Онлайн чтение книги Один на двоих The only Dutch
1 - 5

— Доктор Ли Хан А! Вызов в отделение неотложной помощи!

Хан А, дремавшая свернувшись калачиком, вздрогнула и поднялась. Стоило пару раз потереть глаза, как сонливость вмиг улетучилась.

Она туго завязала растрепанные волосы и, отыскав небрежно сброшенные кроксы, надела их. Тепло. Ступням стало тепло.

И что с того?

Насколько это удивительно — сохранять одну и ту же температуру, ни разу не изменившись с тех пор и до сегодняшнего дня. Что об этом может знать этот вечно одинокий ублюдок Ги Сон Гу.

Хан А хлопнула по остывшей голове внутренней стороной запястья и выбежала. Вдалеке на каталке скорой помощи везли окровавленного пациента.

— Мужчина-эспер! Открытый перелом правого бедра из-за обрушения врат, тяжелая рваная рана брюшной полости, подозрение на повреждение печени. Обильное внутрибрюшное кровотечение, FAST-тест положительный! [1] Пульс сто тридцать, давление восемьдесят на пятьдесят! Резкое падение температуры тела, состояние общего шока, скоро прибудут еще пациенты!

[1] УЗИ при травмах для быстрого выявления свободной жидкости (крови) в брюшной полости.

Когда младший коллега, толкая каталку, прокричал это, Хан А перехватила ручку, словно принимая эстафету.

— Сатурация упала, дыхательные пути не поддерживаются. Сначала ставим трубку. Будем интубировать, готовь двадцать этомидата и сто сукцинилхолина! [2] Ты. И ты. Просканируйте этого пациента, срочно вызывайте гайда и немедленно готовьте операционную!

[2] препараты, применяемые в экстренной медицине для наркоза и расслабления мышц перед интубацией.

Хан А отдала указания, ткнув подбородком в двух мечущихся ординаторов.

— Судя по состоянию, без гайда он и десяти минут не протянет. Быстро пробейте контакты и приведите!

На мгновение кончики пальцев дрогнули, но она быстро успокоилась. Хан А, толкая каталку, вбежала в операционную.

Под льющимся белым светом хирургических ламп уже суетился медперсонал в стерильных халатах.

Пока на поднос со звоном ложились ножницы, зажимы и марля, в спешке прибежавший гайд схватил пациента за руку и начал гайдинг.

Хан А ждала, подняв руки, пока высохнет антисептик. Взгляд ненадолго задержался на гайде, но она закрыла глаза, словно отворачиваясь.

День, который обещает быть ужасным, только начался. О посторонних мыслях не могло быть и речи.

— Срединный разрез. От мечевидного отростка до лобка, приступаю к срединной лапаротомии.

Как только кончик скальпеля разрезал живот, хлынула горячая темно-красная кровь. Хан А без промедления обхватила печень двумя руками, словно сжимая ее.

Заталкивая катетер в глубокую зияющую рану, чтобы остановить кровотечение, она и не заметила, как пролетело время. Под маской скопилось горячее дыхание.

Ноги затекли, а плечи свело, но Хан А была полностью сосредоточена только на крови, внутренних органах и слабом пульсе, ощущаемом на кончиках пальцев.

Она даже не моргала. Теплый пот, стекший со лба, уже остывал на затылке.

— !..

От резкого звука, похожего на скрежет металла, она невольно нахмурилась. В одной стороне операционной громко звонил телефон. Замешкавшаяся медсестра быстро сняла трубку.

Хан А, снова зафиксировав взгляд на месте кровотечения, взяла зажим. И сегодня операция, которую она проводит, пройдет успешно. Как и всегда, она с легкостью спасет этого пациента.

— Эм... Д-доктор...

Поэтому она не ответила даже на дрожащий, тонкий голосок. Не мешай.Хотелось заткнуть уши. Не сбивай концентрацию.

— Доктор!.. Срочный вызов из Центра! Просят прийти как можно скорее!

На этот задыхающийся голос она все же обернулась, нахмурив брови. На лице медсестры со слезами на глазах читалось непонятное возбуждение.

— Говорят, появился гайд вашего мужа!

Кровь брызнула из неожиданного места. Не прошло и нескольких минут после звонка, как гладко идущая операция внезапно столкнулась с трудностями.

Кровь хлестала сквозь пальцы, и влажный металлический запах заполнил операционную. Она пережала зажимом крупный кровеносный сосуд, а мелкие нащупала кончиками пальцев и перевязала. Стиснув зубы, она продолжила накладывать швы. Сквозь перчатки передавалось скользкое ощущение, но Хан А ничуть не дрогнула.

— Доктор!.. Дальше мы сами все закончим, так что вам лучше поскорее отправиться в Центр!..

— Не отвлекайтесь и сосредоточьтесь. Состояние этого пациента тяжелое.

Внутренняя сторона щек была истерзана. Она столько раз прикусывала их, пытаясь удержаться на дрожащих ногах, что во рту появился привкус крови.

Хирургический костюм и подбородок уже были залиты кровью пациента. Ординаторы колебались, но все же снова заговорили.

— Доктор. Но проблема эспера До Гук Ёна кажется более срочной. Вы ведь так долго ждали.

Хан А быстро двигалась, перекручивая нить то так, то этак. Глаза, остро следившие за жизненными показателями пациента, вскоре скользнули по персоналу операционной.

Ординаторы, чьи глаза сияли на раскрасневшихся лицах, и притопывающие от нетерпения медсестры. Все, воодушевленные этой чудесной новостью, смотрели на нее.

