Он видел меня.
И сказал это, точно зная, что я вижу его губы.
Это... чёткое обозначение границ.
Даже если он не собирался меня наказывать, я всё равно почувствовала себя уязвлённой. Впрочем, я это заслужила.
Пригласить его к себе посреди ночи, нагло приставать, а потом ещё и нести жалкие оправдания — за такое нужно расплачиваться именно так.
Убедившись в суровой правде, Чэ И должна была просто развернуться и уйти. Сбежать куда-нибудь, где никого нет, забиться в угол и заниматься самобичеванием. Зачем я это сделала? Зачем я так поступила?
Но...
Чэ И плотно сжала губы и стиснула кулаки.
Но не обязательно же было так жестоко! Зачем говорить такое прямо в лицо?
Это было откровенное презрение. Самое сильное унижение из всех, что она когда-либо испытывала.
Можно было притвориться, что она ничего не заметила, и просто уйти. Но если она сбежит сейчас, то будет жалеть об этом очень, очень долго.
Этого она допустить не могла.
Чэ И сделала шаг. И решительно, словно на параде, направилась к мужчинам. До Джун не сводил с неё глаз. Майор Ли, обернувшись, удивлённо вскинул брови.
Чэ И остановилась, глядя прямо на Кан До Джуна. Вздёрнула подбородок.
— На каком основании?
Он прищурился.
— Хорошие и наивные девочки? Да что вы вообще обо мне знаете, чтобы так судить?
Стоявший рядом майор Ли резко втянул воздух.
— Э-э, я, пожалуй, пойду...
Чэ И сделала шаг к Кан До Джуну. Потом ещё один. Задрав голову, она остановилась вплотную к нему. Точнее, прямо под его губами.
Чэ И язвительно усмехнулась.
— Это потому, что я инвалид? Поэтому вы заочно решили, что я наивная? Или все инвалиды, которых вы встречали, были хорошими? А может, у вас какие-то больные фантазии на тему того, что инвалиды просто обязаны быть хорошими и наивными?
Она положила руку ему на плечо и приподнялась на мысках. Их губы оказались так близко, что почти соприкоснулись. Она даже не заметила, как у майора Ли глаза на лоб полезли.
Дыхание Кан До Джуна обжигало.
Губы этого мерзавца всё ещё казались горячими.
Глядя прямо на эти губы, Чэ И прошептала:
— Вы трус.
Опустившись на пятки и убрав руку, она вскинула голову, смело встречая его ледяной взгляд.
— Не стоит так пугаться из-за какого-то жалкого поцелуя. Я, конечно, не хорошая и не наивная, но и не настолько ненормальная, чтобы снова набрасываться на мужчину, который от меня бегает.
Скривив губы в подобии улыбки, Чэ И похлопала До Джуна по плечу и бросила:
— Так что берегите себя...
Её взгляд скользнул по губам До Джуна.
— Берегите свои губы. И если вдруг снова попадётся такая ненормальная, уворачивайтесь быстрее. Вы же не зря столько тренируетесь — вот и применяйте навыки на практике.
Одарив мужчину ослепительной улыбкой, она развернулась. Зная, что Кан До Джун смотрит ей вслед, Чэ И выпрямила спину и уверенно зашагала прочь.
Слухи точно поползут. Даже если Кан До Джун будет молчать как партизан, за язык майора Ли поручиться нельзя.
Но ей было всё равно. Главное, что она сохранила лицо.
***
Шаг, поначалу быстрый и решительный, постепенно замедлялся, пока девушка не остановилась совсем.
Чэ И подняла взгляд на бескрайние просторы. Справа — огромная взлётная полоса с выстроившимися на ней истребителями. За ней — густой зелёный лес.
Взгляд устремился ещё дальше. Заснеженная горная гряда тянулась до самого горизонта. При одном только виде этого величия почему-то опускались руки.
Ха. Ну я и натворила дел.
И всё из-за этого проклятого характера.
«Вы трус».
Надо же было такое ляпнуть Кан До Джуну.
«Берегите себя».
Сумасшедшая...
Чэ И запустила пальцы в волосы, зачёсывая их назад. И тут кто-то внезапно схватил её за руку.
Вздрогнув, девушка резко обернулась. Её глаза расширились от шока, и она замерла.
Кан До Джун.
