— Но я всё-таки хочу, чтобы ты, Да Ён, переехала в отель и жила там, пока мы не найдем квартиру.
— Я же говорила: на этот раз я точно уволюсь и после Чусока перееду.
— И после Чусока опять начнешь придумывать отговорки, что людей не нашли и всё такое. Моему терпению тоже есть предел.
— Я поняла. Сон Джу.
— Это в последний раз, так что увольняйся наверняка. Если опять начнешь нести чушь, я просто куплю эту фабрику.
— Мы ударили по рукам, что я работаю до последнего дня перед праздниками, так что в этот раз всё точно, поверь мне.
Чхэ Хён мягко успокаивала Сон Джу, во взгляде которого читались накопившиеся обида и недовольство. Поглаживая ладонью его руку с выступающими венами, она кивала, обещая непременно сдержать слово.
И тогда Сон Джу, словно мгновенно оттаяв, крепко сжал её руку и не отпускал. Его горячий взгляд, устремленный на Чхэ Хён, заставил её сердце сильно забиться.
Взяв палочки, Чхэ Хён подцепила кусочек отлично прожаренной говядины. Не желая, чтобы Сон Джу видел её лицо в момент растерянности, она сделала вид, что полностью поглощена едой.
Сон Джу, читавший её как открытую книгу, слегка усмехнулся. Как-то даже немного ехидно.
— А с машиной что будешь делать? Так и будешь на ней ездить?
— Если я приеду на фабрику на дорогой машине, там такой переполох начнется. Я не вынесу этих косых взглядов. Так что дай мне тихо уволиться и начать новую жизнь, ладно?
Естественно, Сон Джу не собирался ограничиваться только покупкой квартиры. Спорткар, который просила Чхэ Хён, тоже был уже заказан.
Поэтому он предложил ей пока поездить на любой из его машин, пока её не доставят в Корею, но Чхэ Хён нашла отговорку. Сказала, что не вынесет сплетен за спиной.
В словах Чхэ Хён был смысл, поэтому Сон Джу пришлось на время отступить. Как бы то ни было, в последнее время казалось, что Сон Джу готовит много сюрпризов.
— Кстати, насчет той «Ламборгини», придется немного подождать. Мне сказали, что на доставку уйдет около года.
— А почему так долго?
— Хочу подарить тебе самое лучшее, что есть в мире.
— Ах, от одних только слов уже приятно.
Когда скулы Чхэ Хён приподнялись в широкой улыбке, Сон Джу тоже радостно заулыбался. Для него купить счастье за деньги было проще простого, но Чхэ Хён было жаль предавать Сон Джу, который так искренне старался завоевать её сердце.
— Тебе завтра на работу, так что давай закругляться. Я отвезу тебя, отдохни дома как следует.
— Да, хорошо.
Парковка находилась прямо у здания ресторана, так что идти до машины было недалеко. Сон Джу уже как нечто само собой разумеющееся взял Чхэ Хён за руку. И за те несколько шагов, что они прошли, он ни на секунду не выпустил её руку из своей большой ладони, крепко переплетя их пальцы.
Только подойдя к машине, Сон Джу отпустил руку Чхэ Хён и достал из внутреннего кармана пиджака черный портсигар. Легко открыв его кончиками пальцев, он посмотрел на Чхэ Хён, предлагая ей выбрать. С какого-то момента Сон Джу стал носить с собой не только свои сигареты, но и те, что курила Чхэ Хён.
— Будем курить одинаковые.
— Точно эти вкуснее?
— Угу, мне нравится, что у них вкус Чхэ Сон Джу.
Когда Чхэ Хён достала из сумки портативную пепельницу, Сон Джу вставил сигарету ей в губы. Затем он лично поднес зажигалку; раздался щелчок, вспыхнуло красное пламя, и только после этого Сон Джу достал сигарету и для себя.
— …….
Раньше она вообще не понимала, как люди курят эту гадость, но теперь ей казалось, что она начала понимать, почему от этого так сложно отказаться. Ведь это напряжение, возникающее, когда они молча смотрят друг на друга, затягиваясь тлеющими красным огоньком сигаретами, было таким притягательным.
— Поедем?
— Угу.
Благодаря предупредительности Сон Джу, который неизменно открывал перед ней дверь, Чхэ Хён села в машину, даже не пошевелив пальцем. Он сам пристегнул ей ремень и только после этого обошел капот и сел за руль.
— Если нужно, можно полностью переделать интерьер, так что заранее присматривай красивую и стильную мебель.
— Я и так в последнее время постоянно смотрю приложения с красивыми интерьерами.
— Если будешь много смотреть, слушать и пробовать, твой вкус естественно разовьется, так что делай всё, что захочешь, Да Ён.
— Хочешь сказать: «Не будь деревенщиной и не позорь Чхэ Сон Джу»?
— Что-то в этом роде.
Ощущение того, как алкоголь, бегущий по венам, расслабляет тело, было весьма приятным. Чхэ Хён, с легкой истомой на лице, поддакивала словам Сон Джу.
