Онлайн чтение книги Небылица Мачехи A Stepmother's Fairy Tale
Глава 68

В любом случае, до начала турнира еще оставалось немало времени, так что можно было дать им поспать еще немного. Кто знает, чем они занимались в ночь перед таким важным днем... Ну что взять с этих мальчишек!

Тот факт, что Джереми, в отличие от меня, обняв подушку, устроился хоть как-то удобно, а Нора лежал в столь неудобной позе, свесив одну руку на пол, вызывал беспокойство.

Спать, подложив под голову такой жесткий подлокотник, — верный способ заработать боль в шее, особенно накануне важного дня. Поэтому я взяла другую подушку и осторожно подошла к нему.

Чувствовалось, что эти двое вообще не изменились с детства...

«Ххх!..»

Поправлюсь. Это не они не изменились — это я не изменилась.

Конечно, без кофе я с утра – не человек. Но кто бы мог подумать, что я умудрюсь запнуться о собственный халат и выставить себя полной дурой?!

Чувствуя, как тело резко наклоняется вперед, я рефлекторно зажмурилась, а затем, ощутив, как что-то твердое ударяется мне в лицо, медленно открыла глаза.

Громкий стук сердца отдавался у меня в ушах. Так уж вышло, что я буквально уткнулась лицом в грудь Норы, и пока я замерла в таком положении, сам «пострадавший» издал вздох, похожий на сонное бормотание, и поднял руку, которую до этого свесил с дивана, положив ее себе на грудь. Точнее, перекинув ее через мое плечо.

Если бы кто-то сейчас увидел меня, черт знает что бы подумал.

Я не могла понять, это мое сердце колотится так бешено, или его?

Моя голова была полна самых разных мыслей в этот критический момент.

Если я сейчас попробую вырваться, он точно проснется. А что, если он увидит меня в таком нелепом положении и решит, что я...

Нет, Нора ведь не станет так обо мне думать... Хотя кто знает? Что же делать?

Кстати, я и не подозревала, что у него такая широкая грудь. Придется забрать обратно свои слова о том, что он не изменился с детства. И плечи у него такие широкие... кхм-кхм, о чем это я?!

— М-м-м...

Пока я мучилась в своих размышлениях, Джереми, который лежал на другом конце дивана, обняв подушку, беспокойно повернулся.

Как только он открыл глаза, я тут же вскочила. И, конечно же, Нора тоже проснулся.

Зеленые и голубые глаза, еще полные сна, на мгновение застыли в недоумении, оглядываясь вокруг, а затем устремились на меня, которая поспешно поправляла волосы.

— Э-э, Сури. Доброе утро.

— Привет, сестренка. У тебя такой вид, будто ты видела нечто ужасное.

К счастью, мой позорный момент, похоже, останется моей тайной. В ответ на их совершенно спокойные приветствия я тоже приветствовала их с невозмутимым видом.

— И что это за аристократы тут разлеглись?..

— А, мы хотели пойти спать в комнату, но, похоже, по дороге отрубились.

Джереми, почесав свои золотистые волосы, зевнул. Ну просто как лев, греющийся на солнце.

— Если хочешь поспать еще, иди наверх. Времени еще много.

— Лучше бы поесть. Ох, я умираю от голода.

— Я тоже. Давно я не был так голоден.

Кто знает, чем они занимались прошлой ночью, но они смотрели на меня с таким голодным взглядом, будто не ели три дня. Это просто невероятно. Серьезно?

— Сначала идите помойтесь.

Черт, я слишком добрая — вот в чем моя проблема.

Когда два закадычных соперника, уже окончательно проснувшиеся, вышли с мокрыми от воды волосами, другие дети тоже начали потихоньку просыпаться.

Близнецы, конечно, немного удивились, увидев Нору, слоняющегося по нашему дому с утра, но не стали приставать с вопросами.

Кстати, когда Нора рядом, и Леон, и Рэйчел как-то странно вежливее себя ведут... нет, скорее, они с любопытством наблюдают за ним. Не знаю, чего тут такого интересного.

— Старший брат, так кто же из вас двоих выиграет трофей? Наверное, он?

— Как же ты ранишь мое сердце, дорогой братишка. Конечно же, я! Этот щенок даже не ровня мне.

— Это я должен так сказать. Только потом не реви, как маленький котенок.

— Мама, а Нора такой же сильный, как и мой старший брат?

— Ну, думаю, более скромный из них имеет преимущество.

Я ухмыльнулась Рэйчел, произнося эти слова, и Джереми тут же сделал вид, что он очень скромный, после чего, забыв все манеры, одной рукой прижал к столу жареную свиную ногу и начал ее рвать.

Но тут же ее отобрал у него Нора, который выглядел ничуть не менее скромным.

Господи, ну что за дети! Да у них, что, голодные духи вселились?!

— Кстати, а Элиас все еще спит?

