Онлайн чтение книги Разрушитель правил Rule Breaker
1 - 14

— А, вы пришли.

Председатель Пэк, сидевший во главе стола, первым повернулся к ним и поприветствовал. Справа от него сидела его жена, Мин Ён Джу, а напротив — девушка с еще совсем юным лицом, которая даже не обернулась, увлеченно копаясь в телефоне.

Судя по досье, это племянница Пэк Тхэ Джу, живущая вместе с ними. Точнее, дочь его двоюродного брата и невестки, трагически погибших во время аварии на круизном лайнере.

И... медленно окинув взглядом сидящих за столом, Ха Джин втайне выдохнула с облегчением. Его здесь не было. Того мужчины. Того дикого и опасного человека, который в ту ночь в казино казался хищником, готовым в любой момент вцепиться ей в горло.

— Рада знакомству, Ха Джин. Идите сюда, присаживайтесь.

Мин Ён Джу в струящемся шелковом платье, с безупречно уложенными волосами, мягко улыбнулась и слегка кивнула ей.

Поочередно посмотрев на председателя Пэка и Мин Ён Джу, Ха Джин поклонилась — достаточно почтительно, но без капли раболепия.

— Господин председатель, госпожа директор Мин. Рада первой встрече. Меня зовут Ю Ха Джин.

Иногда, желая показаться дружелюбными и понравиться родителям жениха с самого начала, девушки сразу же использовали обращения «отец» и «мать». Однако, судя по характерам этих двоих, чтобы вызвать у них хотя бы каплю симпатии, такой формальный подход был куда лучше.

Сейчас, когда два брата ведут ожесточенную борьбу за власть, всё, что будут оценивать председатель Пэк и директор Мин, — это насколько Ю Ха Джин полезна Пэк Тхэ Джу и насколько она может пригодиться «Хосон». Хотя Тхэ Джу уже занял свое место, Ха Джин не стала сразу садиться вслед за ним. Поставив на стол бумажный пакет, который бережно несла вместе с сумочкой, она тихо произнесла:

— Так как мы встречаемся впервые, да и сама новость, наверное, была для вас неожиданной, я подготовила небольшие подарки.

Глядя на два подарка, которые она положила на стол, Ха Джин на мгновение вспомнила наставления Ю Су Хи:

— Вручение подарка — это не банальная попытка «передать свои искренние чувства» и прочая чепуха. Это сигнал о том, что ты безошибочно определила их уровень. А заодно и отличный способ продемонстрировать собственный вкус и статус.

Сделав глубокий вдох, Ха Джин сначала встретилась взглядом с председателем Пэком и осторожно пододвинула к нему шкатулку из павловнии.

— Как только я вошла в Уольсонвон, то увидела в конце холла белую фарфоровую вазу работы мастера Чан И Со. Пока я ехала сюда, всё переживала, правильно ли я выбрала подарок, но, кажется, мои опасения были напрасны.

Председатель Пэк, глядя на спокойно улыбающуюся Ха Джин, склонил голову набок и с интересом усмехнулся:

— Вы знаете белую вазу мастера Чан И Со? Я слышал, вы работаете в галерее директора Ю. Рад, что нам будет о чем поговорить.

С добродушным смешком председатель Пэк открыл крышку шкатулки. И Ха Джин не упустила момент, когда на его лице мелькнуло удивление. Внутри лежало безупречно переплетенное лимитированное факсимильное издание «Альбома шедевров из коллекции Художественного музея Кансон».

— Это же... некоммерческое издание, которое могли получить только попечители музея...

Видя, как председатель Пэк, несвойственно ему оборвав фразу, гладит обложку книги, Ха Джин сказала:

— Моя тетя была спонсором реконструкции музея. Она получила этот альбом в знак благодарности и хранила у себя, но я подумала, что человек, который владеет такой ценной фарфоровой вазой и с такой заботой за ней ухаживает, будет ценить эту книгу так же сильно, как и тетя.

Глаза председателя Пэка слегка сузились. Поправив очки для чтения, он перевернул первую страницу альбома. Как только на плотной бумаге развернулся безупречно воспроизведенный пейзаж Чин Гён Сан Су Хва кисти Чон Сона, на губах старого коллекционера появилась едва заметная улыбка удовлетворения.

Это не было показным рвением нувориша, просто купившего что-то дорогое. Осознание того, что в семью может войти человек с таким утонченным вкусом, вызвало в нем странный восторг.

— Кансон. То, что он сохранил, теперь будет находиться в одном пространстве с моей фарфоровой вазой. Ха Джин, а у вас отличный вкус.

Довольный смех председателя Пэка разнесся по столовой. Повернувшись к Мин Ён Джу, сидевшей рядом с изящной улыбкой, Ха Джин протянула ей темно-синий бархатный футляр.

