Онлайн чтение книги Разрушитель правил Rule Breaker
Пролог

Здесь я записываю тайну, о которой никому не могу рассказать. Тяжелую тайну, которую нельзя раскрывать и нельзя даже подавать вида, что она существует. Тайну, из-за которой мне хочется забиться в темную нору, даже когда весь мир залит ослепительным солнечным светом.

Я живу, упакованная в красивую обертку, которой позавидовал бы каждый, но каждую секунду чувствую себя так, словно иду в хрустальных туфельках, не зная, когда они разобьются.

Жизнь, выставленная напоказ, обернутая в слои роскошной бумаги. Никто не посмеет прикоснуться ко мне просто так, но... Кто бы это ни был, тот, кто возьмет меня и сорвет эту обертку, обнаружит внутри ничтожную «настоящую меня».

Я боюсь этого момента, но в то же время жду его. Может, лучше схватить этого человека и просто выговориться? В отчаянии, словно срываясь на крик, сказать:

Вы удивлены и разочарованы? Но что поделать. Ведь тот, кто сделал меня такой — «он», — и есть настоящий дьявол.

***

— ...итак, если посчитать, то эн, деленное на два, эн минус один, и умножить на два. Плюс эн...

Стоял самый конец лета. Кондиционер работал на полную мощность, жадно поглощая въевшуюся в воздух удушливую, липкую влажность. Как это обычно бывает на уроках сразу после обеда, большинство ребят боролись со сном, сидя с полузакрытыми глазами, или откровенно спали, подперев подбородок рукой и делая вид, что смотрят в учебник. В тот момент Ха Джин внимательно слушала объяснения учителя и как раз переписывала формулу, которую он начертил на доске.

Вж-ж-ж...

Телефон в кармане школьной юбки завибрировал. Бросив быстрый взгляд на учителя, Ха Джин незаметно сунула руку в карман, достала телефон и проверила сообщение.

[Сестра Мён Хён: Давай поужинаем вместе. Возвращайся сразу домой.]

Ха Джин прикрыла ладонью рот, расплывшийся в широченной улыбке, и набрала ответ:

[Только попробуй передумать! Ловлю на слове]

Мессенджер показал, что сообщение прочитано, но ответа так и не последовало.

— Тц, ну и ладно.

Ха Джин усмехнулась и сунула телефон обратно в карман юбки.

Мён Хён была очень занятым человеком. Она часто навещала Ха Джин, но оставалась буквально на минутку, и даже тогда, стоило им лишь переброситься парой слов, как уже приходило время прощаться. Возможность поужинать вместе выпадала от силы раз-два в месяц, и сегодня был как раз такой день.

Сестра Мён Хён. При мысли о ней на лице Ха Джин сама собой появлялась улыбка. Ха Джин росла единственным ребенком в семье, ей было одиноко, и когда она мечтала о старшей сестре, Мён Хён появилась в её жизни, словно настоящий подарок. В один из дней, совершенно внезапно.

— Я многим обязана твоей маме. И не только я, таких людей много.

Как и говорила Мён Хён, было довольно много людей, которые навещали Ха Джин и заботились о ней, приговаривая: «В неоплатном долгу перед твоей матерью», «Многим ей обязан», «Многое от нее получил»... Ха Джин не знала в подробностях, как мама относилась к каждому из них при жизни, но, видя, как немало людей приходят просто проведать её дочь, думала, что мать прожила очень достойную жизнь.

Среди них Мён Хён занимала для Ха Джин совершенно особое место. Когда та пошла в начальную школу, Мён Хён подарила ей рюкзак, красивое платье и туфельки. Ха Джин так берегла этот рюкзак, боясь его испортить, что проходила с ним все шесть лет.

Высокая и стройная Мён Хён выглядела как модель в любой одежде. Чуть повзрослев, Ха Джин поняла, что туфли, сумки и даже крошечные серьги, кольца и ожерелья, которые носила Мён Хён, стоили баснословных денег.

Богатая и красивая старшая сестра с внешностью и фигурой кинозвезды, с ног до головы одетая в дорогие бренды. Подруги Ха Джин, которым доводилось мельком видеть Мён Хён, говорили именно так и завидовали ей. И эти слова породили в душе Ха Джин легкое тщеславие.

— Это моя двоюродная сестра.

Она солгала о кузине, хотя даже не знала, как та выглядит и существует ли вообще. А когда Мён Хён случайно об этом узнала...

Ха Джин думала, что та рассердится или отругает её. Но Мён Хён, вопреки ожиданиям, лишь рассмеялась и сказала:

— Назвала бы уже родной сестрой, раз уж на то пошло.

