Контент удален!

Между изгибами грудных мышц серебряный жетон отбрасывал острые блики. Видимо, он упражнялся — на шее висело полотенце, а влажная от пота кожа блестела, как мокрый металл.

От загорелого до бронзы торса исходила грубая мужская сила. Сесилия покраснела до самых плеч. Она впервые видела мужчину обнажённым.

— На каком языке ты только что говорила?

— Я... я просто сама придумала слова.

— Что?

Когда он нахмурился, лицо Сесилии вспыхнуло ещё сильнее. Может, она читала слишком много романов в последнее время? В голову лезли странные мысли.

Сесилия решила игнорировать мужчину и продолжить работу. Но он, засунув руки в карманы брюк, стоял на месте и пристально наблюдал за ней, а потом вдруг спокойно назвал её по имени:

— Сесилия.

Сесилия вздрогнула, как испуганный кролик.

— А?

Как так? Я же не говорила ему своего имени...

Но вскоре в памяти вспыхнуло воспоминание нескольких дней назад у ручья. Кейт называла её по имени. Ничего удивительного, она даже сама себе показалась излишне нервной.

И тут же в неё вонзился новый вопрос, как острие копья.

— С какого времени ты здесь живёшь?

Взгляд Сесилии против её воли то и дело обращался к его груди. Она поспешно принялась развешивать бельё и ответила:

— Не знаю. Лет с десяти?

— С десяти? Странно, я тебя ни разу не видел...

Пропуская его бормотание мимо ушей, Сесилия заглянула в корзину.

Там мокрой грудой лежало её грубое нижнее бельё. Надо было развесить, но при мужчине она не решалась его достать.

— Долго ты здесь ещё будешь? Мешаешь. Если больше нечего сказать — иди.

— Ладно, давай помогу.

Когда Сесилия проворчала, он наклонился и придвинул корзину. Взял верхнюю вещь, встряхнул — и от неожиданной лёгкости растерялся, развернув её в воздухе.

— О, это...

Покраснев до кончиков ушей, Сесилия выхватила бельё.

— Всё, больше сюда не приближайся!

Она сверкнула на него гневным взглядом, схватила корзину и решительно скрылась в домике.

☽ ─── ✧⋆❖⋆✧ ─── ☾

Дэвион стоял у залитого солнцем окна со стаканом чая со льдом.

Было ослепительное лето. С каждым порывом ветра зелёное поле переливалось волнами. Дэвион прищурился и всмотрелся в маленькую фигурку внизу, в свежем летнем воздухе.

Женщина размером с ноготь, весело смеясь, неслась по полю, как жеребёнок.

Белые, гладкие, как слоновая кость, волосы сливались с полем и красиво струились. Хотя лица не было видно из-за расстояния, Дэвион всем телом ощущал счастье Сесилии и тяжело вздохнул.

— У вас случилось что-то хорошее?

— М?

Когда Дэвион обернулся, женщина средних лет, застилавшая постель, постучала пальцами по уголку губ.

Он машинально повторил её жест, потрогав свои губы, и с пониманием выдохнул. Оказывается, он сам не заметил, как улыбнулся.

Айлин — служанка, когда-то работавшая на фабрике, уже пять лет отвечала за его спальню. Она была благодарным человеком, который молча присматривал за комнатой и в те два года, что Дэвион провёл в кампании в Калите.

— Айлин, та девушка, что живёт в домике вон там, в поле.

Дэвион нахмурил гладкие брови и осторожно начал. К счастью, Айлин отнеслась к его любопытству как к пустяку.

— Вы о Сесилии?

— Почему я, живя здесь, ни разу её не видел? Разве не странно?

Айлин, менявшая наволочку, покосилась на него и мягко улыбнулась.

— Сесилия не работает в поместье. Потому и не появляется здесь, если госпожа не позовёт. Раньше она была слишком мала, чтобы браться за работу, а теперь её обязанность — ухаживать за бабушкой. Вы, случайно, не помните бабушку Бетти? Ту кормилицу, что заботилась о вас, молодой господин.

Услышав объяснение, Дэвион нахмурился ещё сильнее.