Сон Джу тоже, видимо, заметил, что от одной бутылки пива она слегка захмелела. Ведя машину, он то и дело поглядывал направо и улыбался. Конечно, он не забывал при этом одной рукой понемногу переходить к активным действиям.
Когда они не держались за руки, правая рука Сон Джу обычно лежала на колене или бедре Чхэ Хён. Иногда он просто держал её там, но часто, как сейчас, его движения не оставляли сомнений в его намерениях.
— …….
То ли из-за того, что ткань платья не прилегала плотно к телу, шуршащие, щекочущие прикосновения ощущались особенно остро. Рука мужчины, уже скользнувшая на внутреннюю сторону левого бедра, нежно ласкала чувствительную кожу.
Он то слегка сжимал её и отпускал, то легонько царапал кончиками пальцев, а то всей ладонью круговыми движениями поглаживал внутреннюю часть бедра, и Чхэ Хён, конечно же, не могла этого не чувствовать. От ласк Сон Джу в сокровенном месте постепенно нарастало тянущее ощущение.
Наверное, поэтому она даже не заметила, как они доехали до её дома. В душной тишине машины Сон Джу, должно быть, тоже уже извелся от желания, и кровь прилила к его нижней части.
Машина Сон Джу остановилась в самом темном переулке рядом с жилым комплексом для женщин, где жила Чхэ Хён. Для него это был очень удачный день. С того места, где они остановились, снаружи было почти не видно, что происходит в салоне.
— Побудь со мной еще немного, потом пойдешь.
Сон Джу, только что заглушивший двигатель, отстегнул ремень безопасности и полностью повернулся к пассажирскому сиденью. Затем, придвинувшись вплотную, он сделал вид, что расстегивает ремень Чхэ Хён, и начал соблазнять её так, что отказаться было почти невозможно.
Сон Джу со взглядом, говорящим о том, что он ни за что не отпустит Чхэ Хён просто так, пододвигался всё ближе.
— Я же сказала, у меня месячные.
— Я знаю, давай просто посидим так.
Горячее дыхание мужчины переместилось от уха Чхэ Хён к затылку. Мягкие, горячие губы Сон Джу коснулись её шеи, и по телу пробежал разряд тока.
От шеи к щеке. От щеки ко лбу. Снова от лба к щеке — звуки его поцелуев начали заполнять салон машины.
Двери были закрыты, и они были здесь одни, но кто-то мог увидеть их снаружи. И в тот момент, когда тревога от того, что это не полностью закрытое пространство, начала сменяться странным возбуждением:
М-м-м….
Губы Сон Джу коснулись губ Чхэ Хён. Не разбирая, кто начал первым, они жадно впились друг в друга, сплетаясь губами. Горячий язык мужчины проник внутрь, безжалостно исследуя каждый миллиметр и полностью поглощая Чхэ Хён. Естественно, верхняя часть тела Чхэ Хён тоже наполовину развернулась к Сон Джу.
— А….
Сон Джу притянул Чхэ Хён за талию к себе. Точнее будет сказать, что он поднял её и усадил себе на колени.
Чхэ Хён, оказавшись верхом на мужчине, почувствовала между ног что-то толстое и твердое. Когда их влажные губы на мгновение разъединились, чтобы перевести дыхание, руки Чхэ Хён скользнули вниз.
Расстегнув ремень и спустив молнию, она увидела боксеры, готовые лопнуть от напряжения. И потерлась о них своим сокровенным местом.
Чхэ Хён обеими руками оперлась на крепкие плечи Сон Джу. Сон Джу тоже обхватил её: одной рукой за талию, другой за ягодицы. Сон Джу начал медленно раскачивать таз Чхэ Хён взад-вперед и возбужденно прошептал:
— Да Ён, может, нам тоже завести ребенка?
— С чего вдруг такие разговоры…. Ты с ума сошел?
— Если месячные начались сегодня, больше не пей таблетки. Вообще бросай это дело.
— Да что с тобой, прекрати нести этот бред.
— Какой бред? Я собираюсь заделать тебе ребенка и жениться.
— Я… о браке даже не мечтаю… так что давай просто наслаждаться моментом, а?
Когда Чхэ Хён с выражением ужаса на лице замотала головой, Сон Джу не стал настаивать. Это был не серьезный разговор, и он понимал, что слова, сказанные во время петтинга, не имеют большого веса.
Чтобы заставить Сон Джу замолчать, Чхэ Хён осыпала его поцелуями, и он больше не произнес ни слова. Словно собираясь повеселиться по-настоящему, он лишь поспешно расстегнул несколько пуговиц на платье Чхэ Хён.
— Сон Джу, не раздевай меня полностью, а вдруг кто увидит.
— Не переживай, если так… если раздеть только вот так, то никто, кроме меня, не увидит.
Бюстгальтер был сдвинут вверх, обнажив грудь. К счастью, длинная юбка платья прикрывала их соединенные нижние части тела.
