— Прекрати, Чхэ Сон Джу…. Хватит. Я больше не могу… Я сейчас сознание потеряю, а-а….

— Я кончу наружу.

— А если промахнешься.

— Я не промахиваюсь.

— Тогда ты правда должен кончить наружу. Обещаешь?

То, что Чхэ Хён, лежащая под Сон Джу, стонала и таяла от наслаждения, было чистой правдой. Каждый раз, когда тело мужчины, двигавшего бедрами, словно волна, ударялось о нее, расходящиеся кругами пульсации дарили ей череду мелких оргазмов. Однако Чхэ Хён не потеряла рассудок окончательно. Она обманывала Сон Джу: делала вид, что сдалась и позволила войти без презерватива, изображала помешательство на сексе, будто похоть затмила ей разум.

«Сегодня на обед я ела такую дрянь, что на ужин захотелось чего-нибудь по-настоящему грязного».

И то, что они делают это без презерватива. И сообщение, которое он прислал днем после встречи со своей мачехой. И то, что он предложил стать её спонсором и взять на себя ответственность за её жизнь именно сегодня. Здесь явно что-то не так. Сон Джу, которого знала Чхэ Хён, даже будучи помешанным на сексе, не стал бы импульсивно бросаться словами, за которые не мог бы нести ответственность. У него наверняка были и другие мотивы. Значит, нужно потянуть время. Сделав вид, что долго обдумывает его предложение, она должна оценить ситуацию и понять расклад сил. Поэтому ей нужно было подыграть ему в разумных пределах и оставить пространство для маневра. Ведь сколько бы он ни кончал внутрь, ребенок не появится. Сон Джу не должен был узнать, что тело Чхэ Хён не способно забеременеть. Она могла притвориться, что предохраняется, и обмануть его. Или же сделать вид, что хочет забеременеть, не предохраняясь, чтобы привязать Сон Джу к себе. В любом случае, пока она будет просчитывать различные варианты развития событий, реальной беременности точно не случится.

— Х-х, ха-а… ух!

Колени Чхэ Хён уже были подтянуты к самой груди и разведены в стороны. Сон Джу, крепко сжимая руками её широко раздвинутые бедра, с удовольствием наблюдал за хлюпающим, измазанным местом их соединения. Похоже, острота ощущений от прямого трения без презерватива понравилась Сон Джу даже больше, чем он ожидал. Звучит нелепо, но ей действительно казалось, что член проникает в нее до самого пупка.

— Может, просто выпьешь таблетку? Чтобы я мог вколачивать вживую.

— Не хочу, сам пей… а-а….

— Я пошутил, Да Ён.

— Х-х… Хочешь, я обматерю тебя?

— Думаю, меня бы еще больше возбудило, если бы ты сказала: «Я убью тебя, Чхэ Сон Джу, блядский ты ублюдок».

Чхэ Хён, чьи обессилевшие руки обвивали шею Сон Джу, ухмыльнулась. С каждым толчком члена она издавала ритмичные, согласные носовые звуки, с удовольствием выполняя желание Сон Джу.

— Блядь… Чхэ Сон Джу… ах ты, ублюдок….

— Давай еще.

— Ублюдок ты.

— Он становится еще больше, чувствуешь?

— Да… Поэтому я и говорю, что убью тебя….

— Давай, обязательно убей, хорошо?

Не тебя, Чхэ Сон Джу. Я своими собственными руками убью твоего отца Чхэ Хи Уна и твоего брата Чхэ Сон Джина. В этот момент она говорила с Сон Джу не как Пак Да Ён, а как Чан Чхэ Хён, но он, конечно же, ничего не понял. На глазах выступили слезы, но, к счастью, Сон Джу, вероятно, решил, что Чхэ Хён плачет от переполняющего ее оргазма.

— …У, х-х-х. Ха-а, ха-ах…!

— Ху-у….

Между этими двумя людьми, которые обманывали друг друга, несомненным было лишь одно. Наслаждение, которое они испытывали сейчас, сливаясь телами, было неподдельным. Ей показалось, будто внутри нее лопнул воздушный шар, раздувшийся до такой степени, что заполнил все тело. Было ли это чисто физическим удовольствием, или же проявлением тех сложных, едва уловимых чувств, которые она испытывала к Сон Джу, — она не знала. Не желая больше задумываться об этом, Чхэ Хён закрыла глаза. Полностью доверившись Сон Джу, она всецело отдалась горячему оргазму, волнами растекавшемуся по нервам и венам. Сон Джу в ответ крепко обнял её, словно она была для него самым драгоценным сокровищем. И, конечно же, как и обещал, в момент кульминации он щедро излился белым семенем на живот Чхэ Хён, вокруг пупка.

Глава 13. Сет первый: Пятый гейм

Уже наступило разгар лета. Казалось, только вчера он встречался с мачехой, а уже в грядущие выходные должна была состояться официальная встреча их семей перед свадьбой.

— Та «Артист Студио», о которой ты просил узнать… Я навел справки, там те еще отморозки сидят.

Сон Джу, который впервые за долгое время вышел рано утром поиграть в теннис с Ха Ма, на мгновение замер. Поймав левой рукой мяч, которым он отбивал от корта перед подачей, он спросил Ха Ма по ту сторону сетки:

— Это одно из тех мест, где вытягивают деньги из начинающих артистов под предлогом дебюта?

Хотя Сон Джу сам просил навести справки, он спросил так, словно ничего не знал, прощупывая Ха Ма. Затем, как ни в чем не бывало, пару раз ударил мячом о корт и подбросил его высоко над головой.

