Контент удален!

— Вот, возьмите.

Чэ И протянула ему мороженое. До Джун, сидевший на скамейке, взял эскимо и начал разрывать обёртку. Чэ И села рядом.

— Вам не нужно переодеться?

Она одолжила сухую одежду у сотрудников центра, но на Кан До Джуна ничего подходящего не нашлось, поэтому он так и сидел в мокром.

— Думаю, всё и так быстро высохнет, — ответил он, глядя в синее небо.

Чэ И тоже подняла голову. Небо было ясным, почти без облаков. Солнце пекло, но дул ветерок. Как он и сказал, мокрая одежда должна была высохнуть в два счёта.

Они молча ели мороженое. Затем Чэ И повернула голову и спросила:

— Наверное, вы любите детей?

— Это дети меня любят.

Прочитав по его губам этот ответ, больше похожий на невнятное бормотание, Чэ И усмехнулась.

— Вы же военный. А в футбол играете неплохо.

— То, что было, футболом не назовёшь... А в армии вообще-то играют в чокку.

— А, вот как?

После того как они вдоволь набегались, вместе смеялись и дурачились, казалось, дистанция между ними резко сократилась. И, видимо, это чувствовала не только она.

Похоже, между нами и впрямь зарождается боевое товарищество.

— Наши дети ведь чудесные, правда?

Увидев, как он без колебаний кивнул, Чэ И улыбнулась.

Оба снова молча принялись за мороженое. Доев, они так и сидели под порывами ветра, не проронив ни слова. Наконец Чэ И тихо произнесла:

— Знаете, когда-то давно...

Она почувствовала на себе его взгляд.

— В университете мне нравился один парень. Сонбэ из нашего студенческого клуба. Это была моя первая любовь.

Чэ И повернулась к нему и мягко улыбнулась.

— Вы, наверное, уже поняли, что я девушка довольно инициативная.

Его лицо оставалось бесстрастным. Чэ И снова посмотрела на небо.

— Тогда я была ещё хуже. Если что-то не нравилось — открыто это показывала, если нравилось — говорила прямо. Я не стыдилась своей глухоты и не забивалась в угол.

— ...

— И вот с этой безрассудной уверенностью я взяла и призналась сонбэ в своих чувствах. Прямо в клубе. Там было полно народу.

Вспомнив об этом, Чэ И невольно рассмеялась. Юношеский максимализм тогда бил через край.

— Сонбэ растерялся, но вежливо мне отказал. До этого момента всё было нормально. В конце концов, я имела право признаться, а он имел полное право отказать.

Она подставила лицо ветру и продолжила:

— Но потом по клубу поползли слухи. О том, какая я наглая. Что я не знаю своего места. И дело было даже не в том, что он был красавчиком и главным сердцеедом университета. Причина крылась в моей инвалидности. Кого-то очень сильно взбесило, что какая-то глухая посмела замахнуться на такого парня, да ещё и хватило наглости признаться ему при всех.

Чэ И чувствовала его пристальный, обжигающий взгляд. Она слегка опустила глаза и уставилась в землю.

— Но больше всего меня разозлило то, что этот самый сонбэ был глубоко возмущён моим признанием. Он искренне не понимал, за кого я его принимаю, раз такая, как Хан Чэ И, посмела к нему подкатывать.

Вспоминая об этом, она горько усмехнулась. А затем повернулась и посмотрела прямо на Кан До Джуна.

— Смешно, правда? Инвалидность — это же не преступление.

— ...

— Кого я люблю, признаюсь ли в этом — с какой стати это наглость? И что в этом оскорбительного? Забавно, да?

Его лицо было каменным. А взгляд — ледяным.

Чэ И снова отвернулась и посмотрела на детей, всё ещё плескавшихся в воде во дворе.

— Вот будущее, с которым предстоит столкнуться этим детям.

— ...

