Ничего нет.
Тук. Отбросив папку на стол, Дэвион уронил голову на согнутую руку и закрыл глаза.
Он просмотрел записи о входе и выходе через все КПП города. Нигде не было и следа Сесилии.
Она выделялась не только цветом волос, но и особой, странной аурой — даже стоя на месте, притягивала взгляды. Потому он не думал, что стражи на КПП могли её упустить.
Кстати, я до сих пор не разобрал её вещи.
К счастью или к несчастью, всё это время он был слишком занят, чтобы найти время на вещи Сесилии. Она не любила вести записи, но при хорошем обыске наверняка нашлось бы что-то, что могло стать зацепкой.
С этой мыслью Дэвион поднялся и направился в комнату Сесилии.
У них была супружеская спальня, но по определённым причинам они давно спали раздельно.
Хотя прошло всего две недели с её ухода, дорога до её спальни казалась незнакомой. За эти две недели мир претерпел слишком большие перемены.
Дэвион, добравшись до спальни, осторожно прикрыл за собой дверь.
Комнату переделали из старого склада, потому она была небольшая, зато с хорошим освещением.
Зимнее солнце, повторяя форму квадратных окон, вливалось внутрь и раскрашивало пол красновато-коричневым. В его лучах мирно танцевала пыль.
— ...
Здесь будто остановилось время.
Одеяло на кровати без единой складки казалось чуждым, и от этого сжимало грудь. В прогретом солнцем воздухе пахло Сесилией.
Дэвион по привычке пошарил в кармане брюк, обнаружил, что там пусто, и вздохнул.
Чёрт...
Он случайно оставил сигареты в кабинете. Возвращаться далеко, так что пришлось лишь облизнуть пересохшие губы и закатать рукава.
Первым делом он открыл шкаф.
И зажмурился.
— Нет, эта женщина...
В шкафу не было одежды — только мусор, наваленный доверху.
Она с давних пор не отличалась талантом к порядку... Дэвион усмехнулся, закрыл шкаф и потянулся к верхнему ящику комода — и замер.
Нижнее бельё и чулки, аккуратно разложенные по цветам, безупречно заполняли ящик.
Его глаза потемнели, как завеса ночи.
— ...
Дэвион протянул руку и провёл пальцами по грубому шву белья. Застыв так, он надолго погрузился в мысли, но, услышав внезапные шаги, поспешно задвинул ящик.
— Граф. Вы здесь?
Из-за двери донёсся знакомый голос слуги. Дэвион, как мальчишка, пойманный на чём-то постыдном, откашлялся и приоткрыл дверь всего на ладонь.
— Что случилось?
— Герцогиня Сислдаун прибыла. Ждёт внизу.
— Матушка?
Из окна, куда он выглянул, как и сказал слуга, виднелся знакомый автомобиль.
Дэвион с трудом подавил вздох, подступивший к самому горлу. Даже между матерью и сыном такие внезапные визиты не бывают желанными.
— Передай, что я иду встречать.
Мать Дэвиона, Блейк Сислдаун, жила в пентхаусе на берегу реки. До поместья Винтерхолл всего тридцать минут на машине.
Дэвион, сунув руки в непривычно пустые карманы брюк, размашисто зашагал к автомобилю с работающим двигателем.
Окно опустилось, и показалось лицо привлекательной женщины средних лет, похожей на Дэвиона.
Заметив, куда направлен взгляд матери, Дэвион спокойно одёрнул рукав, прикрыв татуировку. Запах табака скрывать не нужно — пожалуй, это даже к лучшему.
— Если бы вы предупредили заранее, я бы приготовил ранний обед.
— Не надо. Я заехала по пути к госпоже Эверетт.
Чёткий, властный голос всегда делал Блейк женщиной, с которой нельзя не считаться.
Она, не выходя из машины, протянула в окно коричневый конверт.
— Я устроила смотрины. Если будешь сидеть сложа руки, в один миг окажешься за бортом брачного рынка. Чем раньше создашь новую семью, тем лучше.