Беспокоясь о своем втором сыне, который даже не показался к завтраку, я спросила об этом вполголоса. Леон, который как раз заливал сиропом дырку в своем блинчике, энергично заерзал.

— Вряд ли. Но мам, мне кажется, он заболел.

— Заболел? Где?

— Не знаю. Но я его видел — он лежал в кровати и делал вид, что умирает.

— Наверняка, опять всю ночь с какой-нибудь красоткой развлекался. В кого он только такой?

Рэйчел цыкнула и произнесла это с явным раздражением. Я чуть не подавилась, а остальные трое, набив рты едой, захихикали.

Но, как говорится, назови волка, и он появится — в этот момент в столовую вошел наш «проблемный» второй сын.

— Доброе утро. Садись.

Я постаралась сделать вид, что не вспоминаю наш недавний конфликт, и поздоровалась как можно веселее. Элиас, который шел неуверенной походкой, вздрогнул и замер. Затем начал что-то невнятно бормотать.

— Э-э... доброе утро.

Что за дела? Неужели он так стесняется из-за нашей ссоры?

А может, он опять тайком ходил в казино и проиграл кучу денег?

Нет, если бы это было так, он бы изо всех сил старался этого не показывать...

Пока я прищурилась и разглядывала его, Элиас неловко подошел к столу и сел так, будто боялся любого прикосновения.

Но это было не все. Даже увидев Нору, сидящего напротив Джереми и весело уплетающего еду, он ничего не сказал.

Такое странное поведение заставило и меня, и близнецов недоуменно переглянуться.

— Тебе плохо?

Я осторожно постучала по столу. Элиас тут же отрицательно покачал головой — явно он не болел.

Разве что глаза у него были красные, будто он не выспался, а лицо выглядело немного уставшим. Но в целом все было нормально, просто он казался... каким-то неловким.

Именно в этот момент Джереми, уже вовсю уплетавший хрустящий хлеб, вдруг покашлял.

Джереми, не обращая внимания на странное поведение брата, только цыкнул, будто ему было жаль его.

— Чего ты такой убитый с утра? Ты мне аппетит портишь. У нас гость, между прочим.

— Я не ожидал, что твой брат будет хорошо принимать гостей. Видимо, это новый способ выразить мне протест.

Два рыцаря, у которых аппетит явно не пропал, продолжили есть и перебрасываться репликами. В ответ Элиас, вместо того чтобы взорваться, как обычно, снова вздрогнул и медленно повернулся ко мне.

Я все больше удивлялась. Что-то тут не так. Может, он правда заболел?

— Элиас? Что случилось? Тебе плохо?

— Что, младший брат, тебя вчера бросили?

Даже на явную издевку Рэйчел Элиас не вспылил. Вместо этого он опустил свои красные глаза и невнятно пробормотал:

— Нет... Я в порядке. Просто плохо спал.

Если это правда, то хорошо, но его необычно спокойное поведение было слишком подозрительным.

В конце концов, я не стала его дальше расспрашивать и продолжила завтракать.

Черт, не понимаю. Надо хотя бы ненадолго отвлечься.

— Услышь мой рык! Увидимся позже, Сури. Пожелай мне удачи!

— Не рык, а визг! Спасибо за завтрак, сестренка. Надеюсь, ты поболеешь и за меня.

Двое, которым завтра предстояло сразиться в финале, весело попрощались, поцеловали меня в щеку и тут же помчались на арену. Я тоже начала готовиться к походу на турнир.

В конце концов, сегодня только предсказуемые квалификации и основной тур...

Участников турнира по фехтованию было огромное количество, но после отборочных туров большинство выбывало, а в основном турнире отсеивалось еще больше.

Те, кто доходил до полуфиналов, обычно были либо перспективными рыцарями, либо известными бойцами из других стран.

Если кто-то пробивался в финал, то, независимо от победы, его ждала блестящая карьера рыцаря.

И в такой решающей битве они умудрились свести все вничью — неудивительно, что все взбеленились. Сегодня, наверное, будет то же самое.

Или нет? Прошлое, которое я помню, уже слишком изменилось, поэтому я даже в этом не уверена.

Но одно я знаю точно — мне будет искренне приятно, если трофей достанется Джереми или Норе. Ведь один — мой дорогой старший сын, а другой...

— Э-э, Сури.

Ой, ты меня напугал. Как раз когда я собиралась зайти в свои покои, меня осторожно остановил Элиас, подошедший так тихо, что я даже не заметила.

Хотя до совершеннолетия ему еще далеко, он уже вырос в настоящего юношу. Но сейчас он смотрел в пол и вел себя как-то нерешительно.

— Тебе что-то нужно, Элиас?

— Нет... Просто... Можно поговорить?..

Его подавленный голос звучал очень непривычно. Плечи были опущены, и вообще он выглядел жалко — куда делась его обычная уверенность?

Я кивнула и провела его к себе.

— Хорошо, что случилось? Тебе правда плохо?