Слегка прикусывая нежную плоть между зубами, Чу Хон едва не рассмеялся от мысли, насколько абсурдна эта ситуация.

...Блядь, именно сейчас…

Похоже, Ха Джин не сразу разглядела их, сплетенных воедино, но, когда она наконец различила две фигуры в лунном свете, она замерла от шока.

Длинные волосы Ха Джин развевались на ветру, обнажая её белую стройную шею, которая мягко светилась в темноте. Не отрывая от неё взгляда, он снова впился зубами в шею женщины, что прижималась к нему. Как ни странно, эта плоть, не вызывавшая в нём до этого никаких эмоций, вдруг показалась ему сладкой на вкус.

Зачем она пришла сюда в такой час?

Откуда она вернулась?

Может быть, как и в его грязных фантазиях, она только что вышла из объятий Пэк Тхэ Джу?

Если стянуть с неё этот кардиган, обнаружатся ли следы на её безупречно белой коже?

Пока он предавался этим бесстыдным мыслям, Ха Джин, застывшая в ужасе, попятилась назад, до боли прикусив губу — и это было отчетливо видно даже на расстоянии. И при этом она никак не могла отвести глаз...

Чу Хон ощутил странный, будоражащий восторг. Он подумал, что если заставит Ю Ха Джин стоять там и смотреть, как он берет эту женщину, то сможет испытать просто убойный оргазм. Но в этот момент причина его похотливого возбуждения развернулась и бросилась бежать.

— Фу-ух...

Воспоминание об этом до сих пор заставляло кровь кипеть. Чу Хон затушил окурок в пепельнице на столе и, со скучающим видом ослабив галстук, почувствовал, как кто-то подсел к нему на диван.

— Чу Хон.

— ...

Чу Хон повернул голову и увидел женщину с пышными локонами, собранными в высокий хвост. Она кокетливо улыбалась ему одними глазами.

Чхве Су А. Та самая женщина, с которой он кувыркался в саду Уольсонвона той ночью.

У него была отличная память на лица, он не забывал никого, но сейчас, когда его мысли были заняты Ю Ха Джин — женщиной, которая с первой встречи вызывала в нём лишь нарастающую жажду и раздражение, — он был не в лучшем расположении духа.

С абсолютно бесстрастным лицом он обратился к Чхве Су А:

— ...Напомни, кто ты?

На лице женщины промелькнуло замешательство. Видимо, она считала, что раз он притащил её в Уольсонвон, то они перешли некую черту близости. Не давая ей вставить ни слова, Чу Хон добавил с притворным сожалением:

— У меня не очень хорошая память.

Для него не было ничего более утомительного, чем когда женщины, с которыми он просто развлекался, начинали претендовать на что-то большее. Женщина возмущенно выдохнула, окинула его взглядом с ног до головы и тихо выругалась:

— Ну и мразь же ты.

А-а. Предсказуемо. Сейчас она, не в силах сдержать обиду, начнет читать ему нотации. Таких липких бабенок, не понимающих, что это была забава на одну ночь, у него был целый вагон.

Чу Хон посмотрел на Чхве Су А с видом человека, подыхающего от скуки, и просто прошел мимо неё, пока она начала что-то яростно выкрикивать ругательства ему в спину.

Усмехнувшись, Чу Хон зашагал по коридору своими длинными ногами. Он то подбрасывал, то ловил зажигалку, спрятанную в кармане пиджака, заставляя её крышку клацать — вжик, щелк. Он продолжал эти монотонные, ленивые движения, пока машинально не повернул голову.

— ...

Словно она только что смотрела на него, но в момент, когда их взгляды должны были встретиться, женщина отвернулась и пошла прочь.

Он мог бы просто не обратить внимания, но почему-то замер как вкопанный. Силуэт в джинсах, идеально подчеркивающих изгибы бедер, и черном топе без рукавов показался ему слишком знакомым. Как и длинные волосы, переливающиеся в свете софитов.

Женщина скрылась в толпе людей, трущихся друг об друга в экстазе. Чу Хон, словно завороженный, не мог отвести глаз. Не сводя с неё взгляда, он медленно убрал зажигалку обратно в карман пиджака.

