Онлайн чтение книги Один на двоих The only Dutch
1 - 10

Дыхание сбилось. То, как вы поступили в самом конце!.. Внутри закипала ярость. Разве вы не были заняты побегом, бросив меня, чтобы выиграть время?

Стиснув зубы, она перевела взгляд, и на глаза попалась девчонка, которую она видела впервые — нет, совершенно точно знакомая юная девчонка.

Худое тело, всё так же сжавшееся, словно остерегаясь людей. Перед глазами наложился образ того, как она, с пробитой шеей, выплевывала потоки крови.

Это была она. Совершенно точно, та самая девчонка.

— Доктор Ли Хан А!

Директор Центра подошел и с силой затряс руку.

— Процент совместимости составляет целых девяносто восемь и восемь десятых процента! С другими даже не сравнить! Не просто превосходно, а подавляюще!

Хан А в оцепенении помотала головой.

— Свершилось, говорю же, свершилось! Мы наконец-то ее нашли! Гук Ён, этот засранец, теперь спасен!

Нет... Это не так...

— Доктор Ли, быстро иди в изолятор и для начала все подготовь. Давай сразу же приступим к экстренному гайдингу. Нам ведь больше нельзя медлить!

Хан А сильно прикусила губу.

Гук Ён убил гайда и вышел из-под контроля. Убил гайда, которого с таким трудом нашли, говорю вам...

— Доктор Ли Хан А. Что с лицом? Нужно праздновать, это ведь радостное событие!

Хан А расфокусированным взглядом обвела стоящих перед ней людей. Что случилось со всеми этими людьми? Если эспер S-ранга вышел из-под контроля, все должны были погибнуть.

Через тридцать минут До Гук Ён выйдет из-под контроля, даже несмотря на то, что гайдинг сработает, даже несмотря на то, что симптомы мгновенно улучшатся. И все же все эти люди были погружены в сладкие грезы.

Будь то вещий сон или дежавю, это кошмар.

Хан А грубо стряхнула руку директора Центра и выбежала наружу. Пробежав по коридору почти бегом, она толкнула дверь запасного выхода. Если это сон, нужно проснуться. Нужно выбраться. Она спускалась, почти скатываясь, ступенька за ступенькой.

Больше не в силах выносить удушающий хирургический костюм, она сорвала его с себя и швырнула. Как только она вышла из здания, на нее обрушился ослепительный солнечный свет. Хан А на мгновение запнулась и прикрыла глаза.

Би-ип! Би-ип!

Хан А, пошатываясь и уворачиваясь от машин, из которых доносились беспорядочные гудки, подняла голову. На огромном электронном табло как раз появлялась строка срочных новостей.

[Срочные новости] Кризис выхода из-под контроля миновал... Эспер S-ранга До Гук Ён, наконец, успешно нашел совместимого гайда!

Прохожие замедляли шаг и один за другим поднимали взгляд на электронное табло. Они смотрели на экраны, сжимая в руках мобильные телефоны, или торопливо продолжали телефонные разговоры. Тонкая строка субтитров безостановочно плыла.

[Срочные новости] Официальное заявление о появлении гайда у национального героя До Гук Ёна... Личность не разглашается

[Срочные новости] Уровень угрозы выхода из-под контроля снят... Переход в систему долгосрочного управления

— Эй, видел только что?

— О боже! Значит ли это, что смертельный приговор До Гук Ёна теперь отменен? Говорят, он сможет вернуться во Врата?!

Даже протестующие, которые всегда окружали главные ворота Центра и кричали о спасении До Гук Ёна, молча смотрели на электронное табло.

Хан А зашагала дальше, не в силах затесаться в их ряды. Она не была человеком, за которым гонятся, но почему-то шаг становился все быстрее и быстрее.

В кармане продолжал вибрировать телефон. Директор Центра, Ги Сон Гу, ординаторы...

Среди беспрерывно меняющихся номеров в глаза бросилось одно знакомое имя. Профессор Сон Ин Гён. Личный лечащий врач мужа.

— А-алло?

— Да, доктор Ли. Ты слышала новости? Для начала подожди. Я сейчас брала отгул на полдня из-за ребенка и выходила, но уже все уладила и возвращаюсь, понимаешь? Не поддавайся на уговоры директора Центра в этой неразберихе и не давай согласия, подожди немного.

— Профессор, я...

— Знаю. Говорят, ты сбежала наружу.

В этот момент шаги сами собой остановились.

