Онлайн чтение книги Возрождение звёздного генерала Rebirth of a Star General
Глава 92. Чья невеста?

Хэ Янь вошла в зал Сянь Чан, когда ей было четырнадцать лет. Когда ей исполнилось пятнадцать, девушка вступила в армию Фуюэ. Она вступила в армию в спешке, и никто не знал об этом. Учителя и опекуны в зале Сянь Чан были ошеломлены. Позже, вернувшись в столицу, она уже получила заслуженные награды и титул, а также имела дарованный Императором титул. Поэтому семья Хэ не преследовала вопроса о том, почему она хотела вступить в армию.

Теперь, думая об этом, если бы она не получила заслуг тогда, а была просто обычным солдатом, результаты не были бы такими же, когда она вернулась в семью Хэ после нескольких лет жизни в походах.

Хэ Янь до сих пор помнила Сун Тао Тао.

Пятнадцатилетная Хэ Янь, под именем Хэ Жу Фэй, отправился учиться в зал Сянь Чан. Её способности были посредственными, а также потому, что девушка по своей природе менее могущественна, чем мужчина, она не могла действительно сравниться с подростками в зале Сянь Чан. Хэ Юань Шэн постепенно тоже это понял, но не винил её. Он также думал, что она может жить мирной жизнью вечно.

До этого дня.

Студентам зала Сянь Чан разрешалось возвращаться домой два раза в месяц. Но с приближением сезона дождей все таблички у входа в павильон Сянь Чан были смыты дождём. Поэтому учителя попросили учеников отправиться домой на один день раньше и вернуться через три дня.

Хэ Янь поспешно вернулась, и никто дома об этом не знал. Сначала она переоделась, а потом пошла к Хэ Юань Шэну. Каждый раз, когда она возвращалась в его дом, Хэ Юань Шэн спрашивал девушку, как она поживает в зале Сянь Чан. Такого рода отчуждённый и почти наблюдательный допрос никогда не вызывал у Хэ Янь тёплых чувств. Всякий раз, когда она разговаривала с Хэ Юань Шэном, она действительно немного нервничала.

Но в тот день, когда она ушла, Хэ Юань Шэн ещё не вернулся, и даже слуги не было у двери. Она сидела и ждала в кабинете Хэ Юань Шэна. В кабинете была ширма. Хэ Янь подумала, что всё равно делать нечего, поэтому лучше было сесть и почитать книгу перед маленьким столиком за ширмой.

Она немного посидела, когда кто-то вошёл.

Это был голос Хэ Юань Ляна. Он сказал:

 – Как ты рассматриваешь вопрос о Хэ Янь?

Хэ Янь, которая собиралась выйти, на какое-то время была ошеломлена, и тут же остановилась, отбросив прежнее желание покинуть укрытие ширмы. Она не вышла, а отпрянула назад.

У Хэ Юань Ляна был другой характер, нежели у Хэ Юань Шэна. Хэ Юань Шэн выглядел мягким, но на самом деле был суровым. Позже, когда госпожи У него родились другие дети, с ними он тоже обращался очень жестоко. С другой стороны, Хэ Юань Лян, её биологический отец, обладал совершенно другим темпераментом и всегда улыбался. Все его дети, кроме неё, были хорошо избалованы.

Чувства Хэ Янь к Хэ Юань Ляну были очень сложными. Если она должна была сказать, что трепетала перед старшими, вроде Хэ Юань Шэна, её приемным отцом и дядей, то она всегда чувствовала след незаметной зависимости и ожидания от Хэ Юань Ляна. Она надеялась, что Хэ Юань Лян, будет обращаться с ней так же ласково и нежно, как с её сестрами, но Хэ Юань Лян этого не делал. Каждый раз, когда мужчина смотрел на неё, казалось, что он смотрит только на своего племянника. Он всегда был вежлив с ней и, в крайнем случае, произносил несколько слов проповеди.

