Поступив в Университет Санхон, я была благодарна себе за хорошо сданный экзамен, Кан Ыйхёну, который был старше меня всего на пять лет, и нашей стране с её обязательной военной службой. Благодаря всему этому мне удалось провести с ним хотя бы один год в одном университете.

В том, чтобы учиться в одном университете с Кан Ыйхёном, были свои преимущества. Прежде всего, мы могли случайно столкнуться где угодно на территории кампуса. Если я подбегала поздороваться, он всегда радостно меня приветствовал, а я могла лишний раз продемонстрировать окружающим, насколько мы близки.

Но было кое-что ещё лучше всех этих преимуществ вместе взятых. Это происходило тогда, когда Кан Ыйхён сам приходил искать меня. В такие моменты, как сейчас, когда он появлялся у двери аудитории, безошибочно находил меня взглядом и подзывал к себе движением руки, моя шея сама собой гордо выпрямлялась, а уголки губ расплывались в улыбке. И совершенно не имело значения, насколько сильно я обижалась на него последние несколько дней.

— Экзамен по введению в экономику у тебя в пятницу, да?

Кан Ыйхён протянул мне толстую стопку листов. На первый взгляд это были распечатанные конспекты, которые он когда-то делал на планшете.

— Вчера искал кое-что и наткнулся на это. Посмотри перед экзаменом.

Мой взгляд, полный неподдельного восторга, поднялся к нему. От мысли, что он специально вспоминал обо мне и рылся в своих материалах ещё со времён первого курса, внутри вдруг разлилось тёплое чувство. Ещё вчера я дулась из-за того, что он обращается со мной как с ребёнком, а сегодня уже готова была расплыться в улыбке только потому, что он снова обо мне позаботился.

Мозг, слишком долго пропитанный безответной любовью, тут же пустился в очередные фантазии. Если бы мы с Кан Ыйхёном были ровесниками, возможно, я пережила бы всё это гораздо раньше. Один школьный класс, одинаковая форма, случайно пересекающиеся взгляды, места рядом в библиотеке под предлогом подготовки к экзаменам...

Но поскольку вероятность того, что это когда-нибудь станет реальностью, была равна нулю, я без всяких сожалений поступила сначала в женскую среднюю школу, а потом и в женскую старшую школу.

— Что будешь делать после экзаменов?

Не успела я даже поблагодарить его, как Кан Ыйхён задал следующий вопрос. Я сразу вспомнила Хан Джио. Того бесхитростного парня, который вчера был вынужден почти сбежать с нашей встречи, но всё равно позже написал мне, благополучно ли я добралась домой.

— Пойду на выставку с Джио.

С напускным равнодушием на лице я отчётливо и без запинки выдала эту информацию.

— Это в художественном музее Ттуксом. Говорят, там интересно. Он предложил встретиться в субботу в одиннадцать.

На лице Кан Ыйхёна не отразилось ничего особенного. Похоже, чтобы задеть его, нужно было как минимум встречаться с Хан Джио поздно вечером возле дома. А свидание днём, видимо, его совершенно не волновало.

— А ты сам на выходных...

— А? Ыйхён!

Прежде чем я успела как бы невзначай выведать, собирается ли он встретиться с Чон Сучжин, в разговор бесцеремонно вклинился нежеланный голос. Пэк Чунгён с широкой ухмылкой возник прямо рядом с нами.

— Я как раз хотел тебе написать. Мы после экзаменов на следующей неделе решили поехать на выезд в Тэсонни. Ты тоже приезжай.

— Что мне там делать среди вас? Я уже ископаемое.

— Да ладно вам. Где ещё найдёшь такое свежее ископаемое? Если придёте вы, посещаемость сразу подскочит. Ну приезжайте. А? Ну пожалуйста!

Совершенно не чувствуя меры, Пэк Чунгён принялся отвратительно заискивать. Кан Ыйхён лишь легко рассмеялся и покачал головой, а потом повернулся ко мне.

— Поедешь?

— Не знаю.

Я пожала плечами, уклоняясь от прямого ответа. На самом деле мне хотелось спросить его самого, собирается ли он ехать. Если поедет он — поеду и я. Если не поедет — мне там тоже делать нечего.

— Если Чэвон поедет, я тоже поеду.

Рука Кан Ыйхёна на мгновение легла мне на плечо и тут же исчезла. Сказав всё, что хотел, он без лишних прощаний развернулся и пошёл прочь.

Я прижала к груди материалы для подготовки к экзамену и молча смотрела ему вслед.

— Ты ведь поедешь, да? — спросил Пэк Чунгён.

Пэк Чунгён слегка ткнул меня в руку, поторапливая с ответом. Я тут же недовольно нахмурилась и отступила на шаг. Когда меня вот так бесцеремонно трогал кто-то, кроме Кан Ыйхёна, это раздражало до невозможности.

— Надо же хоть на денёк разлучить Ыйхёна с его девушкой.

Но Пэк Чунгён, который не понимал ни темы разговора, ни настроения собеседника, после неприятного прикосновения умудрился заговорить ещё и на тему, вызывавшую раздражение.

— Она не его девушка.

— Ладно, ладно. Тогда девушка, которая вот-вот ею станет.

Похоже, этот тип был специально создан для того, чтобы действовать людям на нервы. Вместо ответа я резко развернулась. Слова о том, что Кан Ыйхёна и Чон Сучжин стоит хотя бы ненадолго разлучить, меня, конечно, зацепили, но гордость не позволяла сразу же радостно соглашаться.

