Онлайн чтение книги Э Па Та Ephphatha
1 - 8

— …

— Соджу есть?

— …У меня нет ничего алкогольного.

— Понятно. Ишь чего я захотел в доме у больной.

— …

— Дай хоть воды. Столько трепался, аж в горле пересохло.

Подгоняемая Чи Гемом, Сыль А нехотя сдвинулась с места. Доставая из холодильника бутылку и наливая воду в стакан, она глубоко вздохнула.

В конце концов, выбора у меня нет. Придется просто следовать плану, подготовленному матерью, и делать то, что велит Квак Чи Гем. Иначе неизвестно, что этот мужчина может вытворить. Наполовину смирившись со своей участью, она принесла воду. Чи Гем принял стакан одной рукой.

— Не будь с самого начала такой пессимисткой.

— …

— Кто знает? Вдруг вы с Со Хан Соном воспылаете друг к другу страстной любовью.

Глыть. Глыть. Кадык Чи Гема заметно заходил ходуном, пока он пил воду. Из-за того, что он был крупнее, чем у обычных людей, его движения так сильно бросались в глаза, что взгляд сам невольно цеплялся за него.

Его шея, казавшаяся в два раза толще её собственной, создавала ощущение какой-то животной дикости. И дело было не только в шее. Рука, державшая стакан, хоть и была красивой формы, но огромной, а открытые предплечья были не просто толстыми — смуглая кожа и выпирающие вены делали их похожими на стволы деревьев. Наверное, на такой руке человек мог бы повиснуть.

В этом мужчине всё было огромным. Не только рост, но и сами габариты разительно отличались от остальных. Широкие плечи, массивная грудная клетка, а бедра походили на лошадиные — казалось, он один занимал весь диван, рассчитанный на четырех человек.

Наверное, именно поэтому, несмотря на его слова о том, что он не собирается причинять ей вред, она всё равно замирала от страха. Любое животное инстинктивно сжалось бы перед таким подавляющим превосходством в размерах.

Чирк. Взглянув на плотно натянутую на его бедрах ткань, она услышала чужеродный звук трения и подняла голову — Чи Гем уже подкуривал сигарету.

Ну конечно. Все эти разговоры о том, что он терпел ради нее, были лишь пустым трепом. Сверля взглядом мужчину, который нарочито глубоко затягивался, втягивая щеки, она отступила на шаг.

— Вы же сами сказали, что я здесь босс.

— И что?

— Тогда… выполните несколько условий.

Огромное присутствие мужчины давило на воздух, но Сыль А взяла себя в руки.

Квак Чи Гему тоже есть что получать. Пока у него есть цель, он не сможет вести себя совсем уж беспредельно. Да и мама сказала, что ему можно верить. Как-никак, мне тоже нужно выжить.

— Выкладывай.

— Пожалуйста, не курите в моем присутствии. Мне это вредно.

Брови Чи Гема слегка поползли вверх. Ей было страшно, но, крепко сжав кулаки, она продолжила:

— И не вваливайтесь больше в квартиру, самовольно набирая пароль, как сегодня. Как только вы уйдете, я сменю код, так и знайте.

— …

— И сдержите свое обещание: если я буду сотрудничать, вы ничего мне не сделаете.

— …

— Н-не пугайте меня.

Губы Чи Гема сложились трубочкой, и — пуф — изо рта вылетело кольцо дыма. Взгляд Сыль А проследил за плывущим в воздухе колечком.

Сигареты я ненавижу, но форма прикольная. Это ж сколько надо было смолить эту отраву, чтобы научиться такому трюку? Пока Сыль А на секунду отвлеклась, Чи Гем бросил окурок прямо в стакан с водой.

— Ладно. Уж угодить дорогой клиентке я смогу.

Только когда сигарета потухла, Сыль А помахала рукой в воздухе, разгоняя запах.

— Довольна?

— Да… вроде.

Она с сомнением кивнула, а Чи Гем, усмехнувшись, протянул ей стакан с плавающим в нем окурком. Взяв его с брезгливым выражением лица, она собиралась поставить его на стол, но, заметив лежащую лицом вниз фотографию Со Хан Сона, на мгновение замерла.

Мужчина, который мог стать её будущим мужем, приветливо улыбался, совершенно не подозревая о череде контрактов, заключенных вокруг него. В чем его вина? С губ невольно сорвался вздох.

— А что, если я не понравлюсь Со Хан Сону?

Брак — дело не одностороннее. Если он не захочет, она тоже ничего не сможет сделать.

— Ну, значит, подыщем другого ублюдка с похожими условиями.

— Это обязательно должен быть именно он?

— Главное, чтобы при деньгах и был нужен председателю Хан Тхэ Су. Изначально Хан Джи Сон положила глаз на Со Хан Сона, но если с ним не выгорит, я всё равно найду способ выдать тебя замуж, так что не парься.

— Я не парюсь, просто…

— Да и ты пиздец какая красивая, так что мало кто сможет от тебя отказаться.

Кх-кх. Кашель вырвался сам собой. Услышать в лицо комплимент своей внешности от другого человека, да еще и от мужчины, было смущающе. Кх-кх. Кх-кх. Закашлявшись, она подняла голову и увидела, что Чи Гем пристально смотрит на неё, явно забавляясь.

— Чего так удивляешься. В зеркало не смотришься?

— Что?..

— Строишь из себя скромняшку.

Взгляд Чи Гема скользнул по ней с ног до головы. Ей показалось, будто он видит её насквозь, поэтому она сделала шаг назад, уходя из его поля зрения.

