Сыль А едва заметно кивнула.

— Кажется... он всё детство рос на острове.

— На острове?

— Где именно, я пока не знаю.

— Понятно. Что еще?

— Больше ничего... А, еще он сказал, что его мать была глухонемой. Кроме этого, я пока ничего не выяснила.

— Значит ли это, что родная мать Квак Чи Гем-сси тоже мертва?

— Что?

Она с недоумением посмотрела на него, и Со Хан Сон пояснил:

— По документам оба биологических родителя Квак Чи Гем-сси умерли, когда он был еще ребенком.

— А...

Смена личности. Вспомнив эти слова, она кивнула в знак согласия.

— Насколько я поняла, мать мертва.

— А отец?

— Об этом я не знаю.

— Вот как...

Сыль А искоса взглянула на бормочущего в задумчивости Со Хан Сона и проглотила вздох. Вскоре он повернулся к ней и поблагодарил.

В этот самый миг её окатило такой волной сильного отторжения, что она инстинктивно сжалась. Почему? Он ведь просто повернул голову. Она и сама не понимала причины, а Со Хан Сон с недоумением посмотрел на шарахнувшуюся от него девушку.

— Вы уже поужинали?

— ...Да. А вы, прокурор?

— Я еще нет. Только что с работы. Поем, когда вернусь домой.

— ...

— М-м... Тогда, может, пойдете домой отдыхать?

Скорее всего, это была забота о Сыль А, которой явно было некомфортно, но сейчас ей нужно было не это. Ей до безумия хотелось выйти из машины, но мысль о мужчине, который где-то за ними наблюдает, не давала ей этого сделать. Подавив подкатывающую тошноту, Сыль А повернулась к Со Хан Сону.

— Вы сами ничего не узнали?

На его лице промелькнула растерянность.

— Я получил материалы по делу Чон Чхэ Ён-сси и сейчас изучаю их. Пока ничего нового, но как только что-то появится, я вам скажу. Не волнуйтесь.

— ...

Молча глядя на то, как он поправляет очки, она кивнула. И снова повисла тишина. Со Хан Сон, казалось, не понимал, почему она всё еще не уходит, а Сыль А никак не решалась начать разговор и медлила.

Со Хан Сон не говорит грязно, не бросает сальных взглядов и даже когда использует её, остается предельно вежливым. Наверное, поэтому всё так сложно. Потому что он не Квак Чи Гем. Не такой легкомысленный. Вульгарные методы с ним не сработают.

Грызя губы в тревоге, граничащей с отвращением, Сыль А, прежде чем Со Хан Сон успел снова открыть рот, с трудом протянула руку.

В тот момент, когда её дрожащие пальцы коснулись руки, обтянутой безупречным костюмом, ей почему-то захотелось расплакаться, но она сдержалась.

Надо просто думать об этом как об использовании. Так же, как Со Хан Сон использует меня для расследования, я просто использую его, чтобы отвести подозрения Квак Чи Гема.

— Что случилось, Сыль А-сси?

Его явно удивил этот внезапный жест. Сыль А заставила себя сжать пальцы, сминая ткань костюма.

— Прокурор... у, у меня к вам просьба...

Говорить об этом не хотелось до безумия.

— Если это просьба, то о чем...

Но Сыль А с трудом выдавила из себя слова:

— Поцелуйте... меня...

— ...

— Я не хочу... чтобы человек, вроде Квак Чи Гема, был... моим первым. Я, хг-г...

Хоть она и требовала поцелуя без чувств от обоих — и от Квак Чи Гема, и от Со Хан Сона, — осознав, что лишь сейчас испытывает жгучее чувство стыда, её пронзил неожиданный, обескураживающий вопрос.

— Я хочу, чтобы первым был такой человек, как вы, прокурор...

Почему с Квак Чи Гемом мне было нормально?

Со Хан Сон, растерянно глядя на плачущую девушку, медленно наклонился к ней. Приближение его правильного лица, его дыхание, то, как сминаются её губы — всё это было так противно. Но почему, как...

С Квак Чи Гемом я просто взяла и сделала это?

Из уголков плотно зажмуренных глаз Сыль А покатились слезы.

От мысли, что он видит всё это, сердце заколотилось еще более мерзко.

***

Целует. Реально целует.

Холодная усмешка тронула губы мужчины, наблюдавшего за романтично слившейся парочкой.

— Босс, огоньку дать?

Тхэ Джу, которому было поручено следить за Сыль А, попытался заискивающе заговорить с давно не виденным боссом, но Чи Гем вместо ответа раздраженно откинул голову на спинку сиденья. Его взгляд был прикован к силуэту Сыль А, почти скрытому за Со Хан Соном.

Долго же они сосаться будут. Решила применить то, чему научилась? Зло скрежетнув зубами, он перекусил сигарету пополам, выплюнул остатки и щелкнул языком по нёбу.

Ощущение её неумелого языка всё еще живо стояло во рту. Поэтому разворачивающаяся перед ним картина ощущалась еще более болезненно и реально.