Он стоял вплотную.
— Как далеко вы готовы зайти? — прочитала она по его губам.
Что?
Сквозь пелену оцепенения она видела, как шевелятся его губы, но смысл ускользал.
Она совершенно не понимала, к чему он клонит.
Кан До Джун сделал шаг вперёд. Теперь между ними не осталось пространства. Чэ И была настолько ошарашена, что даже не попыталась отстраниться.
Он наклонился так близко, что их дыхание смешалось. Чэ И перестала дышать.
— И на это тоже готовы пойти?
Его губы жадно накрыли её губы.
Мужчина дёрнул её за руку, собственнически обхватил за талию, прижимая к себе. Чэ И даже не успела ничего осознать. Он наклонил голову, углубляя поцелуй.
Смяв её нижнюю губу, он властно впился в верхнюю. Чэ И ахнула. Стоило её губам приоткрыться, как До Джун тут же ворвался внутрь, обжигая горячим дыханием. В голове всё помутилось. Неведомый разряд тока пробежал по позвоночнику, а низ живота сладко скрутило.
Земля под ногами содрогнулась от мощной вибрации. Истребитель.
Чэ И резко пришла в себя. Уперевшись руками в широкую грудь, она изо всех сил толкнула мужчину. Кан До Джун с лёгкостью отступил.
— Вы... что вы творите?!
Её взгляд метался. Кулаки сжимались. Нет, дрожало всё тело.
И это было невыносимо.
Она дрожала не от того, что мужчина поцеловал её силой, а от того, что от одного короткого поцелуя её бросило в жар.
— Вы понимаете, что это сексуальное домогательство?!
— Вы сами начали, — ответил он.
От такой наглости Чэ И вскинула подбородок:
— Это потому, что вы, совершенно меня не зная, заявили, что я хорошая и наивная...
— Это не предубеждение против инвалидов.
Ледяной, пронизывающий взгляд вонзился в девушку. Глаза До Джуна, казавшиеся сейчас ещё темнее, чем обычно, смотрели прямо в душу.
— Я повидал людей куда хуже вас.
Что?
— Так что давайте в нашем разговоре обойдёмся без слова «инвалид».
На жёстком лице читалось явное недовольство. Похоже, он и правда разозлился из-за того, что она попыталась прикрыться своей глухотой.
Вся боевитость Чэ И мигом улетучилась. Иногда по жизни она так делала. Использовала свой недуг, чтобы обернуть ситуацию в свою пользу. Пользовалась тем, что нормальные, добрые люди пасуют перед теми, кто слабее. Ей казалось, что если в этом нет злого умысла, то ничего страшного. Но сейчас всё было иначе.
Она не просто прикрылась слабостью, чтобы вызвать у него чувство вины — она сказала то, что прозвучало как личное оскорбление.
Так делать было нельзя.
Но...
Это он первый её унизил. Он первый начал язвить прямо в лицо. Ей хотелось спорить, хотелось бросаться обвинениями, но интуиция подсказывала — этот спор ей не вытянуть. Рядом с этим мужчиной она теряла контроль над собой.
А вступать в бой, который заведомо проиграешь, — глупо.
Чэ И сглотнула и, словно делая одолжение, произнесла:
— Хорошо. Тогда будем считать, что мы оба неправы. Так что забудем об этом...
— Так не пойдёт.
Чэ И нахмурилась. До Джун чуть приподнял уголки губ и добавил:
— Не умею я делать вид, что ничего не было.
Подул ветер. От ледяного воздуха, спустившегося с заснеженных гор, предплечья Чэ И покрылись мурашками.
***
«И что вы предлагаете?»
Чэ И перестала тереть тарелку.
«Я не завожу отношений».
Вспомнив слова Кан До Джуна, Чэ И невольно фыркнула.
— Звучит так, будто это я умоляла его со мной встречаться, — пробурчала она под нос.
Схватив тарелку, она начала яростно тереть фаянс губкой, взбивая пену.
«Но вы не выходите у меня из головы».
Выражение лица майора в тот момент снова всплыло в памяти.
Рука Чэ И замерла.
Глаза Кан До Джуна, когда он произносил эти слова, казались непроглядно-тёмными. Словно за плотной пеленой полыхало синее пламя.
«Давайте найдём способ... это решить».