Сначала это было лишь сомнение. «Да быть не может». Нахмурившись, он начал пробираться сквозь толпу в ту сторону, куда она ушла. Увидев её профиль, то и дело мелькавший в лучах света, он окончательно убедился. Его движения стали резче — он бесцеремонно расталкивал людей на своем пути.

Ю Ха Джин. Это была она.

***

— Вряд ли в меня сейчас хоть кусок влезет.

— ...

— Тошнит что-то.

Ха Джин провожала взглядом уходящего Пэк Чу Хона, не отрывая глаз от его широкой спины. Горничная, удивленно посмотрев ему вслед, пробормотала себе под нос:

— Надо же, обычно он по две порции за раз съедает, а сегодня что это с ним...

Только Ха Джин знала истинную причину и лишь загадочно улыбнулась. «Это, скорее всего, из-за меня», — подумала она про себя. Вместо ответа она зачерпнула ложкой суп с соевой пастой, который всё еще аппетитно побулькивал в миске, и, попробовав его, лучезарно улыбнулась горничной.

— Очень вкусно, тётушка. Что вы туда положили?

Горничная, польщенная похвалой, тут же расплылась в гордой улыбке:

— Правда? На днях председатель захотел этого супа, вот я и сварила его с крабами и креветками. Видимо, потому что продукты свежие, вкус получился отменный. Я сразу подумала, что обязательно должна угостить и вас, госпожа.

— Да, бульон просто изумительный.

Довольная теплым ответом, женщина поставила перед ней тарелку с толстыми яичными рулетами, украшенными морковью и луком, и аппетитную лапшу чапчхэ.

— Всё-таки это дом ваших будущих родственников, тут не всегда можно расслабиться. Я переживала, что вы в последнее время плохо едите, но теперь, когда вижу ваш аппетит, мне на душе спокойнее.

Ха Джин скрыла легкую горечь. Вся её жизнь здесь была притворством; постоянное напряжение и необходимость заучивать тонны информации лишали её аппетита. Ей было неловко обманывать столь искреннюю доброту.

Обычно прислуга не сидела за одним столом с хозяевами или гостями, и в тот момент, когда горничная уже собиралась уйти на кухню, Ха Джин как бы невзначай спросила:

— Тхэ Джу, наверное, уже в компании. А вот младший господин, похоже, сегодня не в офис. Собрался на тренировку.

Снимая перчатки, в которых перемешивала чапчхэ, горничная пожала плечами:

— Наверное, у него дела вне офиса. У молодого господина Чу Хона много выездов. Но я слышала, как он говорил по телефону с другом — кажется, вечером они снова собираются знатно погулять.

— А, вот как...

Ха Джин подхватила палочками кусочек жирной скумбрии и отправила его в рот вместе с порцией черного риса. Сочетание сладкого и соленого вкусов взорвалось на языке.

Раз она больше ничего не добавила, горничная решила, что это был просто мимолетный интерес к делам семьи будущего мужа, и скрылась на кухне. Ха Джин тут же достала телефон и написала сообщение секретарю Ча — человеку, которого Ю Су Хи велела использовать при необходимости.

«Пэк Чу Хон. Если можно, приставьте к нему сегодня кого-нибудь. Нужно проследить за ним».

***

Дзынь.

Информация о Пэк Чу Хоне начала поступать мгновенно и в очень наглядном виде. Видимо, съемка велась издалека на хороший объектив: на первом фото он был запечатлен в одном из элитных ресторанов Чхондама, где обедал и беседовал с иностранным байером.

Ха Джин лениво занималась йогой на мате в просторном тренажерном зале, расположенном в подвале Уольсонвона. Просматривая присланные фото, она невольно отметила: когда он не язвил и не издевался над людьми, а вел переговоры в деловом костюме, его точеная внешность и дорогая аура сияли в полную силу.

«Красавчик, что уж там», — промелькнула беспристрастная и честная мысль. Его лицо, которое в обычном состоянии казалось безразличным и скучающим, в моменты вежливой улыбки производило совсем другое впечатление. Из-за привычки слегка приподнимать левый уголок рта, его улыбка всегда казалась немного дерзкой.

 ✨P.S. Переходи на наш сайт! Больше глав уже готово к прочтению!  ➡️ Fableweaver