— Эй, Ю Чэвон. Не зря же говорят: пока существуют алкоголь и ночь, дружбы между мужчиной и женщиной не бывает, — изрекая свою сомнительную житейскую мудрость, Пэк Чунгён неотступно плёлся за мной. — Как знать, может, тогда Ыйхён начнёт смотреть на тебя по-другому.

Я с глухим стуком положила на стол материалы, которые дал мне Кан Ыйхён, и смерила назойливую муху тяжёлым взглядом. Пэк Чунгён вздрогнул, но всё равно нагло уселся на край моего стола.

— Люди вообще так устроены: меняется обстановка — меняются и чувства. Я тебе как настоящий друг советую, Чэвон. Сколько бы ты ни старалась в университете привлечь его внимание, всё равно топчешься на месте.

Упорству Пэк Чунгёна, который продолжал болтать как ни в чём не бывало, можно было даже поаплодировать. Я шевельнула губами. Хотела сделать вид, будто подобные советы меня совершенно не задевают, хотела сохранить равнодушие, но в итоге смятение внутри всё равно проступило на лице.

— Поеду…

Мой голос был едва слышен, но Пэк Чунгён ничего не упустил. Сжав кулаки, он радостно замахал ими прямо у меня перед носом.

— Отлично! Тогда записываю и тебя, и Ыйхёна!

Пэк Чунгён наконец отстал и вернулся на своё место, а я принялась листать материалы, которые дал мне Кан Ыйхён, задумчиво покусывая губу. Мне казалось, что я слишком легко купилась на такую дешёвую уловку, и теперь ужасно хотелось забрать свои слова обратно.

И всё же я желала воспользоваться тем самым новым шансом, о котором говорил Пэк Чунгён. Ведь Кан Ыйхён и Чон Сучжин ещё не встречались. У меня ещё оставалось время, чтобы вклиниться между ними. Мне хотелось, чтобы их неопределённые отношения так и остались всего лишь неопределёнными.

Но в то же время моя гордость требовала сидеть смирно. Она твердила мне, что даже если бы Чон Сучжин не существовало, Кан Ыйхён всё равно не увидел бы во мне девушку. Что не стоит унижаться, а лучше попробовать обратить внимание на Хан Джио. Что именно так и выглядит уважение к самой себе.

Чёрт.

Я и сама уже совершенно не понимала, чего хочу.

***

Первый экзамен в университете прошёл неплохо. Мне даже казалось, что я написала его довольно хорошо, но оценивала себя осторожно, потому что пока совершенно не представляла, сколько усилий нужно приложить, чтобы получить тот или иной результат.

В субботу утром, после окончания экзаменов, я уже полчаса поправляла волосы и то и дело поглядывала на телефон. Всё моё внимание было приковано к нему — вдруг Кан Ыйхён всё-таки напишет.

С его-то памятью он вряд ли мог забыть, что сегодня у меня первое свидание с парнем. Я уже приготовилась к очередной порции нравоучений и замечаний, но все эти ожидания оказались напрасными: Кан Ыйхён уже несколько дней никак не реагировал.

Как раз когда я потянулась за тинтом для губ, телефон наконец завибрировал. Я мгновенно посмотрела на экран, но это оказалось всего лишь сообщение от Хан Джио: он написал, что уже выезжает. Разочарованно ответив ему парой слов, я взяла сумку.

До места встречи было рукой подать, поэтому я вполне могла не торопиться. И всё же сегодня, как и всегда, старательно собиралась выйти пораньше.

В прозрачном стекле межкомнатной двери отразилась мама, неподвижно сидевшая на месте.

Мне было до мурашек неприятно находиться в одном пространстве с мёртвой мамой, но всякий раз, когда я уходила вот так, меня охватывало слабое чувство вины — словно я оставляю её одну. Иногда мне казалось, что мама, свернувшись на диване в гостиной, бесконечно ждёт только меня.

Откровенно говоря, мне нравилось сидеть дома. Отчасти это было связано с моим характером, но ещё сильнее на меня повлияли годы, за которые я привыкла к тому, что Кан Ыйхён часто приходил к нам в гости. Настолько, что мне было интереснее вклиниться третьей между Кан Ыйхёном и Ю Докёмом, которые заказывали курицу и проводили вечер дома, чем ходить с друзьями по модным заведениям в поисках очередной популярной еды.

Но Ю Докём уже три года почти жил по домам своих девушек, Кан Ыйхён перестал приходить к нам, а мне пришлось остаться вдвоём с мёртвой матерью. Поэтому, если я не хотела оставаться дома, приходилось выходить куда-нибудь самой.

Когда я неторопливо дошла до музея, по рукам вдруг побежали мурашки, словно я увидела привидение. Знакомая фигурка, стоявшая у входа и смотревшая в телефон, тоже заметила меня и удивлённо округлила глаза.

— О, Чэвон.

Это была Чон Сучжин.

— Ты тоже пришла на выставку?

В отличие от меня, застывшей от неожиданности, Чон Сучжин с сияющей улыбкой направилась ко мне. Её светло-розовые брюки и белая сумка удивительно хорошо сочетались с этой весенней погодой. И я прекрасно понимала, что пришла она сюда не одна.

— Да. А вы тоже на выставку пришли?

— Ага. Ыйхён сказал, что скоро будет. Надо же, как неожиданно встретились.

Ну вот, как я и думала.

Глядя на беззаботно улыбающуюся Чон Сучжин, я внимательно следила за выражением собственного лица. Стоило лишь немного расслабиться, и на губах могла появиться горькая усмешка.

Сама ситуация казалась мне до смешного жалкой. Я пришла на свидание с молодым человеком, который мне вовсе не нравился, а в итоге рисковала провести день, наблюдая, как парень, которого я любила всю жизнь, флиртует с другой девушкой.