Таким образом, количество раз, когда она чувствовала разочарование, только увеличивалось, и Хэ Янь перестала испытывать в отношении него какие-нибудь ожидания.

Но в тот день, когда она услышала своё имя от своего биологического отца, Хэ Янь не знала, почему но пожелала спрятаться, а не выйти.

 – Сейчас она вполне здорова. Она учится в зале Сянь Чан, и никто не заметил никакой аномалии. Ей также исполнилось пятнадцать… Прежде чем ей исполнится восемнадцать, мы должны уладить её брак.

Хэ Янь, съёжившаяся за ширмой, некоторое время даже не могла дышать.

Замужество? Она никогда не думала об этом. Теперь она была в образе Жу Фэя, мужчины, как она может выйти замуж? Как только она обручится, что ей делать со своей личностью Жу Фэя? Кто будет "Хэ Жу Фэем"?

Она приняла это как должное. Хэ Янь была женщиной, поэтому, естественно, думала, что выйдет замуж за мужчину. В конце концов, она даже не умела хорошо одеваться. Однако то, что Хэ Юань Лян сказал дальше, удивило её.

 – Брат, ты нашёл в столице подходящую девушку?

Девушка?

Как это могла быть девушка?

Хэ Янь вскинула голову. Двое людей за ширмой стояли к ней спиной. Она не могла ясно видеть выражения их лиц, поэтому могла только слушать тон их голосов. Они были спокойны, не чувствуя ни малейшего шока от того, что сами говорили.

 – У Сун Цы, заместителя начальника министерства внутренних дел, две дочери. Старшая дочь замужем, а младшей уже одиннадцать, – сказал Хэ Юань Шэн. – Она немного моложе, но когда Хэ Янь исполнится восемнадцать лет, она достигнет зрелости. Подождав ещё два года, они могут пожениться.

 – Дочь Сун Цы? – Хэ Юань Лян колебался. – Это та самая маленькая девочка по имени Сун Тао Тао? Я помню, что Сун Цы искал подарок своей дочери на день рождения в прошлом году, и для этого он даже обошёл всех торговцев Шоцзина.

 – Да, – сказал Хэ Юань Шэн с улыбкой. – В особняке Сун Цы нет маленьких мальчиков, только две дочери. Теперь, когда старшая дочь вышла замуж, он особенно любит свою младшую. Если мы сможем связать себя узами брака с семьей Сун, у нас будет помощь семьи Сун. Не было бы никакого беспокойства о том, будет ли наш дом процветать или нет.

Хэ Юань Лян также немного помедлил, когда услышал эти слова, после чего сказал:

 – Старший брат прав. Для меня лучше устроить банкет в особняке и пригласить Сун Цы приехать к нам домой, чтобы мы могли поговорить о делах детей. По крайней мере, сначала мы дадим ему знать, что у нас есть эта идея.

Они весело болтали, как будто брак был просто сделкой и ничего за ней не стояло. В наши дни в богатых и влиятельных домах большинство женщин были противовесом браку. Её можно рассматривать как противовес, но как они могли игнорировать её личность?

Она – женщина! Как может женщина выйти замуж за женщину? Если бы они действительно поженились, разве это не повредило бы жизни девушки?

Хэ Янь глубоко задумалась об этом, неожиданно прикоснувшись к ширме и издав звук. Хэ Юань Шэн повернул голову и крикнул:

 – Кто здесь?!

Увидев, что её обнаружили, Хэ Янь просто встала и сказала:

 – Это я.

 – Хэ Янь? – Хэ Юань Шэн вздохнул с облегчением, затем нахмурился и сказал: – Разве ты не должен быть сегодня в зале Сянь Чан?

 – Учитель Бао попросил нас покинуть школу на один день раньше, поэтому я пришёл сюда, чтобы найти своего отца, – сказал Хэ Янь, сделала паузу и взглянула на Хэ Юань Ляна. Хэ Юань Лян показал свою обычную улыбку, выражение его лица ничуть не изменилось даже тогда, когда она назвала Хэ Юань Шэна "Отцом".

