За всю свою жизнь ей редко доводилось останавливаться в отелях. В таком дорогом номере она была впервые.
Потратить такую огромную сумму за одну ночь казалось немыслимым для такой девушки, как она, выросшей в простой семье.
Стоило ей приложить карту-ключ и войти, как перед ней предстала настолько огромная гостиная, что в ней можно было бы проводить семинары.
Поражённая роскошью номера, Соль А застыла на месте и растерянно огляделась. К ней подошёл Тэ Шин, ненадолго отлучавшийся по делам.
Судя по лёгкому аромату мыла, исходившему от него, должно быть он отлучился чтобы помыть руки. Даже запах мыла в таком хорошем отеле вызывал волнение.
Ещё недавно она отказывалась заселяться, говоря, что это слишком дорого, а теперь, едва переступив порог, во все глаза смотрела по сторонам, как дурочка.
Соль А шагнула вперёд, словно заворожённая желанием осмотреть всё вокруг, но не успела сделать и второго шага, как вдруг её тело легко подняли в воздух.
Она испуганно вскрикнула, когда широкая ладонь звонко шлёпнула её по ягодицам. Удар оказался совсем не болезненным.
— Ч-что ты...
— Ты сюда на экскурсию пришла? Расслабилась и отвлеклась перед своим оппой? Сначала нужно потушить пожар, малышка.
Тэ Шин подхватил Соль А и закинул себе на плечо, словно мешок, а затем уверенно направился в спальню, отделённую раздвижной дверью.
Великолепный панорамный вид из пентхауса, на который ей так хотелось посмотреть, промелькнул перед глазами размытым пятном, прежде чем она успела хоть что-то разглядеть.
Когда Соль А швырнули на кровать, мягкий, подобный небесному блаженству матрас нежно окутал её тело.
Все её тело, слегка нывшее после целого дня росписи стен и сорока минут в машине, казалось, растаяло в одно мгновение.
Слегка приподнявшись на локтях, Соль А произнесла:
— Но раз уж мы здесь, надо хотя бы осмотреться. Говорю же, я впервые в таком дорогом номере.
— Можешь остаться здесь хоть на несколько дней. А сейчас сосредоточься на мне.
Небрежно бросил Тэ Шин, после чего одним движением стянул с неё брюки вместе с трусиками, а в следующую секунду сорвал с неё и верх.
Не успев опомнится, она оказалась обнажённой. Испуганно прикрыв руками грудь, Соль А смущённо отшатнулась назад.
— Д-давай сначала помоемся. Я вспотела на работе.
— Так даже лучше.
Тэ Шин расстегнул пуговицы на своих манжетах и закатал рукава. С щелчком сняв с запястья металлические часы, он небрежно швырнул их в сторону.
Часы «Philippe Patek» с синим циферблатом, носящие прозвище «Элегантный мускул», полетели на пол спальни, словно ненужная тряпка.
Упёршись коленом в матрас, Тэ Шин забрался на кровать и навис над Соль А, заслонив её своими широкими плечами.
Оказавшись в ловушке под этой тенью, Соль А снизу вверх посмотрела на Тэ Шина, её веки трепетали, как у пойманной в силки дичи.
Его затуманенный взгляд расфокусировался.
Это означало лишь одно: раз уж он твердо решил заняться этим прямо сейчас, остановить его было невозможно.
— Раздвинь ноги, малышка.
Вопреки охватившему её смущению и растерянности, жаркое желание, скопившееся глубоко внутри, бурлило от предвкушения.
Зная по опыту, какое бешеное наслаждение он умеет дарить, она уже промокла насквозь лишь от одного его взгляда.
— Я тщательно вымыл руки, чтобы трахнуть тебя.
Он отлучался не просто помыть руки: его коварный план заключался в том, чтобы сначала свести Соль А с ума с помощью пальцев.
Тэ Шин раздвинул её ноги и провёл пахнущей мылом рукой вверх по её лону, теперь бесстыдно открытому его взгляду.
— Какая красивая.
— Хах!
Соль А вздрогнула, невольно качнув бёдрами в этом непристойном положении, и замерла. Тэ Шин же с усмешкой в уголке губ медленно наклонился к ней, не сводя с неё глаз.
Уткнувшись носом в её интимное место, он глубоко вдохнул, словно хотел вобрать в себя манящий аромат её тела.
— Ха, блядь, мне нравится этот запах....
От жгучего стыда и возбуждения Соль А зажмурилась.
Её ноги уже дрожали. Ей отчаянно хотелось сдвинуть их, но она изо всех сил удерживала себя, вцепившись в лодыжки.
Потому что стоило её позе хоть чуть-чуть измениться, как этот вредный Со Тэ Шин тут же стал бы действовать ещё жестче.
Его язык проник внутрь её лона и принялся настойчиво исследовать её изнутри.
— Х-ху-у-х....
Медленно вводя и вытаскивая его, словно пробуя почву перед проникновением члена, он затем прижался языком ко всему её лону и принялся непристойно чмокать и всасывать его губами.
Не прошло и пары минут, как раскрасневшаяся Соль А принялась сладко стонать: мужчина, знавший её тело лучше, чем она сама, вытворял с ней языком такое, от чего рассудок окончательно покинул её.
Шлёп, чмок, чавк. Когда Тэ Шин, шумно слизывавший её смазку, наконец отстранился, её распухшее, покрасневшее лоно запульсировало, выделяя новую порцию влаги.