Контент удален!

Перед слушаниями в зал заседаний собрались главы семейств и их домочадцы.

Они перешептывались, обсуждая предстоящие события.

Затем двери зала распахнулись, и вошли Агриче.

Во главе шли глава семьи Джереми и его сестра Роксана.

Джереми почтительно сопровождал свою сестру, держа её за руку.

И снова сегодня на них была черная одежда.

Во время дружеских встреч было принято носить наряды или аксессуары в цветах своего дома.

Так что вид Джереми, Роксаны и остальных Агриче в черном уже никого не удивлял.

Но сегодня что-то в этом казалось иным.

Когда члены Агриче вошли в зал, шепот смолк.

«Раньше никто никогда не задумывался об этом...»

Но сегодня их черные одеяния почему-то напоминали траурные, словно они оплакивали мертвецов.

Особенно впечатление усиливалось из-за скорбных лиц шедших следом людей Агриче.

Возможно, так казалось, потому что все теперь знали: кукла Бертиума, которая станет главной темой обсуждения, раньше была одним из Агриче.

Да и образ Роксаны вчера в саду слишком ярко врезался в память.

В отличие от остальной родни, которая тихо заняла свои места, Роксана села рядом с Джереми как главный свидетель на сегодняшних слушаниях.

Все, кто помнил вчерашний день, неотрывно смотрели на её лицо.

Больше не было и следа той мучительной печали, от которой сжималось сердце.

С момента входа в зал она держалась спокойно и собранно.

Но лицо её казалось осунувшимся и бледным, будто она не спала всю ночь.

Джереми что-то шепнул ей на ухо.

Роксана слегка опустила взгляд.

Длинные ресницы, изящно изогнутые, взмахнули, отбрасывая тени на алые глаза.

«Наверное, брат спросил, как она себя чувствует».

Краешек её губ дрогнул в слабой улыбке, словно говоря, что всё в порядке.

Лицо прекрасной женщины, омраченное печалью, само по себе — грозное оружие. А если эта женщина — Роксана, чья красота затмевает всё вокруг, эффект становится сокрушительным.

Как и вчера в саду, у всех возникало ощущение, что виновного в её печали следует сурово покарать.

Тем временем начали появляться главы и члены семей, ещё не успевшие прибыть.

Касис Педелиан вошёл почти последним.

Он явно задержался, ведь остальные из его дома уже давно сидели на своих местах.

Роксана сидела прямо напротив входа, поэтому их взгляды сразу встретились.

Едва он переступил порог, она ощутила напряжение в воздухе.

Я вошла в зал заседаний, держа Джереми за руку.

Поскольку это место обычно закрыто для посторонних, я здесь впервые.

Как только мы появились, заранее прибывшие гости замолчали и уставились на нас.

Сегодня утром я велела людям Агриче надеть самые тёмные одежды из имеющихся.

Собравшись вместе, мы производили сильный визуальный эффект.

Даже сводные братья, благодаря строгому наставлению Джереми, отлично контролировали выражения лиц.

Я сама сегодня намеренно нанесла меньше макияжа.

Вскоре я села рядом с Джереми и осмотрела зал.

Касиса ещё не было.

До начала слушаний оставалось время, но, похоже, он немного задерживался.

Прошлой ночью он уехал из Иггдрасиля и до сих пор не вернулся.

Бабочка по-прежнему была с ним, но из-за расстояния связь прервалась.

Тут Джереми, с каменным лицом, которое он сохранял с самого входа, наклонился ко мне и прошептал:

— Нуна, можно сейчас печенье?

Он кивнул в сторону маленьких печений и напитков, стоявших у каждого места.

Их приготовили слуги на случай, если кому-то станет голодно во время слушаний.

— Ты не позавтракал?

— Проснулся поздно, не успел.

«Вот как».

Так и хотелось отдать ему своё...

Я сделала вид, что веду серьёзный разговор, опустила взгляд и улыбнулась с лёгкой грустью:

— Потерпи.

Брови Джереми уныло поникли.

Но он, видимо, тоже понимал, что сейчас не время для перекуса. С сожалением оторвав взгляд от печенья, он снова принял важный вид.