Чэ И с силой швырнула губку в раковину.
— То отношений он не заводит, то способы какие-то ищет!
Внезапно в поле зрения появилось лицо Ю Гён. Чэ И от неожиданности вздрогнула.
— О чём бормочешь? — прочитала она по губам директора.
— Вы чего?
Ю Гён часто заморгала:
— Что за отношения? Какие способы? Ты о чём?
— Я-я? Я ничего такого не говорила!
Чэ И сунула руки в мыльную воду и выудила губку.
— Эй! Алло! — Ю Гён помахала рукой у неё перед глазами, но Чэ И сделала вид, что ничего не замечает.
Тогда директор схватила её за плечо и заставила повернуться. Чэ И нахмурилась, а Ю Гён раздражённо выговорила:
— Когда с тобой говорят, надо смотреть на человека! Сгоняй в город!
Чего?
Чэ И удивлённо заморгала, и Ю Гён пояснила:
— Ты же сегодня свободна? Мы с Сан Хо договорились, что сегодня будем снимать только общие планы.
Чэ И кивнула:
— Да.
— Вот я и говорю, съезди в Фэрбанкс.
— Зачем?
— Сегодня там фермерский рынок.
— Рынок местных продуктов?
— Ну да. Говорят, он всего два раза в неделю работает, и сегодня как раз базарный день. Накупим свежих аляскинских продуктов.
— Там же наверняка толкучка. И я должна ехать одна?
— С чего бы это? Конечно, с гидом!
— С каким ещё гидом? Капитаны Чо и Ким сейчас на учениях.
— Как раз сегодня у одного человека есть свободное время.
Ю Гён многозначительно поиграла бровями. И это не предвещало ничего хорошего.
— И у кого же? — напряглась Чэ И.
Ю Гён расплылась в широкой улыбке:
— У майора Кан До Джуна.
— Ни за что!
Услышав это имя, Чэ И чуть не взвизгнула. Директор посмотрела на неё с недоумением.
— Да что с тобой? Чего ты так взвилась?
— Ну, он же... он же занят.
— Да не занят он! Майор Кан как раз сегодня едет в Фэрбанкс повидаться с другом. Я спросила, не подбросит ли он тебя, и он любезно согласился.
Чэ И мысленно заскрежетала зубами. Злиться в открытую было нельзя — объективно директор Мун не сделала ничего плохого.
Чэ И постаралась сделать максимально спокойное лицо.
— Почему вы договорились с ним, даже не спросив меня?
— А зачем спрашивать? Ты же сама хотела город посмотреть. Заодно попроси его завезти тебя на точку, откуда северное сияние видно.
— Вдвоём?
Я и так в его сторону смотреть не могу, а тут вдвоём ехать любоваться северным сиянием?
Вы бы мне ещё прямо в костёр прыгнуть предложили.
Ю Гён вдруг нахмурилась:
— Послушать тебя, так я вас на свидание отправляю. Эй! Я тебе даю возможность материал для YouTube снять, а ты даже спасибо не скажешь! И заодно сувениров прикупишь перед отъездом.
А-а, вот оно что.
— Так вы меня просто за сувенирами отправляете в качестве курьера?
Ю Гён хитро улыбнулась:
— Одно другому не мешает.
— Как я одна всё это утащу? Давайте потом все вместе...
— Кто знает, когда у нас ещё будет время? И рынок не каждый день работает. Много брать не нужно. Мелкие подарки для всех я уже примерно прикинула, если что — докупим в аэропорту. Но для важных людей нужно что-то особенное. Капитан Чо сказал, что на рынке есть палатки, где индейцы продают изделия ручной работы. Вот там и выбери что-нибудь приличное.
— ...
— Если будет тяжело, майор Кан поможет донести. И не забудь камеру, сними атмосферу рынка. Если кадры будут хорошими, вставим в промо-ролик.
Взглянув на часы, Ю Гён заторопила репортёршу:
— Быстро переодевайся. Майор будет здесь через десять минут.
Глаза Чэ И расширились.
— Десять минут?! Я даже не умывалась!
— Так беги умывайся!
Не успела директор договорить, как Чэ И уже сорвала резиновые перчатки.
— Директор, вы меня в могилу сведёте!
Девушка вылетела из кухни с такой скоростью, с какой ещё никогда не бегала.