— Картины любишь?

Спросил он вдруг, кивнув подбородком на пустую стену гостиной. Смущенно бегая глазами, Сыль А проследила за его взглядом. Там то тут торчали гвозди, потерявшие свое предназначение. Чи Гем вытянул свои длинные ноги и положил их на стол.

— Наверное, жаль, что твоя мать всё распродала подчистую.

— …Откуда вы знаете?

— Плата за использование «Э Па Та» не три копейки. Чтобы собрать нужную сумму, ей, должно быть, пришлось продать всё, что имеет хоть какую-то ценность.

Коллекционирование картин было для матери и хобби, и источником дохода, поэтому когда-то они действительно висели по всему дому. Хотя в прошлом году она всё распродала, и теперь стены пустовали. Сыль А всегда думала, что мать пустила их с молотка ради инвестиций, а оказывается, всё это было ради «Э Па Та».

Есть ли вообще что-то, чего не знает этот мужчина? Может, и это мама ему рассказала?

— Вот же ни грамма удачи.

Пробормотав это себе под нос, словно вздыхая, Чи Гем еще глубже растекся по дивану. Какой же он всё-таки беспардонный в чужом доме. Сыль А, недовольно покосившись на него, опустилась на пол. Стоять так долго было утомительно.

Она оперлась рукой о пол, чтобы поддержать вес, и тяжело вздохнула, как вдруг встретилась взглядом с Чи Гемом. То, как он скрестил руки на груди и изучающе смотрел на нее, было неприятно, поэтому она отодвинулась еще на пядь назад. Заметив, как она откровенно его избегает, Чи Гем издевательски хмыкнул:

— Херней маешься.

— Почему вы материтесь…

— В общем, мы идем на выставку.

— На какую еще выставку?

— В субботу будет одно мероприятие, и Со Хан Сон там тоже появится.

Она посмотрела на него, ожидая объяснений, и он ухмыльнулся.

— Я подготовлю почву, а ты уж постарайся.

Под ногой Квак Чи Гема, покачивающейся из стороны в сторону, словно маятник, уже оказалась фотография Со Хан Сона.

— И что… я должна делать?

— Сделать так, чтобы у прокурора член колом встал.

— …

Как он может так естественно произносить такие грязные слова? Несмотря на её презрительный взгляд, он невозмутимо добавил:

— Мужики — существа примитивные. Стоит им возбудиться, они смотрят еще раз, потом еще, а потом бац — «о боже, неужели это любовь?»

— Перестаньте говорить такие мерзости. Это только вы так устроены.

— Эй, я так далеко не захожу. Слишком занят тем, что просто возбуждаюсь.

— …Всё, уходите уже.

Если этот разговор продолжится, у неё точно уши завянут. Она указала рукой в сторону прихожей, и Чи Гем, перестав трясти ногой, выпрямился.

Он поднял закатившийся под диван помидор черри, оторвал хвостик, выбросил его и закинул помидор в рот. То, как он чавкал и жевал, напоминало хищника, рвущего мясо.

— Суббота, 7 вечера. Я за тобой заеду, так что жди у входа.

— Вы тоже пойдете?

Вместо ответа он встал и в один широкий шаг сократил расстояние от дивана до неё. Сыль А не успела отстраниться и вынуждена была смотреть на него снизу вверх. Свысока окинув взглядом насторожившуюся девушку, Чи Гем громко щелкнул языком и прошел мимо. Решив, что провожать его нет нужды, Сыль А лишь смотрела в его удаляющуюся спину.

Вскоре он скрылся за углом, и раздался звук открывающегося замка.

— Спасибо, что проводила.

С этой насмешливой фразой дверь открылась и закрылась. Пи-рик — замок заблокировался, и оставшаяся одна Сыль А, тупо моргая, издала нервный смешок.

— Точно сумасшедший…

Прищурившись в сторону прихожей, она поднялась. Подняла упавшие на пол помидоры, вытерла салфеткой испачканный соком линолеум и настежь распахнула окно в гостиной. Нужно было выветрить оставшийся в воздухе запах сигарет. Включив очиститель воздуха на максимальную мощность, она почувствовала, что дышать стало легче.

После этого она бросилась к двери, чтобы сменить пароль. Немного поразмыслив, она ввела шесть цифр даты смерти матери.

Проверив пару раз, нормально ли открывается дверь, Сыль А вернулась в гостиную и убрала стакан с плавающим окурком. Двумя пальцами она выудила окурок, выбросила его в мусорное ведро и сразу же вымыла стакан. Заодно помыла и подобранные помидоры.

Только после того, как она старательно убрала все следы пребывания чужого человека, она присела на диван. И тут же, почувствовав едва уловимое тепло, посмотрела на сиденье.

Кожа там, где сидел Квак Чи Гем, была помята. Прошло уже несколько минут, а она всё еще не разгладилась — видимо, из-за его габаритов вес тоже был внушительным. Когда диваном пользовались она с матерью, такого никогда не было.

Сыль А с недовольством окинула взглядом спинку и сиденье, хранящие скрытое присутствие мужчины, а затем забралась на диван с ногами. С кожей ничего не случится, со временем выпрямится, так что не о чем переживать. Подумав так, она закинула помидор в рот.

Но вопреки её воле, взгляд снова упал на диван.

— …

Видимо, чужое тепло всё же вызывало дискомфорт, потому что она отодвинулась в сторону и до тех пор, пока не доела все помидоры, так и не сдвинулась с самого края огромного дивана.