Онлайн чтение книги Небылица Мачехи A Stepmother's Fairy Tale
Глава 59

Джереми, как всегда, упорно возился с шашлыком, а Нора тем временем умудрился съесть почти половину корзины яблок, уплетая их чуть ли не по два за раз. И при этом болтал без умолку — просто удивительно.

— Это что? Почему куры дерутся? Ого, у них даже когти на лапах.

— Это петушиные бои, невежественный дикарь. Почти как собачьи.

— Ага, значит, у людей есть деньги на такие развлечения. Неожиданно, многие, видимо, живут неплохо.

— Статус и богатство не играют роли, когда дело доходит до азартных игр.

Нора фыркнул в ответ и вдруг бросил на меня многозначительный взгляд. Я в ответ точно так же многозначительно посмотрела на него.

Бррр, в общем, Элиас, как был, так и остался источником головной боли, ничего не изменилось...

— Посмотрите новые работы начинающего художника Кранаха! Здесь есть прекраснейшая леди, просто ужасно красивая! Прекрасно подойдет для гостиной! Увидите произведения, опередившие свое время!

«Просто ужасно красивая леди» — ну да, художникам свойственно преувеличивать.

Так или иначе, продавец картин с лотка так рьяно расхваливал свой товар, размахивая руками, что мне стало его жалко, и я остановилась, решив, что можно и посмотреть.

Разумеется, Джереми тут же начал бурчать.

— Точно то, что понравилось бы Рэйчел.

— Почему бы тебе не перенять хоть немного художественного вкуса у своей сестры?

— Зачем? Я рыцарь. В картинах ни черта не понимаю и не хочу понимать.

— Твой друг тоже рыцарь, разве нет? Нора, кажется, ты говорил, что раньше увлекался живописью?

Я украдкой взглянула на него, и, как и следовало ожидать, в отличие от Джереми, который тыкал пальцем в статуи, даже не глядя на пейзажи, Нора внимательно осматривал лоток с серьезным выражением лица. В его взгляде читалась какая-то горечь.

— Был когда-то... Давным-давно, в детстве. С тех пор прошло много времени. Как я говорил, я осознал, что искусство — это взрыв.

— Взрыв?..

— Старшие в нашей семье ненавидели это. Все сожгли.

Нора мягко улыбнулся, отвел взгляд от картин и, словно от скуки, развернулся. Но почему-то мне стало грустно.

— Жаль. Я бы хотела увидеть то, что ты рисовал.

— У меня не было особого таланта.

— Для хобби талант не обязателен. У меня тоже нет особых способностей к вышиванию.

Нора на мгновение замолчал, уставившись в землю, затем, видимо, что-то припомнив, провел рукой по губам и усмехнулся.

— У меня остался один скетчбук... Покажу, если пообещаешь не смеяться.

— Я не буду. Ни за что. Разве я когда-нибудь смеялась над тобой?

Он быстро покачал головой. Это выглядело так нелепо и мило в сочетании с его огромным телосложением.

Я уже собиралась что-то сказать, когда Джереми, который рыскал по лотку, внезапно закричал:

— Ого, это что, ню? Сури, посмотри! У этого мрамора стиль не хуже, чем у меня! Вот это настоящая культура... нет, настоящий обман!

— ...

Напротив лотка с картинами на площади вовсю шел спектакль бродячих артистов. Джереми, который шел впереди, потирая спину после моего удара, вдруг остановился и округлил глаза.

— Ого! Сури, там что-то похожее на тебя.

— О чем ты?

— Нет, правда, очень похоже. Смотри.

Я проследила за его пальцем и действительно увидела... розовую куклу-лису, торчащую со стола, где шел кукольный спектакль. Ну да, конечно, если она розовая, значит, это я?!

— Да прямо вылитая! Эй, разве не... Куда он опять делся? В туалет? Ладно, не важно.

Я уже подумывала дать Джереми еще одного подзатыльника за его наглый хихикающий вид, когда реплика кукольника заставила нас всех замереть.

— О, бедная и прекрасная мать львов, откуда ты пришла? Дочь небес или дочь земли? Если бы я мог завоевать твое сердце, я бы отказался даже от трона!

Под задорную мелодию кукольник поднимал белую куклу орла.

Я машинально схватила Джереми за запястье и уставилась на сцену.

Кукла-лиса напротив орла вдруг исчезла, и на ее месте появился ярко-желтый лев.

— Наследие отца переходит к сыну. Никто не отнимет ее у меня! Ну-ка, давай, птенец! Я сожру и трон, и все остальное! Р-р-р!

Лев яростно бросился на орла.

