Взгляд Кан До Джуна слегка сузился.

Ничего удивительного. Девушка, поздний вечер, никого в пустом доме, и она приглашает его зайти — тут любой отреагирует с подозрением.

Хан Чэ И. Ты что, не могла сформулировать это как-то поизящнее?

Чэ И выдавила слабую улыбку:

— Я ничего такого не имела в виду. Просто...

Она закусила губу и выпалила:

— Вы не голодны?

Ну что за вопрос человеку, который только что с вечеринки?!

Осыпав себя мысленными проклятиями, Чэ И торопливо добавила:

— Корейская еда! Не соскучились? Или вы уже так долго живёте здесь, что она вам разонравилась?

До Джун молча достал бумажник, расплатился с таксистом и посмотрел на неё:

— Выходите.

Чэ И, сидевшая до этого в ступоре, поспешно открыла дверцу и вылезла.

Он не сводил с неё глаз. Чэ И улыбнулась.

Почему я так нервничаю? Веду себя так, будто у меня какие-то грязные мыслишки!

***

— Присаживайтесь.

Указав До Джуну на стул у обеденного стола, Чэ И отвернулась и открыла холодильник. Доставая контейнеры с закусками, она вдруг заметила запрятанный в самом углу целлофановый пакет и победно ухмыльнулась.

Уж если соблазнять — так наверняка.

Она переложила немного еды из контейнеров на тарелки и отнесла на стол. Поставив их, Чэ И спросила:

— Капитан Чо говорил, что вы родились в Сеуле?

Он слегка нахмурился, и она поспешила объяснить:

— Я не выпытывала про вас специально, просто как-то зашёл разговор о том, кто где жил.

Обиделся? Из-за того, что обсуждали его за спиной?

Она внимательно вгляделась в его лицо. Но майор просто кивнул.

— Я жил в Сеуле до поступления в Военную академию.

— В каком районе?

— В Ханнам-доне.

— В Ханнам-доне? Это же совсем рядом!

До Джун посмотрел на неё с лёгким непониманием, и Чэ И с улыбкой пояснила:

— Я живу в Сонсу-доне. Возле Сеульского леса. Вы там бывали? Когда в последний раз? Там всё сильно изменилось.

И опять меня понесло не в ту степь.

Чэ И торопливо сменила тему:

— Раз вы жили в Ханнам-доне, то наверняка часто бывали в районе Сонсу. Или вы в основном тусовались в районе Кондэ?

До Джун молча смотрел на неё, словно спрашивая: «К чему ты клонишь?».

Чэ И слабо улыбнулась:

— Ну, развлекались же где-то. Наверняка после экзаменов ходили куда-нибудь с друзьями.

Он покачал головой:

— Не особо.

— Значит, вы не знаете тот знаменитый ресторанчик манду в Сонсу-доне? У них ещё пельмени в форме арахиса, ручной лепки. Не знаете?

— Знаю.

— Знаете?

Лицо Чэ И просияло. Он кивнул.

— И пробовали?

— Это известное место.

— Точно! Очень известное. А сейчас — ещё популярнее. У них всё ручной работы, от теста до начинки. Они даже филиалы не открывают, боятся, что вкус испортится. Один гость как-то рассказал, что несколько месяцев жил за границей по работе, и больше всего ему хотелось именно этих арахисовых пельменей. Говорят, что есть те, кто их никогда не пробовал, но нет тех, кто попробовал бы их только один раз!

Кан До Джун слегка прищурился. Его взгляд словно спрашивал: «Вы что, имеете какое-то отношение к этому заведению?».

Чэ И сдержала улыбку и выпалила:

— Я внучка хозяина!

Она ждала, что он ахнет: «Та-дам! Сюрприз!» — но он лишь слегка приподнял бровь и снова опустил её. Энтузиазма у девушки поубавилось.

— Вы как-то не особо удивлены.

— А я должен?

— Не то чтобы должны... просто реакция какая-то пресная. Другие очень удивляются. Им кажется это интересным, они завидуют.

Смутившись, Чэ И неловко рассмеялась, но потом снова улыбнулась:

— И как вам те пельмени? Вкусно было, правда?

— Не знаю. Это было так давно...

— Да ладно вам. Если бы они были невероятно вкусными, вы бы точно запомнили. Видимо, не особо впечатлили.

— ...

Реакция была не та, на которую она рассчитывала, но раз уж начала — надо идти до конца.

