— Ху-у, Да Ён.

— М-м.

— А, вот так. Умница.

Она прижалась головой ближе к низу живота Сон Джу. Приоткрыв рот, словно для разогрева, Чхэ Хён несколько раз глубоко взяла член в рот и выпустила. Когда его твердая плоть заблестела от её слюны, она пустила в ход язык. Сначала она облизала головку, водя языком из стороны в сторону. Выделяющаяся от возбуждения предсеменная жидкость естественно наполняла рот Чхэ Хён. Она с чмоканьем посасывала самый кончик, а затем, напрягши язык, заострила его во рту. Чхэ Хён настойчиво проникала в крошечную щелочку, откуда сочилась жидкость, дразняще стимулируя её.

— Ха-а… блядь.

В сексе Сон Джу всегда доминировал. Поэтому только в такие моменты Чхэ Хён могла заставить его подчиниться. Она видела, как дергается его твердый, мускулистый низ живота. Убедившись, что он сдерживает нарастающее желание кончить, Чхэ Хён снова взяла член в рот. С влажными чмокающими звуками маленькая голова Чхэ Хён то опускалась до самого его пупка, то поднималась. Когда она начала сосать член так, что впали щеки, Сон Джу с низким стоном потянулся к столу. Чирк. Сон Джу зажал в губах сигарету и глубоко затянулся. Кажется, к нему вернулось самообладание, потому что он смотрел на Чхэ Хён сверху вниз с довольно расслабленным видом. И Чхэ Хён должна была держать его член глубоко во рту до тех пор, пока он не выкурит сигарету до конца.

— У-у… м-м, м-м-м….

От того, что она долго держала член во рту, сосала и облизывала, челюсть начало сводить. Чхэ Хён, которой стало тяжело, выпустила член изо рта, чтобы перевести дух, и в этот момент Сон Джу, докурив, медленно встал.

— Не забывай, что раз уж ты начала, то не можешь закончить первой.

— Поняла я… Только на лицо не кончай, я сегодня так красиво накрасилась.

— Я не про то, куда кончать.

— …….

— Понимаешь, о чем я?

 — Да, понимаю.

Значит, пока Сон Джу её не отпустит, она не может по собственной инициативе разорвать эти отношения. Чхэ Хён, кивнув в знак согласия, подумала: если бы Сон Джу знал, о чем она сейчас думает, как бы он поступил? Сон Джу думает, что запирает её в уютной золотой клетке, но на самом деле он сам угодил в ловушку, расставленную Чхэ Хён.

— А-а, м-м… у-ух….

Послушно, как он и велел, Чхэ Хён открыла рот. Сон Джу одной рукой обхватил её за затылок, а другой крепко взял свой член. Х-х-х! Давненько он такого не делал, видимо, сегодня Сон Джу тоже сильно возбудился. Или же он хотел основательно пометить её как свою. Длинная и толстая плоть, доставшая до самого язычка, на мгновение перехватила дыхание. Горячий, твердый член безжалостно вбивался в слизистую. Лицо Сон Джу, с силой вколачивающего член в рот Чхэ Хён, было искажено от крайнего возбуждения. Всё-таки Чан Чхэ Хён не могла выносить его вкусы. Но сейчас она была Пак Да Ён, поэтому терпела, делая вид, что наслаждается. Слюна стекала по подбородку на грудь. Каждый раз, когда к горлу подступала тошнота, он вытаскивал член, но от непрекращающихся глубоких проникновений у неё мутилось в голове. Как бы Чхэ Хён ни мотала головой, показывая, что больше не может, и даже плакала, ему было всё равно.

— Терпи.

Он то терся головкой о мягкие губы Чхэ Хён, то похлопывал её по щекам. Каждый раз, когда высокомерие во взгляде Сон Джу, смотрящего на неё сверху вниз, проявлялось подобным образом, она чувствовала себя невероятно униженной. В глубине души ей хотелось дать Сон Джу пощечину, но так как это был секс по обоюдному согласию, она делала вид, что всё в порядке и ей это нравится. Но она ничего не могла поделать с тем, что в такие моменты ей казалось, будто всё рушится. Сон Джу не просто терся членом о внутреннюю сторону её щек, он вдалбливал его с такой силой, что из глаз Чхэ Хён невольно катились слезы; в этот момент он обхватил её голову обеими руками.

— М-м, у-ух….

Грубые толчки бедер безжалостно мучили Чхэ Хён. Казалось, челюсть вот-вот вывихнется. Но Сон Джу, не давая ей ни малейшей поблажки, с низким стоном излил свое семя ей в рот.

— Глотай.

Закончив, Сон Джу вытащил член и приказал. Чхэ Хён кивнула и сделала, как он велел, но, хоть она и привыкла к этому, глотать всё равно было тяжело. Охотно проглатывать специфическую вязкую жидкость с солоноватым привкусом было настоящей пыткой. Она с трудом проглотила семя мужчины, и её плечи невольно содрогнулись.

— Проглотила? А теперь вставай.

— Зачем….

— Сама подумай.

Сон Джу, подняв сидевшую Чхэ Хён, мягко подтолкнул её. Бедра и ягодицы Чхэ Хён коснулись чего-то твердого. Это был стол. Сон Джу ухмыльнулся, приподняв один уголок губ. Ей и так было противно от того, что всё вокруг рта было перепачкано. Да и сидеть на чужом столе в одних трусиках — тоже то еще удовольствие. А то, как глаза Сон Джу порочно сузились в улыбке, было самым опасным сигналом. Глаза Чхэ Хён, не понимающей, что задумал Сон Джу, тревожно забегали из стороны в сторону.