— А это для вас, госпожа директор. Вы каждый день имеете дело с бесценными произведениями искусства, поэтому я подумала, что такой подарок будет уместен. Я долго выбирала.

В ее глазах, редко выражающих эмоции, мелькнуло непривычное волнение. Коротко поблагодарив, Мин Ён Джу открыла футляр. На темно-красной бархатной подушечке лежала антикварная лупа с изысканной серебряной филигранью. Металлическая оправа вокруг линзы с выгравированным тонким узором была из тех, что сейчас уже не найти, и сама по себе являлась произведением искусства.

— Я нашла ее в антикварном магазине в Нью-Йорке. Говорят, лупа была изготовлена примерно в 1880-х годах и, скорее всего, принадлежала кому-то из аристократов. Я подумала, она вам очень подойдет.

Вместо ответа Мин Ён Джу взяла лупу и посмотрела на нее на свет. Будучи директором галереи, она получала бесчисленное множество взяток и подарков, но мало кто дарил вещи, которые так элегантно отдавали дань ее профессионализму. Некоторое время молча разглядывая её, Мин Ён Джу наконец прервала тишину:

— А у вас и впрямь незаурядный вкус. Хотелось бы, чтобы кураторы в нашей галерее хоть немного научились у вас такому чувству прекрасного.

Традиции и авторитет, которые ценит председатель Пэк; профессионализм и уважение, важные для Мин Ён Джу. Идеально рассчитанный первый ход Ха Джин пробил маленькую брешь в неприступной крепости Уольсонвона.

Если закладкой фундамента и построением ступеней занимались Ю Су Хи и Пэк Тхэ Джу, то подобные тонкие и глубокие шаги были от начала и до конца идеями самой Ха Джин.

Словно человек, которого застали врасплох там, где он меньше всего ожидал, Пэк Тхэ Джу с широко раскрытыми глазами посмотрел на Ха Джин и тихо хмыкнул. Когда он снова поднял глаза, в них читалось нескрываемое удовлетворение.

Встретившись с ним взглядом, Ха Джин тоже посмотрела на него с толикой гордости, но тут же поспешно опустила глаза, боясь, что кто-то заметит их переглядывания.

Ее первый выстрел попал точно в цель. Но в то же время она прекрасно понимала, что это лишь прелюдия. Настоящая битва начнется сейчас, за ужином.

Номинально для Ха Джин это была встреча с родителями жениха, а для председателя Пэка и его жены — знакомство с невесткой, которую привел сын. Но на деле это было испытание.

Краем уха она слышала, что у Ю Су Хи в прошлом были какие-то дела с председателем Пэком, и расстались они не на лучшей ноте. Была ли это грандиозная ссора, грязная интрижка или что-то еще — неизвестно, как и то, что именно их связывало.

С точки зрения председателя Пэка, племянница его бывшей знакомой, с которой он расстался врагами — да еще и та самая племянница, которая когда-то числилась пропавшей без вести, — вернулась и собирается выйти замуж за его сына.

Хотя он и принял подарок с явным удовольствием... Он был жестким бизнесменом, искусным игроком и одновременно расчетливым стратегом. То, как он оценит ее квалификацию, не будет иметь ничего общего с благодарностью за подарок. И никто не знал, какими именно способами он станет проверять и прощупывать Ха Джин.

С Мин Ён Джу всё было куда проще. Женщина, воспитанная исключительно ради выгодного брака, основанного на политическом союзе двух семей. Оказавшись рядом с таким змеем, как председатель Пэк, она явно была не промах, но по крайней мере с ней не нужно было ломать голову, пытаясь предугадать каждый ее шаг.

В этой атмосфере, где взрослые обменивались любезностями, девочка, до этого смотревшая только в телефон, видимо, почувствовала себя лишней и украдкой взглянула на Ха Джин. Намеренно поймав ее взгляд, Ха Джин тепло улыбнулась, так, что у нее даже появились морщинки в уголках глаз:

— Вы ведь На Ён, верно? Племянница Тхэ Джу. Приятно познакомиться.

Белоснежная, как фарфор, кожа и идеальные, как у куклы, черты лица выдавали в ней полноправного члена этой семьи, славящейся своей пугающе безупречной внешностью. Неловко пожевав губы, На Ён поклонилась Ха Джин, словно заржавевший робот.

— Пэк На Ён. Поздоровайся как следует.

После тихого предупреждения Пэк Тхэ Джу На Ён надулась и неохотно снова открыла рот.

— Здра...те.

«Здравствуйте», «Здрасте» или «Дасти». Промямлив что-то совершенно неразборчивое, она недовольно заныла.