Онлайн чтение книги Небылица Мачехи A Stepmother's Fairy Tale
Глава 31

Было тяжко видеть, как Джереми стонет в лихорадке, а красные пятна распространяются от затылка по всему телу. Я не могла не бояться, хотя и точно знала, когда ему станет лучше. Иронично видеть будущего лучшего рыцаря империи таким беспомощным перед болезнью.

Пока я весь день проводила с Джереми, Элиас и близнецы выглядели такими же напуганными и совершенно подавленными. В замке наступила долгожданная тишина, но воздух стал более спертым. Почему раньше я хотела, чтобы мои дети были послушными? Теперь же я желаю, чтобы жизнь вернулась в этот особняк.

- …Сури, ты здесь?..

- Да. Я здесь.

- Я умираю?.. Мне кажется, я погибаю.

- Не глупи. С чего бы тебе умирать?

- Тоже верно. Я не вижу, чтобы ты была печальной.

Знаете, когда человек болеет, его разум впадает в детство. Джереми время от времени что-то бормотал. Он периодически проваливался в сон и часто просыпался, поглощенный жестокой лихорадкой. В конце концов, с уставшими глазами и странным отчаянным выражением лица, он даже затронул то, о чем никогда бы не заговорил в обычной жизни, и о произошедшим перед смертью моего супруга.

- Не то чтобы ты мне не нравилась... Я просто ревновал, ведь ты, похоже, нравились моему отцу даже больше, чем мы.

- Теперь все в порядке. Меня не волнует, что я тебе не нравилась.

- Я ненавидел тебя за то, что ты жила в комнате моей матери... Но, в реальности, я даже уже и не помню лица своей матушки. Как выглядит моя мать?.. Сури, ты знаешь?..

Я опустилась на колени у кровати, просунула руки под одеяло и крепко сжала горячую руку мальчика. Бедняжка, ребенок в том возрасте, когда он отчаянно нуждается в своих настоящих родителях... Но кроме меня здесь никого нет.

Как и в прошлом, я склонилась над его золотистыми волосами, взмокшими из-за холодной испарины, и поцеловала его бледный лоб.

- Теперь я твоя мать. Можешь ли ты запомнить вместо этого мой облик?..

Джереми взглянул на мое лицо своими расфокусированными темно-зелеными глазами, но потом сомкнул руки вокруг моей шеи и прошептал тяжелым голосом:

- Пусть лихорадка сойдет, Сури. Молю, попроси Святую Деву Марию перестать цепляться ко мне.

Как бы я хотела, чтобы у меня была такая способность! Однако сколько бы времени ни проходило, спорить с Богом было невозможно. В действительности люди были милостивее Бога. Пока Джереми болел, из разных уголков приходили послания с выраженными беспокойствами, письма с советами и доселе неизвестные лекарства.

Среди всех них были особые маковые конфеты, присланные герцогиней Нюрнберг с короткой запиской, которые очень помогли облегчить боль юноши, боровшегося с высокой температурой.

Был еще один человек, которому я была благодарна. Принц Теобальд пришел навестить меня к тому времени, когда бесконечный кашель и красные пятна наконец-то поутихли. Он улыбнулся и извинился за то, что не смог зайти раньше.

- Я тоже переболел корью, так что со мной все будет в порядке. Я хотел бы взглянуть, как этот бойкий малый стонет.

Не было причин отказать ему. В результате визит Теобальда повлиял на выздоровление Джереми. Точнее, он заставил Джереми воспрянуть духом, который он потерял на несколько дней из-за болезни.

- Какого черта Вы здесь делаете? Наследный принц, должно быть, очень занятой человек.

- А что, ты завидуешь? Если ты ревнуешь, то в следующей жизни тебе следует так же родиться кронпринцем, мелкий засранец.

- Ты злоупотребляешь своим статусом. Ты даже не представляешь обязанностей знати.

...Что ж, признаки выздоровления были как на ладони. Но что это за слова? Мне лучше поскорее встать и уйти. Он даже не взглянул на мешки под глазами матери, какой неблагодарный отпрыск.

