Экстра. Часть 22
Экстра. Часть 22
С каждым его безжалостным толчком низ живота Соль А заметно выпирал, выдавая, насколько глубоко он входил в неё.
Казалось, он вот-вот прорвёт кожу её живота. Почти полностью выходя, он тёрся о её лобок, а затем снова резко входил внутрь с влажным чавканьем, проникая в самую глубину.
— Ах! Ах! Ах!
Её бесконечно нарастающие крики липко сплетались с хриплыми стонами мужчины.
Тэ Шин подхватил Соль А, которая, заливаясь слезами, то и дело бессильно оседала, и перенёс её в джакузи. Он уложил её так, что затылок, плечи и верх спины опирались на широкий плоский бортик, а нижняя половина тела оставалась на весу.
Схватив её тонкие лодыжки, легко умещавшиеся в одной руке, он широко развёл её ноги, обнажив под ярким светом ванной место, где их тела соединялись. Не отрывая взгляда от этого места, покрытого их соками, Тэ Шин яростно вошёл в неё и ускорил темп.
— Ху-ух, ху...
Каждый раз, когда его толстый, словно дубинка, член скользил внутрь, а затем выходил наружу, влажно блестя от смазки, её податливая плоть тянулась за ним с хлюпающим звуком. Это зрелище возбуждало его настолько, что глаза наливались кровью.
— Приятно? А? Малышка. Тебе приятно, когда я попадаю прямо в это место?
Соль А, доведённая до предела, жадно хватала ртом воздух и отчаянно мотала головой. И хотя она не отвечала, Тэ Шин продолжал допытываться, хорошо ли ей, двигая бёдрами, как одержимый демон.
Жидкость, прежде вырывавшаяся из её лона короткими брызгами, теперь текла непрерывным потоком и стекала прямо в джакузи.
Крепко уперевшись рукой в бортик рядом с лицом Соль А, Тэ Шин навалился на неё всем своим телом и начал двигаться, словно поршень, неистово вколачиваясь в неё.
Постепенно последние остатки разума рассеялись, а движения утратили всякий смысл — им овладело лишь дикое желание подчинить её себе. В нём клокотала яростная жажда проникнуть в самые сокровенные глубины её тела. Он переступил последнюю черту, и сдерживать себя больше не пытался.
«Ху, я кончаю.»
В исступлении он уже не понимал, произнёс ли он эти слова вслух или они прозвучали лишь в его голове.
Соль А тоже почувствовала, что он близок к разрядке. Она обвила руками шею Тэ Шина и крепко прижалась к нему. Её ноги, скрещенные у него за спиной, мелко и судорожно дрожали.
— С этого момента прекрати пить противозачаточные.
От этого зловещего шёпота расфокусированный взгляд Соль А заметался, не в силах задержаться на Тэ Шине. Лицо женщины, почти лишившейся рассудка от экстремального наслаждения, выглядело парадоксально чистым и целомудренным — словно невинный ангел, не ведающий, что такое похоть.
Её затуманенный взгляд, пылающие щёки и кончик языка, мелькнувший между приоткрытыми губами…В этом облике он абсурдным образом уловил черты той маленькой девочки из далекого прошлого, которая когда-то сидела на корточках у стены, играя с котом. Тэ Шин стиснул зубы.
Это было нелепое, жалкое воспоминание, едва ли достойное называться судьбой.
Лишь он один лелеял в памяти её образ, образ той, которая напрочь забыла об их встрече в детстве. И смешанное чувство предательства и удовлетворения — от того, что он всё равно сделал её своей — болезненно сдавило ему грудь.
Тэ Шин схватил её за подбородок, заставляя смотреть ему в глаза, и одержимо пробормотал:
— Не пей их. Поняла?
— Ах, я поняла. Говорю же, поняла. Хы!
— Хочешь забеременеть прямо сегодня?
— Ха-а... Это же, хнык! не то, что, случается, прямо сразу!
— Вот попробуем и узнаем.
Тэ Шин снова схватил её за лодыжки, и притянул к себе.
Плеск!
Влажные шлепки гулко разнеслись по джакузи, отдаваясь эхом от стен.
Соль А извивалась под ним, но он не обращал на это внимания. Его резкие движения заставили её запрокинуть голову и вскрикнуть.
Всё её тело было напряжено, и лишь пышная грудь колыхалась от силы его толчков. Это было невероятно непристойное зрелище.
Каким-то непостижимым образом всё в ней казалось чертовски сексуальным.
Он сжал её груди — мягкие и упругие, они под его руками покачивались, словно дразня его. Он мял их, оставляя на белоснежной коже красные отпечатки пальцев.
Он продолжал двигаться настойчиво, словно стремясь войти ещё глубже. Влагалище Соль А сжалось вокруг него, его стенки судорожно сокращались, усиливая давление. Тэ Шин вгонял член до предела, а затем с силой надавливал на определённые точки и вращал бёдрами. От этих движений Соль А теряла рассудок.
— ...!
На пике наслаждения Соль А не смогла издать ни звука — лишь резко выгнула спину.
Её приоткрытые губы беззвучно шевелились. Он тоже достиг своего предела.
Чувствуя, как пульсирует вздувшаяся на виске вена, Тэ Шин наконец позволил себе кончить. Всё это время он неотрывно смотрел на место, где соединялись их тела, словно хотел навсегда запечатлеть в своей памяти, как изливает в неё своё семя.
— Хух!
Крепко стиснув челюсти, он мощными толчками излился в неё. Его член, погружённый во влажное лоно, запульсировал, извергая горячие потоки семени. Казалось, этому не будет конца. Его плечи, спина и бёдра дрожали, пока он не излился до последней капли. Наконец он обессиленно рухнул на Соль А.
В этот миг за огромным панорамным окном вспыхнули фейерверки, озарив чёрное небо ослепительным светом, словно благословляя их союз.