Чэ И снова взбодрилась и спросила:

— Не хотите отведать?

Она с надеждой заглянула ему в глаза. В уголках его глаз залегли едва заметные морщинки.

— У вас есть?

Ну наконец-то нормальная реакция.

Чэ И активно закивала:

— Да!

Резко развернувшись, она подбежала к холодильнику и достала тщательно запрятанный пакет с пельменями.

Ю Гён спрятала их подальше, сказав, что нужно растянуть удовольствие, но сейчас экстренная ситуация. В конце концов, это она велела мне соблазнить майора.

Чэ И выложила пельмени на тарелку и поставила в микроволновку. Пока аппарат гудел, она достала из шкафчика упаковку риса быстрого приготовления и помахала ею перед До Джуном:

— Какая корейская еда без риса, верно?

Уголки его губ слегка дрогнули. Нельзя сказать, что он улыбнулся, но это было первое изменение в выражении его лица за весь вечер. Вдохновлённая этим, Чэ И невольно расплылась в широкой улыбке.

Взгляд До Джуна снова слегка сузился.

***

— Ну как?

Чэ И смотрела на Кан До Джуна сияющими глазами, пока тот жевал пельмень. Он слабо улыбнулся:

— Неплохо.

Опять этот сдержанный ответ.

— И всё? — Чэ И поспешно добавила: — Понятно, что со свежесваренными не сравнить. Но я тут пробовала пельмени в одном корейском ресторанчике, так они были просто ужасны. По сравнению с ними мои — это пища богов!

Она даже не пыталась скрыть своё разочарование.

— Здесь полно мест, где готовят пельмени, — заметил он.

Чэ И надулась:

— И что? Хотите сказать, что мои невкусные?

До Джун посмотрел на неё, подцепил палочками два пельменя и отправил в рот. Чэ И усмехнулась.

Он просто надо мной издевается.

В отличие от вечно серьёзного майора на базе, сейчас Кан До Джун казался расслабленным и обычным. Чэ И придвинула к нему другую тарелку:

— Попробуйте вот это. Чанчорим из говядины, моя мама сама готовила. Уверяю, он не такой, как в магазинах.

Кан До Джун взял кусочек и положил в рот. А затем снова кивнул. Чэ И опять засмеялась:

— Если вы скажете хоть один комплимент, у вас язык отвалится?

Он лишь легко улыбнулся и продолжил есть. Чэ И подняла руки, сдаваясь:

— Хорошо. Ешьте спокойно. Больше не буду вас отвлекать.

Подвинув к нему тарелки, она стала за ним наблюдать. Ей было любопытно.

Она впервые видела такого неразговорчивого и сдержанного мужчину. Бывает ли так, что он злится до потери пульса или смеётся во всё горло? Если бы им предстояло долго общаться, она бы с нетерпением ждала возможности это увидеть, но раз они скоро расстанутся, шансов нет.

Пока Чэ И осилила половину своей порции риса, Кан До Джун уже доел свою. От пельменей и закусок тоже ничего не осталось. Значит, всё-таки вкусно. Теперь она была в этом уверена.

Этот мужчина всё доказывает делами, а не словами и эмоциями.

— Спасибо за ужин.

Он уже хотел убрать со стола, но Чэ И быстро замахала руками:

— Нет, я сама уберу.

Но Кан До Джун взял пустые тарелки и пошёл к раковине. Ничего не поделаешь. Они начали убирать со стола вместе.

— Оставьте посуду. Я сама помою.

Но он её не слушал. Закатав рукава, ловко принялся за мытьё посуды.

Ой, так не пойдёт. Я же хотела попросить его об интервью в обмен на ужин.

Чэ И быстро подошла к нему. Поймав его взгляд, она мило улыбнулась:

— Давайте вместе.

Не могу же я позволить ему просто так отработать ужин.

Ничего не подозревающий Кан До Джун с невозмутимым видом кивнул и чуть-чуть сдвинулся в сторону, уступая ей место. И это стало началом проблемы.

Ситуация была странной. Ещё минуту назад обстановка казалась лёгкой и непринуждённой. Но теперь...

Чэ И начала остро чувствовать его присутствие. Моя тарелку, она случайно задела его руку своей. От этого лёгкого прикосновения пушок на её коже встал дыбом, а по спине пробежал электрический разряд. Она незаметно отодвинулась, увеличивая дистанцию. И украдкой взглянула на его профиль. Вроде бы он был полностью сосредоточен на мытье посуды. Но челюсти у него слегка напряглись.