— Я бы хотела, чтобы оно стало хоть немного лучше. В мире полно людей с невидимыми недугами. Окружающие могут быть терпимыми, пока это их не касается, но когда сталкиваются лично — возникает отторжение. Я это понимаю, но... всё равно. Хотелось бы, чтобы к этому относились чуть проще, без таких диких предрассудков... Чтобы мир, в котором будут жить эти дети, стал хоть капельку лучше нынешнего.

Она повернула голову и посмотрела на него. В этот момент их взгляды встретились. Его глаза были глубокими, как цвет неба в сумерках поздней осени.

Тук-тук. Сердце снова предательски затрепетало. В груди всё сжалось до такой степени, что, казалось, сейчас треснут рёбра.

Чэ И через силу улыбнулась. Их немые взгляды сплелись. Как и тогда в ручье, она почувствовала в его глазах жар.

Мужчина, который считает отношения пустой тратой времени.

Для такого человека этот взгляд слишком глубок.

Но... то, что этот мужчина не собирается заводить со мной отношения, — это факт.

Его может тянуть ко мне физически.

Чем это отличается от романтических отношений, я пока не очень понимаю, но одно ясно точно — чувств там нет.

Мужчины легко отделяют тело от чувств.

Кажется, директор Мун была права.

Чэ И резко встала и посмотрела на него.

— Майор. Думаю, сегодня мы уже не успеем потренироваться. Что скажете?

Он тоже поднялся и строго ответил:

— Тренировки нельзя пропускать ни на один день.

Уголки губ Чэ И разочарованно поползли вниз.

***

Выйдя из ванной с замотанным на голове полотенцем, Чэ И заметила, как на кровати коротко мигнул экран телефона. Она подошла, взяла мобильный и разблокировала. В следующую секунду её лицо вытянулось.

[Завтра встречаемся в 07:00 возле вашего дома.]

[Зачем?]

Отправив ответ и швырнув телефон на кровать, Чэ И подошла к туалетному столику. Сев на пуфик, она включила фен и начала сушить волосы.

Фен громко гудел, но она, разумеется, ничего не слышала. И точно так же она не знала, ответил он или нет.

Когда густые волосы высохли наполовину, Чэ И выключила прибор. Тяжело вздохнув, она покосилась на телефон, сиротливо лежавший на кровати.

Бесит. Ответил он или нет, какая мне вообще разница?

Она собиралась проверить сообщения попозже, когда досушит волосы, нанесёт лосьон и ляжет в кровать, но все мысли крутились только вокруг этого проклятого аппарата.

Да блин.

С громким вздохом Чэ И отложила фен и подошла к кровати. Резко схватив телефон, она открыла переписку.

[С завтрашнего дня и до начала соревнований ежедневно проводим тренировки на выносливость и силовые упражнения.]

Ха. Вы только посмотрите на этот тон. Не спрашивает, а констатирует: «проводим».

Настоящий приказ.

Я что, его подчинённая?

Чэ И набрала «Не хочу», стёрла, написала «У меня нет времени», снова стёрла, напечатала «Я отказываюсь участвовать в соревнованиях» и крепко сжала губы.

Большой палец замер над кнопкой отправки. Одно движение на сантиметр вниз — и сообщение уйдёт.

Долго сверля экран взглядом, Чэ И вдруг протяжно выдохнула.

Детский сад.

Она стёрла набранный текст. И написала новый:

[Где будем тренироваться?]

[На горе Пугаксан.]

[Вы собрались в поход?]

[В первый день маршрут будет лёгким.]

Чэ И запрокинула голову и уставилась в потолок.

Ха-а. Теперь мне придётся таскаться по горам, хотя я терпеть этого не могу.

Если она спросит, можно ли обойтись без этого, ответ предсказуем. Он вывалит на неё сотню причин, почему жизненно необходимо тренировать базовую выносливость.

Имея брата-офицера, она прекрасно знала, как думают и говорят военные. Поэтому чётко понимала: сопротивляться бесполезно.

Чэ И снова опустила взгляд и быстро набрала:

[Я приеду на парковку Пугаксана к семи.]