- Любая мать будет благодарной, если у нее будет такой хороший сын, как я.

- А с какого момента ты планируешь стать скромным?

- Если настанет день, когда наследный принц победит меня в фехтовании, я подумаю об этом. Сури, я голоден.

Это была простая болтовня, которая происходила каждый день, когда Теобальд навещал Джереми, чтобы перекинуться с ним парочкой фраз, пока тот полностью не исцелился. Благодаря этому у меня было немного свободного времени, чтобы утешить трех абсолютно беспокойных детей. Мне так жаль, что в прошлом я не была хорошим человеком.

- Но почему ты накостылял тем парням в прошлый раз? Мне очень любопытно.

Этот вопрос Теобальд неожиданно задал вечером 10-го дня с начала кори, когда я наблюдала, как Джереми ест куриный суп, убедившись, что остальные трое ребят закончили трапезу. Это было событие, о котором даже я успела слегка позабыть.

Джереми, съевший все предложенное, ведь до этого он не мог нормально питаться в течение нескольких дней, нахмурился и уставился на кронпринца, а затем произнес:

- Почему бы Вам не спросить у своего кузена?

- Джереми...

Для больного было нормальным делом – ворчать, но то, как моя хватка ослабла за это время – большое глупое упущение! Добрейший кронпринц усмехнулся мне, словно для него такая ситуация была в порядке вещей.

- Все в порядке, мадам, ха-ха. Вы с ним вдвоем держите язык за зубами, так почем мне знать?

- Он, должно быть, ненавидит тебя. Но почему он так тебя терпеть не может?

- Ты разбиваешь мне сердце, спрашивая так прямо. Он не то чтобы ненавидит меня, возможно, это такой бунтарский период.

- К удивлению, у тебя есть удивительная склонность сбегать от реальности.

- …Ты что, трусливо атакуешь меня прямыми фактами?!

- Аргх! Почему ты называешь больного трусом? - я позволила им двоим переговариваться и вышла с подносом тарелок.

Отдав грязную посуду и блюда горничным, я заглянула в кабинет, чтобы наспех просмотреть документы, которые раньше не видела, а когда, наконец, вернулась в комнату Джермери, то застала их обоих заснувшими.

Вдруг мое внимание привлекла открытая колбочка с маковыми конфетами, стоявшая на комоде. Мак измельчили в порошок и проварили с молоком, но, полагаю, они посчитали, что это обычные сладости.

Увидев будущих гениев, которые, должно быть, заснули, жуя и глотая лечебные конфетки, я, естественно, вздохнула. Разве они оба не достаточно взрослые, чтобы есть конфеты?

На мгновение я замешкалась, пытаясь разбудить наследного принца, но потом все-таки определилась и немного поправила их двоих, спавших, раскинув руки и ноги в разные стороны. Затем я укрыла их пледом. Никогда не думала, что когда-то увижу, как мой старший сын и наследный принц спят вместе. Я поддразню его позже.

Пока я наблюдала за этими двумя парнями, которые были так полны решимости внутри, а на деле крепко дремали, на ум пришла их схожесть. Если подумать, и Теобальд, и Джереми потеряли родную мать в юном возрасте и были наследниками империи и престижной семьи. Не было ничего удивительного в том, что эти двое так сблизились. Хотя у Теобальда и есть здравый отец, император, насколько я знаю, не особо хорошо относится к своим детям.

Кстати, интересно, что случилось с молодым Нюрнбергом? Все ли с ним в порядке? Герцог выглядел удивительно жестким человеком...

Пока мысли о малознакомом мальчике проносились в моей голове, я напевала и поглаживала руками мягкое шерстяное покрывало. Это была колыбельная, которую я время от времени пела близнецам в прошлом.

- Круг цветов вокруг постели,

в клетку ряд овец вошёл.

Совы тихонько пропели, и

пришла пора, как в колыбели,

уснуть так сладко, час пришёл.

Драгоценное дитя, спи скорее, мой любимый малыш...