1. Первая смерть
1-0. Исчезнувшее тело
Стояла ночь, и ливень заслонял полную луну.
Маленькое кладбище при церкви на городской окраине. Дождевые струи с ровным шумом обрушивались на каменные плиты, выстроившиеся в ряд.
Среди давно заброшенных могил возвышался скромный, будто только что поставленный надгробный камень. Искусно высеченная эпитафия отражала белый лунный свет.
Сесилия Винтерхолл
Погружена в вечное молчание
Только эта могила — без каменной плиты, лишь под тонким слоем земли и травы.
Вскоре из тьмы вылетел ворон и опустился на надгробие. Уставившись на полную луну, он моргнул глазами-бусинами, затем вскинул голову и закаркал.
И тут — невероятно — земляная насыпь шевельнулась... Бледная рука внезапно пробилась наружу.
— ...Тьфу!
Она вырвалась наружу, отплёвывая землю.
— Кха, кхе-кх! Кх!
Инстинктивно согнувшись, она выплюнула забившую рот и нос грязь. Лёгкие, уже было остановившиеся, внезапно вдохнули кислород, и ощущения одно за другим начали возвращаться на свои места.
Первым вернулся слух в правом ухе. Ощутив безмолвие пустого кладбища, глаза цвета моря, в которых когда-то угас свет жизни, медленно обрели фокус.
Мышцы ног, неделю пролежавших как у мёртвой, едва-едва налились силой. Сесилия, пошатываясь, поднялась и встала перед собственной могилой.
Дождь смыл с белоснежных волос и савана налипшую землю.
Тучи расступились, и лунный свет окутал Сесилию. Она подняла голову к небу, которое, будто изрешечённое, изливало зимний дождь, и широко раскинула руки.
— А-ах.
И счастливо вздохнула.
— Свобода.
☽ ─── ✧⋆❖⋆✧ ─── ☾
Граф и графиня Винтерхолл были женаты всего четыре года — практически молодожёны.
Об их жизни не знали толком даже в самом поместье — они редко появлялись на приёмах и чаепитиях. Но одно было известно точно: их брак отнюдь не был счастливым.
И неудивительно — хозяйка графского дома, Сесилия Винтерхолл, каждый день повторяла как заведённая:
— Я умру.
И каждый раз муж, Давион Винтерхолл, отвечал одно и то же:
— Хватит шутить. Я же говорил, это несмешно.
Но Сесилия действительно умерла.
Случилось это в самом начале зимы. Первым её обнаружил старый семейный врач, сэр Фернандо.
На прикроватной тумбочке перекатывалась пустая коричневая склянка. Сесилия выглядела так, будто мирно спит. Но персиковая кожа в одно мгновение потеряла всякий цвет, и сколько врач ни щупал пульс, биения не было.
Так Сесилия Винтерхолл в возрасте двадцати шести лет покончила с собой.
Оставленная ею записка была несколько странной. Большинство в таких случаях либо проклинают того, кто довёл их до этого выбора, либо просят прощения у близких за то, что уходят первыми. Но в записке Сесилии монотонно перечислялись лишь требования: место, где похоронить тело, сумма денег на дорогу в иной мир, виды погребальных даров.
Словно желая выскрести даже остатки былой привязанности, Дэвион исполнил всё, что было в записке.
Похороны были скромными. Пришло много соболезнующих, но никто не пролил слезы — при жизни Сесилия ни с кем не была близка.
В тот день тоже весь день шёл дождь.
Опустив чёрные волосы, облачённый в чёрный сюртук, Дэвион с зонтом в руках выглядел словно старый призрак этого кладбища.
Месса священника закончилась быстро. Гроб не сколачивали, как было указано в завещании, так что маленькое тело Сесилии после нескольких взмахов лопатой скрылось в земле.
Так — нравилось ему это или нет — женщина, с которой он провёл немало лет, исчезла из мира.
— Капитан Винтерхолл.
Услышав знакомый голос, Давион машинально отдал честь.
— Подполковник Макгрегор.
— На похоронах можно обойтись без формальностей. И сегодня я здесь как старый друг твоего отца.
Подполковник с усами, переходящими в бакенбарды, был немолод, но по-военному статен.
Он снял чёрную шляпу и встал рядом с маленьким надгробием Сесилии. Его дочь вместо него преклонила колени и положила букет.
— Обидно, что она ушла так рано. Говорят, и брак у вас был не из лёгких? Детей нет, а ты собой хорош — быстро найдёшь хорошую женщину, снова устроишь семейное гнездо.
— Да.
— Долго убиваться тоже нехорошо.
Покидая кладбище, подполковник слегка сжал плечо Дэвиона и отпустил.
Дождь усилился, и соболезнующие один за другим направились к машинам, готовясь вернуться в свои владения. Дэвион, проводив их всех, достал из кармана сюртука платок и принялся стирать пыль с надгробия.