Побег? Я?

— Вот видишь. Я же говорила, что это будет тяжело? Для тебя это слишком жестокое принуждение.

— Нет, профессор. Я не сбегала, дело не в этом.

Хотелось проверить, настоящий этот мир или нет. Я сошла с ума... или мир действительно однажды рухнул.

Хан А, продолжая разговор, пустым взглядом осматривалась вокруг. Обычные люди обычно проходили мимо.

Все было до странности спокойно. Казалось, здесь сумасшедшая только я.

— Все нормально. Зачем ты оправдываешься, как тебе не свойственно? Я же говорила, что безоговорочно на твоей стороне. Я тоже провожу исследования и пишу статьи, но, честно говоря, гайдинг до сих пор понимаю только головой. Для таких обычных людей, как мы, это изначально было непосильной задачей.

— ...

— Так что не перенапрягайся. Я сама со всем разберусь, так что тебе лучше отойти в сторону. Так будет лучше.

— Нет. Нет. Я не отойду в сторону. Не могу отойти. Я не уйду, оставив Гук Ёна. В этот раз обязательно!..

В этот раз? Но как?

Когда в памяти всплыл До Гук Ён, который категорически отвергал гайдинг, она потеряла дар речи. Тогда как мне тебя спасти?

Хан А обхватила лицо, словно сдавливая его, а затем, стиснув зубы, подняла голову. Глаза были ненормально ясными.

— Профессор. Гайдинг ни в коем случае нельзя навязывать силой. Иначе он провалится.

— Что это ты вдруг такое говоришь?

— Эффект есть. Определенно был... будет. Наверное, из-за высокого процента совместимости, реакция происходит мгновенно, стоит ей только оказаться рядом. Но, кажется, ее вводят слишком быстро. В отличие от физической реакции, отторжение очень сильное. Должно быть, причина психологическая.

— Погоди, погоди... Доктор Ли. Дыши. И успокойся немного.

— Напротив, выход из-под контроля только приблизится.

Хан А выстреливала словами, как из пулемета, при этом сильно прикусывая губу изнутри. Вот оно что. Это моя вина. Это я слишком давила на Гук Ёна. Это была моя жадность.

В памяти пронеслось лицо мужа, на котором осталась лишь форма улыбки. Внутри груди сильно сжалось. В тот момент, когда она снова повернулась в сторону Центра…

— Разве это не та женщина? Жена эспера До Гук Ёна, которая жена только для галочки!

— А, точно! Ли Хан А, то есть, вы же тот доктор, верно?

Шум мгновенно приблизился, и незнакомые лица обступили ее стеной. Это были радикальные протестующие, которые каждый день с табличками в руках требовали спасти До Гук Ёна. Ярко-красные таблички врезались в поле зрения.

— Все возвращается. Герой тоже. И этот мир. Снова.

— Разве сейчас не появился гайд? Тогда должна быть чрезвычайная ситуация, так почему лечащий врач находится за пределами Центра?

— Простите. Пожалуйста, отойдите. Мне нужно пройти.

— Центр в другой стороне, так куда же вы идете?

Каждый из них поднял мобильный телефон и направил на нее камеру. Хан А, закрыв лицо руками, попыталась развернуться и выскользнуть.

— Погодите! Доктор!.. Секундочку!..

Встретившиеся взгляды были отчаянными. Хан А быстро повернулась, пока ее не схватили.

— Вам, наверное, тоже пришлось несладко!.. Не могли бы вы поскорее помочь нашему эсперу, эсперу До Гук Ёну, снова встать на ноги? И гайда, которого, как говорят, с трудом нашли... за ней тоже обязательно присмотрите, пожалуйста. Вот так прошу вас... Теперь мы хотим жить, хоть немного меньше боясь, доктор...

— ...

— Для таких людей, как мы, каждый день — как хождение по тонкому льду. Живем, даже глубоко вздохнуть не смея, гадая, когда вдруг откроются Врата. Знаю, что это эгоистично!.. И все же... если он будет твердо стоять на ногах... мир будет не таким пугающим...

Эти слова придавили плечи, словно камень.

Вся собравшаяся толпа, обнажив долго подавляемый страх, смотрела только на нее. Отец с ребенком на руках, старик со сложенными руками, молодые влюбленные с напряженными лицами.

При виде этих лиц, словно в самую середину груди вонзили что-то острое: она не могла вымолвить ни слова.

— Чего расшумелись и распинаетесь с мольбами! Просто хватайте ее!