Или мне показалось?

Чэ И поспешно отвела взгляд. Кан До Джун намылил самую большую тарелку и передал ей. Когда она попыталась её взять, фаянс вдруг выскользнул из рук. Чэ И инстинктивно попыталась перехватить посуду, и До Джун сделал то же самое. Его большая ладонь накрыла её руку, сжимающую скользкую тарелку.

Ту-дук. Ту-дук-ту-дук.

Сердце забилось как сумасшедшее. Лицо обдало жаром. Он медленно забрал у неё тарелку и начал её ополаскивать. Чэ И отступила ещё дальше. На шаг. Потом ещё на один.

Она кашлянула и с деланной бодростью произнесла:

— Может, выпьем чаю? Я привезла ромашковый чай, он отлично подходит для вечернего чаепи... Ой!

То ли из-за того, что её мысли были заняты совсем другим, то ли из-за того, что она слишком резко дёрнулась, пытаясь скрыть своё волнение... Она проявила несвойственную ей неуклюжесть. И всё испортила.

Повернувшись, она случайно задела уже вымытую тарелку. Чэ И попыталась её поймать, но та выскользнула и полетела вниз.

Дзынь!

Осколки со звоном брызнули по полу.

Ах.

Чэ И закусила губу.

Что я творю...

Мысленно обругав себя, она наклонилась, чтобы собрать черепки. В этот момент До Джун сделал быстрый шаг к ней:

— Стой.

Не успела она спросить, в чём дело, как он подхватил её на руки. Глаза Чэ И расширились от шока. Он усадил её на кухонный остров и спросил:

— Где аптечка?

— Что?

Она непонимающе моргала, и тогда он посмотрел на её ногу. Чэ И проследила за его взглядом.

— Ах.

Чуть выше лодыжки виднелась царапина. Видимо, её задел отскочивший осколок разбитой тарелки.

— Я сама принесу.

Чэ И попыталась спрыгнуть, но он быстро перехватил её за плечи.

— Просто скажите, где она.

От прикосновения Кан До Джуна она снова замерла.

— Она...

Мозг словно парализовало.

Чэ И изо всех сил пыталась заставить его работать.

Приди в себя, Хан Чэ И.

И наконец вспомнила. Сегодня утром Сан Хо порезал палец и доставал пластырь. Чэ И указала на полку в гостиной:

— Вон там!

Её крик прозвучал так восторженно, словно она открыла новый континент, — но поняла она это только тогда, когда он уже отвернулся.

Идиотка.

***

Когда Кан До Джун вернулся с аптечкой и достал антисептик, Чэ И приподняла ногу на столешнице и осмотрела ранку. Царапина была над самой пяткой. Когда он открыл флакон, она поспешно протянула руку.

— Я сама.

— Сидите смирно.

Он обхватил её за лодыжку.

Поскольку царапина была сзади, дотянуться было неудобно, но, если извернуться, она бы справилась. Однако он уже начал наносить лекарство.

Пока он обрабатывал рану, наносил мазь и приклеивал широкий пластырь, Чэ И сидела напряжённая как струна. Затаив дыхание. Он стоял так близко, что ей было трудно дышать. Когда он склонил голову, чтобы приклеить пластырь, она вздрогнула, на секунду задержала дыхание и осторожно вдохнула. И тут же её носа коснулся незнакомый аромат.

Запах мужского лосьона после бритья, смешанный с запахом тела.

Чэ И смотрела на тёмные волосы Кан До Джуна. Запах пота после напряжённых тренировок, запах сигаретного дыма из бара, аромат выпитого за сегодня пива. Эта смесь должна была бы отталкивать, но сейчас Чэ И чувствовала совсем иное.

— Какое-то время не мочите...

До Джун поднял голову. Чэ И неотрывно смотрела на него. Она не собиралась отводить взгляд, да и не хотела этого делать. К этому глубокому взгляду она уже успела привыкнуть.

Его глаза, смотрящие на её раскрасневшееся лицо, слегка сузились.

Возможно, та самая любовная пыльца, о которой говорила племянница, просыпалась и на меня.

Чэ И, не в силах противиться захлестнувшему её порыву, ухватилась за край его куртки и потянула на себя.