Сесилия Винтерхолл
Погружена в вечное молчание
Только он, стирая высеченное на камне имя, ни разу не заплакал — как и Сесилия.
☽ ─── ✧⋆❖⋆✧ ─── ☾
Возвращение на кладбище через две недели вовсе не входило в его планы.
Он хотел исполнить последнюю волю Сесилии, но семья настаивала: всё же следует сколотить нормальный гроб и похоронить её в родовой усыпальнице. Однако когда Дэвион и его адъютант Лиам прибыли на место...
— Пусто.
Буквально — перед ними была опустевшая могила.
— Тело госпожи... Кто посмел такое сотворить?
Не только тело. Погребальные дары и деньги на дорогу — всё исчезло без следа, до последней монеты.
Дэвион опустился на одно колено и покатал между пальцами землю.
— ...
Тёмная земля, которой было засыпано тело, сухо затвердела. Это означало, что ровно разложенную почву сильно перевернули.
— Неужели за это время успели ограбить могилу?
— После того как воров, обокравших могилу принцессы Джейн, публично казнили, грабители могил как испарились. И если бы это были грабители, они бы в спешке убегали и не стали бы так заполнять яму изнутри.
Стоявший рядом с ним могильщик указал на ветки и камни, которыми была завалена яма.
Если это грабители — отчаянные наглецы, а если нет — то по меньшей мере безумцы. Кто бы это ни был, Дэвион чувствовал себя одураченным тем, кто оставил могилу в таком виде.
— Если это не ограбление, то как объяснить исчезновение моей жены?
— Граф.
Вмешался Лиам, который отлучился осмотреть окрестности с охотничьими собаками.
— Полмесяца назад ночью этот мальчик видел нечто странное.
Неожиданно — он вернулся вместе с мальчиком.
Мальчику на вид было лет двенадцать, и он задрожал, едва увидев надгробие Сесилии. Дэвион поморщился и поднялся. Возможно, его крупная фигура показалась угрожающей — мальчик испуганно отшатнулся.
— Я, я живу вон там.
Судорожно сглотнув, он указал на маленькую хижину рядом с кладбищем.
— Ночью услышал воронье карканье, вышел прогнать, и вдруг из-под земли женщина вылезла! Она... она здесь руки раскинула и долго стояла, потом из могилы кучу всего вытащила и в церковь ушла!
Не похоже, чтобы он врал. Дэвион, не докурив сигарету, переглянулся с Лиамом.
Обдумав сбивчивый рассказ мальчика несколько раз, он сунул зажигалку в карман и наклонился.
— Как выглядела та женщина?
— Дождь сильный был, лица издалека не разглядеть, но... с головы до пят вся была белая. Ростом невысокая.
— ...С ней случайно не было ворона или змеи?
— Т-точно! С вороном она будто разговаривала! Я подумал, что призрака увидел, испугался и убежал, а наутро проверил — следы остались!
— Следы, похоже, женские, но обрываются перед церковью. А внутри церкви нашли вот это.
Лиам протянул смятый саван и туфли.
Саван надевали ей гробовщики, а у туфель пятки были ужасно смяты. Судя по привычкам Сесилии, это была точно её обувь.
Сесилия определённо умерла. Дэвион, врач, гробовщик — многие держали её тело в руках и подтвердили смерть. Потому Дэвион и Лиам чувствовали себя не просто растерянными — им казалось, что они бредят.
— Я на полях сражений, где гибли сотни, ни разу не видел движущегося трупа.
— Я тоже, граф. Потому и думаю, что это совершенно нелепый рассказ, но, по моему суждению…
Хотя на кладбище были только они, Лиам сильно понизил голос.
— Это отнюдь не ограбление. Госпожа сама вышла из могилы и покинула это место.
...Неужели?
Дэвион жевал незажжённую сигарету, перебирая одну гипотезу за другой. Но все они были настолько нелогичны, что не выдерживали критики.
Тогда он заново перебрал в уме смерть Сесилии.
Пустая склянка на тумбочке. Остатки лекарства исследовали, но смогли лишь предположить вид яда — точный состав никто не установил.
Сесилия Винтерхолл с самого начала была далека от обычного.
Женщина не то чтобы необычная — странная. Люди твердят, что с развитием технологий магия полностью исчезла, но Дэвион знал через Сесилию: следы магии всё ещё разбросаны по миру, и порой они вызывают явления, выходящие за пределы здравого смысла.
В конце этой цепи мыслей наконец отчётливо образовался один вывод.
В чёрных глазах, доселе пустых, зажёгся свет. Закурив сигарету, Дэвион сделал глубокий вдох. Высоко подняв голову к холодному зимнему солнцу, он медленно закрыл глаза.
Моя жена жива.
Губы, выпустившие серую струйку дыма, сложились в еде заметную дугу.
Сесилия жива.