— Матушка...
У Дэвиона внезапно разболелась голова, и он прикрыл глаза. Но Блейк даже бровью не повела на откровенное неудовольствие сына.
Опасаясь, что приближение будет воспринято как уступка, Дэвион стоял как изваяние и тихо, но твёрдо возразил:
— Какие смотрины? Прошло всего две недели с тех пор, как я потерял Сесилию.
— Это женщина, которую ты хорошо знаешь. Эсмеральда Рене, помнишь? До женитьбы на той девчонке ты ведь был помолвлен с Эсмеральдой.
Разумеется, он помнил. Помимо самого факта былой помолвки, Эсмеральда ещё и известная на всю страну актриса.
Её отец — политик дворянского происхождения, служивший при императоре, мать — старшая дочь крупного богача. Родившись в семье на вершине пищевой цепочки, она какое-то время была мишенью публики из-за жизни в театральной труппе среди мужчин.
Слышать это имя, о котором он давно забыл после женитьбы на Сесилии, вот так... Дэвион воочию ощутил, что стал вдовцом на бумаге.
— Эсмеральда тоже недавно овдовела. Разве она не пара, предназначенная тебе судьбой? Вы могли бы утешать друг друга в общей горе и жить в согласии.
— О браке с леди Эсмеральдой даже речи не шло, матушка. И она известная актриса. Слишком ранний повторный брак вызовет косые взгляды.
— С каких пор ты стал заботиться о чужих взглядах... Если бы заботился, разве женился бы на той девчонке?
— Матушка.
Блейк, собиравшаяся сказать что-то ещё, взглянула на лицо Дэвиона и замолчала.
Она сузила глаза и медленно убрала конверт.
— Хорошо. Тогда смотрины отложим. Но повторный брак обязателен. Пообещай матери, что сделаешь всё возможное в отношениях с Эсмеральдой.
— Вы всё ещё обращаетесь со мной как с ребёнком.
— Сначала сам стань родителем. Поймёшь мои чувства стократно.
Блейк бросила конверт на заднее сиденье и подала водителю знак трогаться. Но прежде чем закрыть окно, напоследок проворчала сыну:
— И ещё. Проверки на улицах слишком строгие. Разве так можно — лицо собственного сына могу увидеть с таким трудом? По дороге пришлось трижды останавливать машину.
— Прошу прощения. По городу разгуливает одна мошенница.
— Мошенница? В газетах о таком не писали...
Идеально очерченные брови Блейк взметнулись, требуя объяснений.
Есть такое. Наглая, притворилась мёртвой и выманила у меня миллион бернетов — отъявленная мошенница.
Проглотив ответ, который нельзя было произнести вслух, Дэвион осторожно улыбнулся и постарался удержать это выражение.
— Личность известна, скоро поймаю. Не беспокойтесь, матушка.
☽ ─── ✧⋆❖⋆✧ ─── ☾
Сесилия, вглядываясь в зеркало, восхищённо выдохнула.
— О, эффект убийственный...
В зеркале отражался совершенно другой человек. Лицо распухло, как полная луна, на обеих щеках красовались багровые бугристые рябины.
С виду — тяжелобольная кожным заболеванием, но, что удивительно, боли не было. Только запах немного... нет, вообще-то запах отвратительный.
Руби семеня подошёл и разинул клюв.
「Ого! Ты и правда похожа на больного человека, Сесилия!」
「Узнаешь меня?」
「Нет. Ты стала ужасно уродливой. При таком виде даже тот черноволосый самец тебя не узнает.」
「Да...?」
Если так — прекрасно. Значит, цель достигнута.
Лицо изменено, пора переходить к следующему шагу.
Сесилия спрятала дорожную сумку и наличные под кроватью и в уборной, затем натянула несколько слоёв нижнего белья. Она хорошо знала, насколько холодны зимние задворки, куда не заглядывает солнце.
Напоследок повесила ключ от комнаты на внешнюю стену здания, откуда его заберёт Руби, низко надвинула капюшон и вышла из гостиницы.
