Онлайн чтение книги Небылица Мачехи A Stepmother's Fairy Tale
Глава 6

Это невозможно. Почему это произошло? Я сплю?

Я наконец-то оставила все позади и решила спокойно пожить для себя, а в итоге оказалась здесь? Нет, все же, будет лучше, если это сон. Если бы я действительно вернулась в прошлое, разве это не было бы намного хуже? Жаль, ведь теперь мне придется начинать все сначала.

- Ха... - вздох печали вырвался из моего горла. Он прозвучал негромко, без моего ведома, но, оказалось, был услышан графом Мюллером, стоявшим позади меня, братом моего мужа и дядей детей.

- Вам, должно быть, скучно. Но разве нельзя немного потерпеть? Вы ведь и так завладели гусыней, несущей золотые яйца, - откровенный сарказм смешался с меланхолией в его взгляде.

- Это все, что Вы можете мне сказать?

- Что?..

- Похоже, это единственные чувства, которые Вы в состоянии выразить на похоронах Вашего брата. Вы можете вернуться домой. Я очень занята. Я не могу принять Ваши замечания.

Вместо ответов: "Что Вы только что сказали?" или "Что за грубость вы говорите?" граф Мюллер просто уставился на меня потрясенным взглядом, который, казалось, свидетельствовал о том, что он не в состоянии говорить, поскольку утратил дар речи.

В то время года я был всего лишь ребенком, который был полон страха, не имея понять, что предпринять, но, когда я внезапно вступила в высший свет, я надела на себя жесткую маску. Не обращая внимания на жалкие взгляды, которые преследовали меня, я снова и снова перебирала в уме свои тяжкие думы.

Это серьезная проблема, если я действительно сейчас нахожусь в прошлом. Я имею в виду, что мне придется повторить последние 7 лет. Я не хочу встревать во все те неприятности, с которыми мне пришлось столкнуться раньше.

Поминальная служба закончилась, пока я в одиночестве пережевывала свои мысли. Вот-вот должна была начаться церемония погребения. Потому я подождала некоторое время, пока священник, возглавлявший погребальную мессу, не закончит молитву, а затем подошла ближе к платформе. Взгляды людей, цепко следивших за моими действиями, казались жадными, но я лишь почувствовала легкое онемение.

- Леди Нованштайн?

- Простите, сэр, я хотела бы вежливо попросить всех, кто здесь собрался, покинуть помещение - я хотела бы побыть некоторое время со своим мужем наедине. Надеюсь, вы меня поймете.

Поднялась суматоха. Пока скорбящие кашляли или хмурились, я повернулась, чтобы посмотреть на детей. Точнее, на Джереми. Его лицо было по-прежнему пустым, но для меня, прожившей с ним почти десять лет, было ясно видно, что он зол на меня. Темные, холодные зеленые глаза ясно сказали мне: «Что ты делаешь?». А, я в любом случае буду плохой. Пусть пялится, я просто проигнорирую его.

В тихой часовне, что опустела по моей просьбе, витал лишь едва уловимый аромат ладана. На гробу лежал символ Нованштайна – герб в виде льва. Я на мгновение посмотрела на него и тихо опустилась ниц возле гроба:

- Давно не виделись, Йохан, - прошептала я и дотронулась до крышки гроба, действие ощущалось очень живым. Если это действительно сон, то очень реалистичный.

Изначально, в этот момент в прошлом, я не просила времени на прощание у скорбящих, не сидела одна и не разговаривала с покойным. Небольшая словесная перепалка с графом Мюллером ранее также не имела места.

В то время я была так напугана и растеряна, что внутри с нетерпением молилась, чтобы после похорон поскорее скрыться от людских глаз. Сколько слез понадобилось, чтобы эта глупая и осторожная девочка превратилась в злобную ведьму в Нованштайн?

Оглядываясь сейчас, могу сказать, что это были множество ошибок и случайностей. Я так горжусь собой, преодолевшей все это.

- Поверите ли Вы мне, если я скажу, что сдержала свое обещание, данное Вам? Можете ли Вы поверить мне, какими ослепительными выросли Ваши дети и какими холодными они стали? - Я знаю, что мертвые не могут говорить, но я и не жду ответа.

Образы Святого Отца и Девы Марии, гордо стоящих по левую и правую стороны алтаря и смотрящих вниз, создавали впечатление легкой насмешки надо мной.

- Где же тот момент, когда что-то пошло не так? Я не хочу никого винить. Это мой муж заставил меня дать клятву, но именно я совершала ужасные злодеяния, чтобы сдержать это слово.

Я шла напролом, как горящий таран, даже не думая оглянуться или осмотреться по сторонам. Ради того, чтобы светские слухи обо мне распространялись, накапливались недоразумения и противоречия.

Просто... Но я просто не могу повторить это снова. Я не хочу жить как злодейка, слишком устала от этого... Я даже не представляла, как может быть больно, когда не выказывают благодарности за тяжелый труд. На какую признательность я надеялась от детей? Чувство гордости? Уважение? Привязанность?

- Вы знаете?.. Я очень хотела увидеть свадьбу Джереми своими глазами.

Когда я склонила голову, длинные розовые волосы, которые стекли вниз, словно волны, были беспорядочно растрепаны. Ощущение слез, текущих по моим щекам, было слишком реальным, чтобы быть сном. Если я действительно попала в прошлое, не означает ли это, что Бог просит меня сделать другой выбор? Иначе феномен этот объяснить иначе невозможно.

Не знаю, сколько времени я так пролежала, одиноко прильнув к гробу, дрожа всем телом. Но, наконец, я медленно поднялась. Это прощание, Йохан. Пускай это будет нашим последним прощанием…

Как только я отвернулась, я чуть не вскрикнула, когда передо мной предстал человек, которого я меньше всего ожидала здесь увидеть. Мое сердце забилось, словно у кролика перед грозным зверем. Как давно он здесь?

Мальчик, стоявший в шести шагах от меня, был не кто иной, как Джереми. Это еще не тот взрослый 21-летний мужчина, который мне хорошо знаком, а маленький Джереми, все еще стоявший на границе между мальчиком и юношей.

Когда образ парнишки передо мной и молодого человека в моей памяти наложились друг на друга, возникло странное чувство, которое я не могла выразить.

- Джереми? Зачем ты пришел? - Я быстро вытерла слезы тыльной стороной ладони, спросивши его.

Джереми не ответил. Молча осматривал мое мокрое лицо темно-зеленым взглядом, словно он через ворох солнечных зайчиков смотрел на меня. Мне почудилось, что в его изумрудных глазах промелькнул огонек молчаливого недоумения, который скользнул по моему влажному от слез лику.