— А, блядь! Эй, Чхэ Сон Джу! Кто так внезапно подает?!

— Сам виноват, что не следишь.

— …Ну тогда я тебе ничего не расскажу, ясно?

— Как хочешь.

Сон Джу пожал плечами, всем видом показывая: «воля твоя». Ха Ма, которого раздражала эта невозмутимость, в ответ продемонстрировал ему средний палец правой руки. Судя по реакции Ха Ма, в агентстве, с которым Да Ён расторгла контракт, определенно было что-то нечисто. Сон Джу достал из кармана еще один мяч, с силой ударил им о корт, подбросил к потолку и, нанеся точный удар ракеткой, произнес:

— Буду благодарен, если расскажешь.

— Ты просишь об одолжении и при этом продолжаешь подавать как мудак?

— Мне подавать полегче?

— У-у… блядский Чхэ Сон Джу… твои подачи все такие же острые.

Обменявшись парой фраз, они продолжили игру форхендом, но победа осталась за Сон Джу. Ха Ма не смог отбить мяч Сон Джу, который точно приземлился в пустой угол.

— Давай попьем воды, сыграем еще немного и закончим, Сон Джу.

— Пожалуй. Мне тоже пора помыться и собираться на работу.

 — А… блядь. Давно не играл, вот и мажу.

— Выбирайся почаще.

— Я для этого слишком занятой человек.

Поскольку было раннее утро и их поджимало время перед работой, они решили не играть полноценный матч, а просто размяться, обмениваясь легкими ударами. Погоняв мяч около получаса, Ха Ма подал знак, что пора сделать перерыв. Выйдя в зону отдыха, Ха Ма попил воды, отдышался и, как ни в чем не бывало, продолжил разговор, начатый на корте:

— Они известны тем, что когда кто-то требует расторжения контракта, начинают угрожать и требовать неустойку под любым предлогом. А самое главное — никто от них так и не дебютировал. Это просто мошенническая контора.

— Вот как?

— Да. Насколько мне известно, они держат там парочку актеров, которые играют эпизодические или второстепенные роли в кино или дорамах, просто для вывески. Как приманку. Чтобы наивные дурочки клевали на это и подписывали контракты.

— Понятно. Я бы, наверное, тоже так сделал.

Слегка промочив горло, они вернулись на корт и продолжили разговор, не прекращая игру.

— Говорят, сейчас там начальница — женщина, но она просто подставное лицо, а настоящий владелец — кто-то из бандитов. Хотя бандиты часто держат развлекательные агентства, обычно они не опускаются до такого откровенного рэкета.

— Удивительно, как на них до сих пор не подали в суд.

— Эй, Чхэ Сон Джу, а ты случайно… не с девчонкой из этого агентства сейчас мутишь? С чего бы вдруг такой интерес к шоу-бизнесу?

Конечно же, Ха Ма не мог этого не заметить. Мяч Сон Джу, словно выдав его смущение, не перелетел через сетку. Ха Ма, поняв, что это и был ответ Сон Джу, протянул «О-о-о» и начал допытываться:

— Они вроде специализируются на актерах.

— Да?

— Хватит притворяться. И что… ты собираешься заплатить за нее неустойку и вытащить оттуда?

 — Без комментариев.

— Да насколько же она красивая, а?

— …….

— Смотри-ка, он даже не отрицает. Ты серьезно?

— Все, пошли. Мне еще домой заехать, помыться и на работу.

Впрочем, Сон Джу сам дал ему подсказку, так что Ха Ма не мог не догадаться. Хотя Ха Ма, умирая от любопытства, донимал Сон Джу до самого расставания, он был на удивление надежным другом. То, что происходило между ними со времен учебы в Америке и до сих пор, никогда не выходило за пределы их круга. Именно поэтому Сон Джу доверял ему и мог обратиться с подобными просьбами. И наоборот. Когда солнце начало подниматься, двое мужчин, хорошенько пропотев, покинули теннисный корт.

— Отлично поиграли, до встречи.

— Надеюсь, Чхэ Сон Джу, ты сейчас едешь на работу, а не к своей девчонке?

— За кого ты меня принимаешь? За себя?

— А я вот как раз поеду спущу пар.

— Бывай.

Проигнорировав легкомысленные слова Ха Ма, Сон Джу сел в машину. На утреннюю тренировку он не стал вызывать водителя Пэ. Сон Джу сам сел за руль и вскоре был дома.

— Будете завтракать, директор?

— Времени в обрез. Будет здорово, если приготовите что-нибудь попить.

— Да, конечно.

Госпожа Кан приветливо встретила вернувшегося Сон Джу. На лице Сон Джу, сразу направившегося в ванную, читалась легкая озабоченность. То, что информация от начальника Чха почти полностью совпала со словами Ха Ма, только утяжелило его мысли. У Да Ён, которой было чуть за двадцать, не было опекунов. Он не знал во всех подробностях, через что ей пришлось пройти, когда она была начинающей актрисой. Но он догадывался, каких усилий ей стоило вырваться оттуда, и ему было жаль её. Они были знакомы не так давно, но когда он находился рядом с ней, то что-то чувствовал. Ничем не подкрепленную уверенность в том, что её напускная меркантильность — это не настоящая Да Ён. Одинокие, грустные глаза Да Ён часто казались пустыми. Если бы она позволила, он мог бы заполнить эту пустоту в её сердце. Деньги, любовь — что угодно. Он мог дать ей все, чего бы она ни пожелала. Поэтому он очень хотел, чтобы она перестала мучить его и взяла его за руку.