— Кормилица больна?

— Это всё возраст. Но для своих лет она ещё довольно бодра.

Дэвион начал курить на войне, следуя за товарищами. Но Блэйк это не нравилось, и, вернувшись домой, он был вынужден тайком курить вверх по ручью, где его не видно из поместья.

Но он не испытывал от этого неудобств. Если бы не это, он, как и прежде, вряд ли пошёл бы кдомику и не обнаружил бы ту беловолосую девушку.

Сесилия, попавшая в поле зрения Дэвиона, теперь шла к клумбе возле домика с лопатой и мешком удобрений. Походка её была радостной.

— Наши ребята раз в день ходят в домик и приносят еду. Сесилия такая болтушка, что, если зайдёшь, минимум на час застрянешь. Такая милая и весёлая девушка.

В голосе Айлин звучала глубокая нежность к Сесилии.

Айлин очень любит ту девушку из домика. Осознав это, Дэвион вдруг почувствовал, будто по его шее поползли тысячи муравьёв.

Причину он не понимал. Странное, никогда прежде не испытанное ощущение, которое трудно объяснить словами. Когда кровь прилила к шее и лицо начало гореть, он растерялся и поспешно сменил тему.

— Кстати, Колтон в порядке?

— Да, благодаря вам, молодой господин. Он очень доволен, говорит, впервые живёт в квартире.

— Если его нога не заживёт, познакомлю его с врачом, известным среди офицеров.

— Спасибо, молодой господин.

— Не благодарите. Это мой долг как товарища по оружию.

Колтон Майер — младший сын Айлин, которого она обожала, и товарищ Дэвиона по кампании, вернувшийся вместе с ним. Изначально он должен был жить в поместье вместе с Дэвионом, но из-за раны ноги, полученной на войне, ему сняли квартиру в городе, чтобы было удобнее ходить в больницу.

— Тогда, если что-то ещё понадобится, зовите.

Проверив висевший на потолке колокольчик для вызова, Айлин собиралась уйти со со старой наволочкой. Но Дэвион, уже закончивший короткое раздумье, поспешно окликнул её.

— Айлин.

— Да?

Когда Айлин, повернув дверную ручку, обернулась, Дэвион взъерошил волосы, чтобы скрыть смущение.

— Насчёт той еды. Можно я сам отнесу? Я тоже хочу повидать кормилицу после долгой разлуки.

— Что? Вы сами, молодой господин?

— Нельзя?

Айлин несколько раз моргнула широко раскрытыми глазами, потом, показав белые передние зубы, мягко улыбнулась. Дэвион знал значение этой улыбки.

Это было согласие.

Бетти была кормилицей, прослужившей в поместье целых тридцать лет. Блэйк отдала ей домик для спокойной старости именно потому, что та посвятила дому Сислдаун тело и душу.

Но младший сын этого дома, Дэвион, вырос на руках Блэйк, потому знал Бетти лишь в лицо. Бетти была кормилицей скорее только Теодора, но об этом знали лишь те, кто проработал здесь не один десяток лет.

Стоя перед аккуратным крыльцом домика, Дэвион привёл в порядок волосы и одежду. И постучал. Из окна второго этажа донеслась возня, и через несколько секунд Сесилия, запыхавшись, распахнула дверь.

— Ого! Я уже думала, умру с голоду!

Но её приподнятое настроение мгновенно угасло, едва она увидела Дэвиона.

Он протянул корзину.

— Просили тебе передать.

Ошеломлённая Сесилия вскоре с силой нахмурилась.

Словно в знак протеста, она прижала руки к бёдрам и сжала кулаки. Стоя так и свирепо глядя на него, она заставила Дэвиона пожать плечами и принять непринуждённый вид.

— Собираешься держать гостя за дверью?

— Я не приглашала такого гостя, как ты.

— Вот как. А я пришёл с расчётом застрять минимум на час.

Он качнул корзиной, и запах свежеиспечённого хлеба аппетитно поднялся в воздух.

У Сесилии потекли слюнки. Потирая голодный живот, она оглядела его пояс.

И точно — на ремне висел револьвер.