Давай. Целуй его.

Значит, ты и правда использовала меня как тренажер для Со Хан Сона?

— ...

Да хуй там. В её наивную башку такие идеи просто не придут. С чего бы девчонке, которая ревела из-за того, что ей помяли сиськи, прыгать в койку к левому мужику, когда у нее есть идеальный прокурор?

— Тхэ Джу.

— Да, босс.

— Глаз не спускай с Хан Сыль А.

— Есть. Я и так слежу.

— Следи еще жестче.

Но она целуется с ним. Целуется.

— Теперь отчитываешься мне напрямую, а не Кан Джину.

— А... есть. Понял.

Только после ответа Тхэ Джу парочка наконец расцепилась. Но Со Хан Сон обхватил лицо Хан Сыль А ладонями и начал что-то говорить, поэтому её лица не было видно.

Значит так. У нее явно есть какой-то план. Ради этого она решила раздвинуть ноги передо мной, но при этом сосется с Со Хан Соном.

У нее кишка тонка играть с двумя мужиками одновременно.

Что же это тогда?

— Дай зажигалку.

Взяв зажигалку у Тхэ Джу, он только сейчас понял, что не курил уже несколько дней. Но даже едкий дым не утолил эту жажду.

Словно смакуя послевкусие поцелуя, парочка продолжала долго о чем-то разговаривать. Чи Гем, неотрывно пялясь на них, перекусил еще одну сигарету.

***

Квак Чи Гем не вернулся даже тогда, когда она приготовилась ко сну. После долгой чистки зубов в попытке смыть неописуемо мерзкое ощущение, Сыль А, придавив ладонью всё еще горящие губы, бросила взгляд на входную дверь, затем недовольно поморщилась, зашла в комнату и закрыла дверь.

На случай непредвиденных обстоятельств все замки внутри квартиры были сняты, поэтому запереться она не могла. Учитывая существование «Э Па Та», она знала, что Квак Чи Гем не станет принуждать её без согласия, но сейчас у неё было просто отвратительное настроение, и отсутствие замка лишний раз раздражало.

Бам. Специально толкнув дверь всем телом, она сразу же направилась к кровати и залезла под одеяло.

— ...

Лицо Сыль А, натянувшей одеяло до самой макушки, было болезненно искажено.

Поцелуй Со Хан Сона был таким же неумелым и простым, как и её самый первый поцелуй. Он просто прижался к её губам и скованно зашевелил своими. А потом, с виноватым лицом, принялся успокаивать плачущую Сыль А, бесконечно извиняясь. Но от своей просьбы не отказался.

«Простите. Что ставлю вас в неловкое положение, Сыль А-сси. Если вы просто узнаете, что это за остров, я больше не буду вас ни о чем просить».

Со Хан Сон, игнорирующий суть проблемы и лишь выражающий дежурное чувство вины, ни в словах, ни в действиях, ни во взгляде не выказывал и капли тепла — от него веяло пугающим холодом. И именно в этот момент она ясно осознала: для него она — лишь инструмент расследования.

Но ей было всё равно. Да, какое-то время она испытывала к нему искреннюю человеческую симпатию, но всё это исчезло в тот момент, когда он попросил её сблизиться с Квак Чи Гемом. Теперь, когда они просто использовали друг друга, у нее появилось четкое оправдание для этого нежелательного поцелуя.

Так что дело было не в самом поцелуе с Со Хан Соном.

Настоящая причина её злости крылась в другом.

Мерзкое, неописуемое чувство унижения, словно в тот момент, когда она была в объятиях Со Хан Сона, за ними отовсюду наблюдали чьи-то невидимые глаза, словно она выставила свою личную жизнь напоказ, словно она делала что-то постыдное в одиночестве — это чувство всё еще жгло её изнутри.

Квак Чи Гем точно видел это. Видел, как мы целуемся.

О чем он думал, глядя на нас?

Думал ли вообще о чем-нибудь? Наверняка просто насмехался. Понятное дело, вид двух неумело сосущихся людей стал для него поводом для насмешек. Ему же плевать на всё, кроме того, как открыть «Э Па Та».

— ...

Сыль А сильнее сжала одеяло и свернулась в клубок.

«Э Па Та» не откроется. Потому что за Со Хан Сона я не выйду.

Наверное, еще до этого Квак Чи Гема вызовут в прокуратуру, а я к тому времени узнаю хоть что-то о маме и тете Чхэ Ён.

А потом, когда он поймет, что свадьба сорвалась, он может прийти и устроить скандал. Но до худшего не дойдет. Остается лишь благодарить маму за её прозорливость — за то, что она сделала условием открытия мою безопасность.

Если потребуется, я использую Квак Чи Гема, сыграв на его одержимости «Э Па Та». Хотя кто знает, будет ли ему всё еще нужен мамин сейф к тому времени.

Об этом подумаю потом.

 ✨P.S. Переходи на наш сайт! Вся история уже готова к прочтению!  ➡️ Fableweaver