— Всем прийти в себя. Операция еще не закончена.

От одного холодного слова кипящая атмосфера улеглась.

Из-за печени снова хлынула кровь.

— Прием Прингла кровотечение не останавливает. Запеченочные вены, нижняя полая вена. Я сама.

Хан А глубоко просунула правую руку. На кончиках пальцев почувствовалась мощная пульсация.

На самом деле, она была к этому готова. Она постоянно об этом думала. С тех самых пор, как муж, который был крупнее и крепче любого другого, начал внезапно падать в обмороки. С тех пор, как показатели, казавшиеся неприступной крепостью, начали колебаться. Она бесчисленное количество раз представляла, как он занимается сексом с другой женщиной, словно делала себе профилактическую прививку.

Эти плохие мысли о том, как муж раздевает незнакомую женщину, которую видит впервые в жизни, гладит кожу, издает похожие на стоны вздохи и сплетается с ней языками.

— Ставлю тампоны.

Огромные салфетки одна за другой заполняли пространство между диафрагмой. Ты тоже однажды должен будешь раздвинуть бедра незнакомой женщины и засунуть в нее член. Ведь ты добрый. Ты не сможешь ослушаться слов лечащего врача, да и характер не позволит тебе отвернуться от великой цели. В конце концов ты сам пойдешь к гайду и будешь регулярно спариваться с ней.

Только так ты выживешь.

— Хорошо. На этом я убираю руки.

Как только она убрала руки, показатели на мониторе начали понемногу оживать.

— Вы отлично потрудились. Доктор Пак, завершите всё, на этом я заканчиваю операцию.

В тот момент, когда она отступила назад, накатило головокружение. Но за ней наблюдало множество глаз. Хан А сохранила невозмутимое выражение лица и выпрямила колени. Теперь новость о том, что появился гайд До Гук Ёна, разлетится в мгновение ока.

Она стянула хирургические перчатки, вывернув их наизнанку, и выбросила маску в мусорное ведро. Стоило в оцепенении толкнуть дверь операционной, как холодный воздух жадно ворвался в нос.

— Ли Хан А! Я пришел, как только мне сообщили, нет, подожди-ка. Эй, Ли Хан А!

Ги Сон Гу, видимо прибежавший, услышав новость, запыхавшись, выскочил из-за угла коридора. Но времени на приветствия не было.

Хан А, всё это время державшая челюсти крепко сжатыми, вцепилась в стоящую перед ней урну и начала выблевывать содержимое желудка.

— У... Кх... Бэ-э!..

Подошедший было Ги Сон Гу замер при звуках рвоты. Хоть он и попятился, словно увидел нечто непотребное, но все же зажал нос, как прищепкой, и начал с силой хлопать ее по спине. Гнусавый голос прозвучал как-то по-дурацки.

— Но если блевать в мусорное ведро... Разве тебя не стошнит снова при виде грязного мусора...

Хан А, морщась, изо всех сил оттолкнула его. Заметно почувствовавший облегчение Ги Сон Гу отскочил назад, как лягушка.

— Хорошо, что ты оттолкнула меня пораньше. У меня слабый желудок, я чуть было не блеванул вместе с тобой.

Его голос звучал как далекий жужжащий шум. Когда она зашла в туалет, пошатываясь, и стала полоскать рот, в зеркале отразился вздрогнувший от неожиданности мужчина. Только тогда она поняла, что это мужской туалет.

Хан А поклонилась, извиняясь, и поспешно вышла. Глядя на это, Ги Сон Гу, отталкивавший носком ботинка мусорное ведро подальше, бросил на нее обеспокоенный взгляд.

— Ты чего такая потерянная, совсем на себя не похожа?

— Извини. У меня нет времени на болтовню. Мне нужно идти прямо сейчас.

— Ты правда в порядке? Операция хорошо прошла?

— Позже. Поговорим позже.

— Да нет же, твоя одежда, одежда. Ты хирургический костюм не сняла!

Хан А не стала ждать лифта и сразу повернула к запасной лестнице. Пока она поднималась по ступенькам, ей постоянно не хватало воздуха, но шаг становился все быстрее.

Как и говорил персонал, это радостная новость. Хан А пересекла соединительный мост и направилась к кабинету директора Центра.

Когда она шла по коридору, лица людей сияли — видимо, слухи уже разлетелись. Даже секретари на ресепшене вскочили и сцепили руки.

— О боже, доктор Ли Хан А пришла!

Их выражения лиц в корне отличались от тех кислых мин, с которыми к ней относились последние десять лет.

Так это правда.

Правда. Гук Ён нашел гайда... Хан А с чувством некой отстраненности открыла дверь кабинета директора Центра.

Не успела она перевести дух, как в нее разом впились десятки взглядов. Директор Центра, с которым она часто сталкивалась и к которому уже привыкла, несколько высокопоставленных руководителей и незнакомые люди из Бюро гайдов.

Хан А невольно попятилась и опустила взгляд на носки обуви. Из-за перепачканного кровью хирургического костюма казалось, будто она вломилась не туда, куда следует. Сердце бешено колотилось.

Все в порядке.

Она отпустила дверную ручку, за которую крепко держалась, и снова подняла голову. Вскоре среди людей ей на глаза попалась женщина, которую она видела впервые. Как только она осознала присутствие этой незнакомки, по окаменевшему лицу с хрустом пошли трещины.

— ...

Ей было едва ли двадцать лет.