В этот момент раздался грубый голос.

— Нам достаточно просто схватить ее и отправить обратно в Центр!

Присутствие преследователей, загоняющих добычу, пронзило спину.

— А ну стой! Ты что, сбегаешь, потому что тебе не нравится гайд? И после этого ты член семьи До Гук Ёна? Достаточно того, что ты десять лет медленно губила нашего эспера, так кто ты такая, чтобы до самого конца преграждать ему путь!

Знакомые обвинения сыпались одно за другим. Хан А, едва протиснувшись между плечами людей, ускорила шаг.

Она поспешно скрылась в переулке, но преследующие шаги никак не отставали.

Это не сон. Все слишком реально!..

Перед тупиковым перекрестком она снова сменила направление. В этот момент ее схватили за волосы, и мир перед глазами перевернулся.

— Тьфу!.. И угораздило же! Вот почему я даже петицию в Центр подавал, что нельзя разрешать жениться на обычных людях! Все в этом мире возвращается. Как ты собираешься справляться с этой кармой!

Тело Хан А со всего размаху швырнули на землю. Она крепко сжала челюсти, словно отказываясь что-либо чувствовать.

Пока ее трясли, схватив за грудки, она скользнула взглядом в сторону. Наполовину разрушенная зона. Это был переулок, где полным ходом шли работы по восстановлению территории врат.

— Так вы ее покалечите, зачем срывать злобу на невинном человеке!

— Для начала отпустите ее воротник! Доктор, вы в порядке? Пусть кто-нибудь поднимет ее, скорее!

Возвышающаяся среди толпы табличка. Грубо нацарапанные буквы покачивались, заполняя всё перед глазами.

Dieses Leben musst du noch einmal und noch unzählige Male leben [1]. 

Что же это значило?

[1] Эту жизнь тебе придется прожить еще раз, а затем еще бесчисленное множество раз. Цитата из книги Фридриха Ницше «Веселая наука», описывающая концепцию вечного возвращения.

В этот момент над лбом нависла длинная тень, и по непонятной причине изо рта потоком хлынула кровь.

Что за...

Она в оцепенении опустила взгляд на живот.

Обрушившаяся сверху с грохотом стальная конструкция пронзила тело разом, словно гигантское копье.

Хан А потребовалось несколько долгих секунд, чтобы понять, что произошло. Окружающие люди с криками разбегались в разные стороны.

А? Я все еще... в кошмаре?

При каждом вдохе раздробленные кости выпирали наружу. Мелко раскрошившиеся осколки кололи все тело, как кончики лезвий. И снова из горла подступила кровь.

Гук Ён. Если ты услышишь новости обо мне...

Если ты услышишь новости о произошедшем со мной несчастном случае раньше, чем о гайде...

— Ни в коем... случае...

Ты должен благополучно пережить сегодняшний день.

— Телефон... Позвоните... прошу вас... В Центр...

Хан А протянула руку к нескольким протестующим, застывшим от шока. Но они лишь замерли перед ужасающим зрелищем, не в силах пошевелиться. Зрение постепенно сужалось. Веки тяжело опускались.

Теперь я по-настоящему просыпаюсь от сна?

Если так... было бы хорошо, если бы ты был рядом. Я бы сразу рассказала тебе, что мне приснился нелепый кошмар. Хочу, чтобы ты дождался меня, не выходя из-под контроля... Я скоро приду...

Так и не закрывшиеся глаза остекленели.

В остывших зрачках отразилась сломанная табличка.

Dieses Leben musst du noch einmal und noch unzählige Male leben.

* * *

В одной стороне операционной громко зазвонил телефон. Услышав этот жуткий звук, Хан А снова резко открыла глаза. Она рефлекторно схватилась за живот и согнулась пополам.

— Угх!..

Нажав на то место, которое должно было быть пробито, она подавила стон. Живот бился в судорогах, словно его сжимали.

Она выронила скальпель. В нос бил лишь запах крови, поднимающийся от живота пациента с разрезанной брюшной полостью. И снова это была операционная.

— Доктор!.. Срочный вызов из Центра!..

Не говори. Я знаю, что ты скажешь.

«Dieses Leben musst du noch einmal und noch unzählige Male leben».

Эту жизнь тебе придется прожить еще раз, а затем еще бесчисленное множество раз.

— Говорят, появился гайд вашего мужа!..

Это был вовсе не сон.

Худший день повторялся снова.