Это означало, что заезжать за ней не нужно.

С этого момента я буду чётко держать дистанцию.

Нажав кнопку отправки, она плюхнулась на кровать. Искоса глянула на телефон, но ответа не последовало.

Почему он молчит?

Она повернула голову и посмотрела в окно. Снаружи густо зеленели ветви хурмы.

После соревнований мы больше не увидимся.

Возможно, у него есть женщина, с которой он встречается.

Ко мне он ничего не чувствует.

Эти три истины нужно вбить себе в голову раз и навсегда.

Телефон мигнул.

Она опустила глаза и разблокировала экран.

[Приезжайте на парковку у информационного центра Чхонундэ к 07:30.]

На губах Чэ И появилась слабая улыбка.

Вот и отлично. Ему тоже удобнее держать дистанцию.

Наши мысли совпадают, и это просто замечательно. Идеально.

***

С сегодняшнего дня я не буду доставлять ему никаких проблем.

Чтобы выполнить своё вчерашнее обещание, Чэ И проснулась ни свет ни заря. Одевшись в удобную для похода одежду, она бросила в небольшой рюкзак бутылку воды и немного фруктов. Затем села в машину и, как велел Кан До Джун, направилась к информационному центру Чхонундэ.

Её утренние старания не прошли даром: она приехала на десять минут раньше назначенного времени. Аккуратно припарковавшись ровно по разметке, Чэ И даже успела купить кофе в автомате на краю стоянки. Стоя в тишине и вдыхая свежий горный воздух, она пила кофе, когда на пустую парковку въехала его машина.

Она молча наблюдала, как громоздкий внедорожник, источая агрессивную мощь, заезжает на стоянку, и взглянула на наручные часы.

Ровно без пяти.

Как и ожидалось. Точен как часы.

Чэ И залпом допила остывший кофе и выбросила картонный стаканчик в урну. Увидев, как он выходит из машины, она быстро пошла ему навстречу. Остановившись на безопасном расстоянии, она изобразила максимально вежливое лицо и поздоровалась:

— Здравствуйте, майор. Погода сегодня просто чудесная.

В ответ на её формальный тон он лишь пристально посмотрел на неё. Чэ И, не обращая внимания, спросила:

— Сразу идём наверх?

Он достал с заднего сиденья рюкзак и закинул его на плечо. Тогда Чэ И добавила:

— Идите вперёд. Я пойду следом.

Это было яркое летнее утро; солнце припекало с самого раннего часа.

Она тяжело дышала, поднимаясь по крутому склону, пока не упёрлась в каменные ступени. Ей и так казалось, что она сейчас умрёт от усталости, а при виде этой крутой лестницы и вовсе перехватило дыхание.

Ха-а.

Сделав глубокий вдох и стиснув зубы, она ступила на первую ступеньку. В этот момент прямо перед ней внезапно появилась большая мужская рука.

Чэ И подняла голову и посмотрела на Кан До Джуна.

Теперь она знала, что означает эта молчаливо протянутая рука.

— Спасибо.

Она не стала отказываться. Чэ И взяла его за руку. Разряд. Горячий, мощный удар тока мгновенно пронзил её ладонь и дошёл до самого сердца, но она проигнорировала это чувство.

Оказавшись на вершине лестницы, Чэ И тут же отпустила его руку. Ладони стали липкими от пота, но на её лице сияла улыбка.

— Это ведь поможет мне стать выносливее, да?

Он молча смотрел на неё. Лицо его было настолько мрачным и застывшим, будто он был ужасно зол.

Пока она смотрела на него в упор, он резко развернулся и пошёл вверх.

Чэ И тоже двинулась следом. Вдруг нога соскользнула, и она потеряла равновесие.

— Мамочки!

Испуганно вскрикнув, она рефлекторно вцепилась в росшую рядом ветку.

Кан До Джун в мгновение ока оказался рядом. Свирепо сведя брови, он грубо рявкнул:

— Твою мать!