— Повернись спиной.

— Будем прямо здесь? Давай лучше на диван, директор.

Сон Джу, проигнорировав её взгляд в сторону дивана, развернул её. Чхэ Хён оказалась спиной к нему в нелепой позе, и он начал понемногу подталкивать её вперед. Пока Сон Джу крутил ею туда-сюда, между ног Чхэ Хён оказался угол стола. К счастью, край был закругленным, а не острым, так что она не поранится, но что вообще происходит?

— Ага, вот так… А, отлично.

— Что ты делаешь, а? Я лягу на диван, ну давай?

— Сначала вот это.

Убедившись, что угол стола упирается прямо в промежность Чхэ Хён, Сон Джу начал медленно давить. Чтобы удержать равновесие от давления на спину, Чхэ Хён бессознательно оперлась руками о стол. Поза напоминала то, как человек, слегка наклонившись вперед, сидит верхом на коне для гимнастики. Но из-за того, что угол стола ощутимо давил на промежность, ощущения и сама поза были настолько странными, что Чхэ Хён на мгновение растерялась.

— А-а…. Я всё сделаю, как ты скажешь, но здесь так делать не надо.

Когда Сон Джу завел её запястья за спину, она подумала, что он просто уложит её на стол и займется с ней сексом. Но оба запястья Чхэ Хён оказались крепко связаны. Сон Джу снял галстук и связал её.

— Директор, я так не хочу. Сколько раз говорить, давай пойдем на диван.

— А меня стол возбуждает больше. Что будем делать?

— Мне тоже нравится, когда ты меня связываешь, но не заставляй меня так сидеть, это странное чувство.

— Разве так не острее ощущения? Да Ён, двигай бедрами так же, как только что делала это со мной.

Чхэ Хён повернула голову назад. Она снова и снова умоляла Сон Джу перейти на диван, если он хочет заняться сексом, но ему было всё равно. К тому же, Сон Джу стоял вплотную сзади, так что Чхэ Хён не могла пошевелиться. Проблема была не только в связанных руках; выпрямиться, оттолкнуть его и уйти отсюда было практически невозможно. Вкусы у него были довольно специфическими, и он часто бывал скрыто властным. Казалось бы, она уже должна была привыкнуть, но иногда ей становилось страшно, как сегодня. В такие моменты она всегда вспоминала, что сделали с её погибшим братом. Особенно когда Сон Джу вот так имитировал проникновение сзади, эти воспоминания всплывали в её памяти.

«А! А! Пожалуйста… пожалуйста, хватит! А! …А!»

Чхэ Сон Джин, заявившийся в маникюрный салон Хэ Сон, двигал бедрами, имитируя секс по-собачьи. И она прекрасно понимала смысл его слов тогда, а сейчас понимает их еще лучше. И тот момент, когда несколько мужчин в черных костюмах, пришедших с ним, словно подыгрывая ему, делали то же самое, глядя на Чхэ Хён, — этот момент тоже был до сих пор свеж в памяти. Внезапно обрывки ужасных воспоминаний хлынули, как прилив, переплетаясь с реальностью. При мысли о том мерзком и отвратительном инциденте в маникюрном салоне у неё возникало странное чувство. Точнее, голова шла кругом. Именно с того момента. В голове словно произошло временное короткое замыкание, и она перестала соображать.

— У-х….

Наверное, это действительно было похоже на езду верхом. Сон Джу слегка стянул трусики с Чхэ Хён, чьи руки были связаны за спиной. Благодаря трусикам, еле державшимся под ягодицами, тупой угол стола не впивался напрямую. Но выступающая часть твердого стола постоянно давила на область клитора Чхэ Хён. Из-за связанных рук ей казалось, что она вот-вот упадет вперед, и каждый раз, когда она напрягала пальцы ног, чтобы удержаться, угол стола впивался в промежность еще глубже.

— Чхэ Сон Джу, извращенец… блядь… мне, тяжело… о-о… ха-а….

— Каждый раз, когда я буду думать о тебе на работе, я буду трогать это место.

— Бля… ах, ноги не держ….

Если бы он не связал ей запястья, она могла бы опереться обеими руками о стол, и держать равновесие было бы гораздо проще. Из-за того, что корпус был наклонен вперед, пятки естественно отрывались от пола. Но из-за связанных за спиной рук удержать равновесие было невероятно сложно. Чтобы не упасть вперед, ей приходилось напрягать бедра. Это было похоже на то, как если бы она балансировала на гимнастическом коне только за счет силы ног. Поэтому, как бы Сон Джу ни хотел подольше наслаждаться этой стимуляцией, у Чхэ Хён просто не хватало физических сил. Почувствовав, что ноги подкашиваются, Чхэ Хён не удержалась и завалилась вперед.

— Не делай так, я не хочу.

— Раз не хочешь, значит, я хочу еще больше?

В её промежность всё еще был наполовину вдавлен треугольный угол стола. При этом её ягодицы, с которых были наполовину стянуты трусики, были приподняты вверх. Это было действительно ужасное зрелище — в совершенно ином смысле.