И тут я вдруг ощутила связь с бабочкой, вернувшейся к Касису.

«Неужели он уже в Иггдрасиле?»

Я украдкой взглянула на дверь.

Мысль о Касисе напомнила о недавних событиях.

Заметить исчезновение первой ядовитой бабочки с Касиса было несложно.

Мало кто вообще знал о её существовании, и уж тем меньше — кто мог подобраться к Касису и устранить её.

Так что, почувствовав её исчезновение, я сразу догадалась, что он встретился с Деоном.

Позже сам Касис подтвердил это. Он не стал скрывать от меня их встречу, хоть и солгал о деталях.

Он сказал, что всё прошло мирно, но, учитывая уничтожение бабочки, это явно было не так.

Тогда я молча прикрепила к нему новую.

— Того приспешника Ноэля Бертиума звали Данте, да? Говорят, он умер.

Вчера, когда Гризельда сообщила мне это, всё встало на свои места.

— Похоже, верный пёс почуял след хозяина и пролез в Бертиум.

Вообще, я заподозрила неладное ещё три дня назад, когда узнала, что Ноэль Бертиум прибыл в Иггдрасиль один.

Во время прошлой встречи глав семей и в Бертиуме рядом с ним всегда был Данте.

Так что он просто не мог не появиться на таком важном событии. Я уже тогда начала что-то подозревать.

А теперь он мёртв.

Возможно, именно поэтому, вопреки моим ожиданиям, Педелианы не напали по пути сюда в попытке вернуть Никса.

Да и три дня назад Ноэль выглядел крайне нестабильным.

Теперь я знала, что причина — смерть Данте, но никакой жалости к нему не испытывала.

Однако то, что Данте убил Деон, сначала остудило мне сердце, а потом, наоборот, разожгло ярость.

А то, что Касис, похоже, знал об этом, беспокоило меня ещё больше.

Пока я размышляла, в зале постепенно заполнялись пустые места.

Наконец вошёл Касис.

Наши Взгляды на секунду встретились.

Почти одновременно мы отвели глаза.

— Ни-Никс?

Прямо перед закрытием дверей в зал вполз — то ли опираясь на кого-то, то ли будучи втянутым — Ноэль Бертиум.

— Где Никс?

Даже входя, он продолжал искать Никса.

Я слегка поморщилась.

«Странно. Даже в Бертиуме он не был настолько одержим.

Может, после смерти Данте он пытается заполнить душевную пустоту Никсом?

Хотя даже если так, я и не думала отдавать его назад».

Внезапно Ноэль заметил меня и обрадовался.

Похоже, он уже забыл, как я отчитала его три дня назад. Иначе вряд ли бы так сиял.

— Луна!

И после стольких просьб не называть меня этим именем он опять его забыл!

Но сейчас это было даже кстати.

Я специально села на виду, чтобы он меня заметил.

— Луна, Никс, где Никс? Мне сказали, что на собрании я его увижу, но где же он?

В Иггдрасиле Ноэлю не давали свободно передвигаться.

Его не запирали с самого начала, но когда он пытался выйти из комнаты, чтобы найти Никса, стражи несколько раз его останавливали.

После вчерашнего инцидента в саду он опять устроил сцену, требуя встречи.

Так что на случай чего Никса перевели в другое место — вчера вечером Касис мне это подтвердил.

— Луна?

— Он сказал «Луна»?

— Кажется, это к младшей Агриче...

Люди зашептались.

— Ноэль Бертиум, вам лучше занять своё место.

Главы семей нахмурились.

Но Ноэль стоял передо мной как вкопанный.

— Глава Жёлтых.

В конце концов Джереми, похоже, исчерпал запас терпения.

— Неужели под «Луной» вы имеете в виду мою нунъи?

Ноэль тупо уставился на него, словно не понимая, в чём проблема.

— Как ты...

В глазах Джереми вспыхнули искры.

— Как ты смеешь обращаться с моей нунъи как с куклой и называть её как тебе вздумается?! Доколе ты будешь оскорблять её?!