Как только орел, отчаянно махая крыльями, исчез, на сцену высыпали другие звери и набросились на льва, а сверху спикировал черный ворон с песней:

— Суд пришел, грешники! Боги разгневаны! Если хотите спастись, сожгите эту ведьму заживо... Кря-я-я-я!

Дети расхохотались над комичным воплем ворона, который издал кукольник.

Пока лев сражался с другими зверями, внезапно выскочил волк и схватил ворона за крыло, проглотив его одним глотком.

Затем волк проглотил орла и остальных кукол и наконец набросился на льва.

Это было весьма... многозначительное представление. Надо отдать должное кукольнику — не каждый рискнет показывать такое на площади, где ходят дворяне вроде нас. Да еще и с лисой... «Когда кота нет, мыши веселятся», что ли?

В любом случае я не смогла досмотреть эту дерзкую постановку до конца, потому что Джереми, до этого стоявший как вкопанный, внезапно зарычал с дикой злобой.

— Что за бред...

— Успокойся! Это же просто куклы.

— Просто куклы?! Этот ублюдок сейчас над нами издевается!..

Мне пришлось изо всех сил удерживать Джереми, который рванул к сцене, явно намереваясь оторвать кукольнику голову.

Где, черт возьми, Нора?! Хотя, может, и к лучшему, что его нет?

— Пожалуйста! Это просто представление! Эти артисты дни напролет потешаются над дворянами и членами императорской семьи! Если будешь обращать внимание, только выставишь себя на посмешище!

— Пусть смеются! Я этого типа...

— Твоя мать ведь запретила, тупица. Хочешь прослыть неблагодарным сыном?

Это было сказано не мной. Конечно.

Нора, исчезнувший во время представления, внезапно появился ниоткуда и, схватив приятеля за плечо, невозмутимо произнес эти слова.

Джереми на мгновение уставился на него горящими яростью зелеными глазами, словно хотел сожрать заживо, и наконец проворчал:

— Так ли это?

— Ага.

— А ты-то где был?

Джереми, чей гнев мгновенно испарился, задал этот глупый вопрос, а Нора, поморгав, почесал голову и почему-то взглянул на меня.

— Искал подарок на день рождения.

— У меня не день рождения.

— Да не у тебя, идиот! Подарок для твоей мамы. В прошлый раз не получилось.

Что-что? Пытаясь понять, что происходит, я вдруг застыла на месте.

На грубой ладони Норы лежала брошь — до жути знакомый мне предмет.

Та самая брошь с перидотом, которую Джереми подарил мне в прошлом!

Изумрудно-зеленый камень в обрамлении черных крыльев бабочки — точь-в-точь как тогда.

Жуткое совпадение. Я даже не знала, как описать свои ощущения.

В прошлой жизни эту брошь мне подарил Джереми, а теперь ее принес Нора... Радость и ирония смешались в голове в единый клубок.

Пока я пребывала в шоке, Джереми отреагировал как обычно — то есть взорвался.

— Ах ты, сукин сын! Зачем подлизываешься к моей маме?!

— Что? Ты же сам просил меня помочь выбрать подарок, бешеный кот!

— При чем тут это сейчас?!

— Ты первый начал!

Хм. Видимо, между ними произошел некий обмен информацией, о котором я не знала. Значит, то ожерелье не просто так появилось на лугу.

Я хотела посмотреть на них с гордостью, но передумала.

Два огромных зверя, рычащих и душащих друг друга посреди площади, — не самая подходящая картина для умиления.

— Кхм. В общем, мама, я подумал, что эта брошь хорошо сочетается с тем ожерельем, которое тебе подарил этот несуразный старший сын.

— Ха! И где тут сравнение? Сури, мой подарок намного лучше, правда?

Честно говоря, их вообще нельзя сравнивать. Да. И ожерелье, и брошь имеют для меня огромное значение, каждая по-своему.

— Спасибо... Я буду беречь ее.

Я улыбнулась и взяла брошь. Нора, смущенно почесав голову, вдруг широко улыбнулся — так ярко и чисто, что на мгновение показалось, будто передо мной снова ребенок.

А Джереми, конечно, заворчал.

— Это нечестно! Не по-рыцарски!

— Если завидуешь, сам сходи и купи что-нибудь!

— У меня уже был шанс подарить подарок, гад!

Два здоровенных парня, орущих друг на друга посреди площади, естественно, привлекли внимание толпы.

Так что все мое умиление моментально испарилось, и мне захотелось сделать вид, будто я их не знаю.

Несмотря на то, что был уже поздний вечер, вокруг все еще было светло — дело было разгаром лета.

Мы зашли в симпатичный ресторанчик, взяли еду с собой и устроились под тенью деревьев на холме, откуда открывался вид на праздничную площадь.