Она не показала ни капли недовольства. И с тех пор Мён Хён действительно стала для Ха Джин как родная сестра.

Вспоминая недавнюю переписку, Ха Джин то и дело поглядывала на часы. В голове билась только одна мысль: поскорее бы закончились уроки. Она нетерпеливо трясла ногой, считая минуты, когда за окном вдруг стеной пошел запоздалый летний дождь.

Ах. Ну почему дождь льет как из ведра именно сейчас? Я ведь хотела уговорить её прогуляться по парку, мы так давно не виделись. Нахмурившись и тяжело вздохнув, Ха Джин, к счастью, вспомнила, что утром посмотрела прогноз погоды и захватила с собой зонт.

Но там не говорили, что будет такой потоп... Обещали, что покапает и пройдет. Синоптикам вообще верить нельзя.

Наконец настал долгожданный час, и Ха Джин помчалась домой так, словно за ней гнались. Дождь хлестал с такой силой, что перед глазами стояла пелена, но ей было все равно — ведь стоит ей встретиться с Мён Хён, и погода перестанет иметь какое-либо значение.

От автобусной остановки нужно было немного пройти до перекрестка. Стоило перейти его и свернуть в переулок — и вот он, дом Ха Джин. Пробиваясь сквозь ливень, яростно барабанящий по зонту, и то и дело утирая капли, летящие в лицо, Ха Джин ждала зеленого света на пешеходном переходе.

Вж-ж...

Телефон в кармане школьной юбки снова завибрировал. Увидев на экране имя «Сестра Мён Хён», Ха Джин радостно улыбнулась и тут же ответила на звонок.

— Онни! Я уже почти пришла.

— Син Ха Джин. Сюда. Посмотри сюда.

Услышав этот голос, она слегка повернула голову и увидела на другой стороне перехода Мён Хён. Как и сама Ха Джин, та держала в одной руке зонт, а в другой — телефон, и смотрела в её сторону. На её сгибе руки висело множество больших и маленьких бумажных пакетов — видимо, подарки, купленные для Ха Джин. Даже сквозь безумную стену дождя не узнать силуэт Мён Хён было невозможно.

— Онни!

Ха Джин широко улыбнулась и помахала ей рукой. Вскоре загорелся зеленый свет. Убедившись в этом, она только-только сделала первый шаг навстречу Мён Хён, как вдруг...

Ву-у-у-ух...

Вместе с оглушительным звуком, похожим на раскат грома, она увидела огромный грузовик, несущийся с другой стороны. Ха Джин замерла, но грузовик даже не подумал тормозить, хотя прямо перед ним стояла Мён Хён.

Странно. Почему он...

Она нахмурилась, пыталась осознать происходящее, но было уже слишком поздно.

Визг тормозов — БАХ!

В мгновение ока грузовик размером с дом влетел прямо между Мён Хён и Ха Джин.

А...

Сквозь яростно хлещущие струи дождя взмыл в воздух белый зонт. Сделав в небе несколько пируэтов, словно в жуткой акробатике, он тяжело рухнул в грязную лужу. Бумажные пакеты тоже разлетелись в стороны. Их содержимое выстрелило наружу, будто на пружинах, и беспорядочно рассыпалось по асфальту.

Но куда страшнее было другое: знакомый силуэт взлетел в воздух, словно невесомый воздушный шарик, а затем стремительно рухнул вниз.

— А... А-а...

Ха Джин застыла, не в силах пошевелиться, словно ее сковал сонный паралич. Все эти секунды захватили её зрение в жутком, нереальном замедлении. Бах. Со звуком, не менее леденящим, чем удар об грузовик, Мён Хён рухнула головой на асфальт, распластавшись на нем, как брошенная пустая оболочка.

Хрусть. Звук был таким, словно кто-то со всей силы швырнул об землю тяжелый плод — арбуз, дыню или тыкву, — и тот разлетелся вдребезги.

Ш-ш-ш-ш...

Смешиваясь с падающими каплями дождя, что-то начало с огромной скоростью заливать асфальт.

Что это?

Что это такое?

Разве может из человеческого тела... за долю секунды... вылиться так много крови? Эти совершенно немыслимые картины пронеслись перед ней за одно мгновение.

Не смея даже моргнуть остекленевшими от шока глазами, Ха Джин смотрела на безжизненно обмякшую Мён Хён, ставшую вдруг такой чужой. Нет. Этого не может быть. Ведь только что, она говорила со мной по телефону...

Дрожа всем телом, Ха Джин едва сумела разомкнуть губы:

— Он... ни...