ага. В следующий раз скажи ему, чтобы вел в ресторан. Босс тоже дает, звать ребенка сюда на ужин.

Чхэ Хён подмигнула Юн Бому, который, махнув рукой, повернулся спиной, и открыла дверь контейнера. Раз Юн Бом постучал, Крюк уже знал, что она пришла. Он разговаривал по телефону и жестом пригласил её сесть, продолжая беседу.

— …….

Она не подслушивала специально, но, похоже, Крюк и правда был бизнесменом. Он говорил что-то про погрузку металлолома на судно и экспорт, а Чхэ Хён достала телефон и начала искать в интернете всякую ерунду.

Разговор закончился быстрее, чем она ожидала. Положив трубку, Крюк с запозданием обратил на неё внимание.

— Пришла?

— Да. Благодаря вам добралась с комфортом. Спасибо.

— Надо же. Даже благодарить умеешь.

— ...За кого вы меня принимаете?

Небрежно бросив телефон на стол, он достал сигарету и сунул в рот — видимо, заядлый курильщик. Хэ Сон тоже курила, но не так много. Брат курил немного в юности, но, став взрослым, бросил.

Встав с места, Чхэ Хён открыла маленькое окно в контейнере. Нарочито помахав рукой перед лицом, разгоняя дым, она выразительно посмотрела на Крюка, намекая, чтобы он прекращал дымить.

Крюку её поведение показалось забавным, уголки его губ поползли вверх. Затушив наполовину выкуренную сигарету в пепельнице, он с улыбкой в голосе спросил:

— Ну, давай сначала послушаем, чем ты занималась, заперевшись дома?

— Ничем особенным. Разбирала вещи сестры, убиралась. Дневник писала.

— ...Много всего сделала. Я думал, будешь только реветь.

— …….

— Значит, голова немного прояснилась?

Вместо ответа она кивнула, и Крюк сделал то же самое. С выражением облегчения от того, что Чхэ Хён успокоилась, он постучал своим острым металлическим крюком по столу.

Задумавшись на мгновение, Крюк убрал руку и сел на стул. Серьезное лицо, с которым он смотрел на Чхэ Хён, было точь-в-точь таким же, как в морге, когда он опознавал тело Хэ Сон.

Поняв, что сейчас начнется серьезный разговор, она напряглась, и в то же время ей нестерпимо захотелось говорить. Хотелось сказать ему, что эти десять дней дома она не просто писала дневник и убиралась. И Крюк, похоже, это заметил.

— У тебя на лице написано, что ты хочешь многое сказать.

— Даже если я сейчас скажу что-то абсурдное, пожалуйста, не ругайте меня слишком сильно.

— С чего бы мне тебя ругать?

— …….

— Выкладывай всё, что у тебя в голове, по порядку. Я умею слушать до конца.

Наклонившись вперед, Крюк поставил локоть своей единственной руки на стол. Подперев подбородок рукой, он всем видом показал, что готов внимательно слушать Чхэ Хён. Раз он настроен серьезно, она тоже соберет в кулак свои безумные мысли, крутившиеся в голове, и выскажет их.

Чхэ Хён набралась смелости и прочистила горло, но в этот момент раздался стук, и, как по заказу, в контейнер вошел Юн Бом.