Это было просто ещё одно разочарование, так почему бы не сдаться? Хэ Янь опустила голову, чтобы скрыть боль потери, появившуюся в глазах.

 – Мне нужно кое-что обсудить с твоим вторым дядей. Ты можешь вернуться ко мне позже, – сказал Хэ Юань Шэн. – Сначала сходи к своей матери.

Хэ Янь даже не могла пошевелиться.

 – Хэ Янь? – Хэ Юань Шэн снова нахмурился.

 – Я слышала, что только что сказали мой отец и второй дядя, – она подняла голову, голос девушки был спокоен. – Отец, я женщина, как я могу жениться на второй леди семьи Сун?

Не ожидал, что Хэ Янь действительно будет так говорить, и два брата из семьи Хэ на какое-то время были ошеломлены.

 – Это не те вещи, о которых тебе следует беспокоиться, – ответил Хэ Юань Шэн после долгого времени. – Я всё устрою для тебя.

 – Я не женюсь на второй леди семьи Сун. Достаточно пожертвовать мной одной из двух женщин. Вы не должны вовлекать в это неродственных людей, – сказала Хэ Янь.

Теперь ей было пятнадцать лет, она была немного выше, чем раньше, и одета как подросток, с ясными и открытыми глазами, стояла здесь, как тополь, незнакомая, просто незнакомая.

Мужчина яростно сказал:

 – Что ты хочешь этим сказать? Ты жалуешься на нас? Ты обвиняешь нас в том, что мы пожертвовали твоим правом быть женщиной?

Хэ Юань Лян посмотрел на неё с улыбкой:

 – Хэ Янь, как ты можешь так разговаривать со старшим братом? Старший брат делает всё это для твоего же блага.

Хэ Янь подумала:

"Неужели это действительно для меня?"

Она пошла учиться в зал Сянь Чан, и её учитель учил:

 – Сострадательное сердце – это конец доброжелательности; стыдливое и злое сердце – это конец праведности; доброе и злое сердце – это конец мудрости.

Но то, что семья Хэ хотела, чтобы она сделала сейчас, – это просьба быть недоброй и грубой. Какая нелепость!

Хэ Янь не испугалась и громко ответила:

 – Я никогда не соглашусь быть помолвленным с юной леди Сун! Мало того, я не женюсь ни на одной женщине в этой жизни. Я не позволю коверкать жизнь другим!

Хэ Юань Шэн и Хэ Юань Лян были ошеломлены.

Все в семье Хэ знали, какой темперамент у Хэ Янь. Она была нежной и лёгкой в общении, даже немного робкой и трусливой. В семье Хэ она делала всё, что ей говорили, и не любила причинять неприятности. Если бы не перемена личности в самом начале, она была бы такой же, как все посредственные официальные леди в Шоцзине, сдержанной, хорошо воспитанной и живущей жизнью марионетки.

Но какая она теперь?

 – Хэ Янь, как ты смеешь так со мной разговаривать? – Хэ Юань Шэн был очень зол. Всякий раз, когда он злился, черты лица мужчины казались очень свирепыми, и поэтому дети в старшем доме семьи Хэ очень боялись его.

Хэ Янь посмотрела на него и осталась невозмутимой:

 – Мой отец послал меня в зал Сянь Чан учиться, демонстрировать этикет и изучать добродетель, а не быть лжецом ради выгоды.

Молодой человек держал голову высоко, гордый, ясный и честный. Вероятно, именно презрение в её глазах задело Хэ Юань Шэна. Хэ Юань Шэн рассердился и яростно ударил Хэ Янь по лицу.

Это был первый раз, когда Хэ Юань Шэн поднял руку на Хэ Янь.

А её биологический отец наблюдал, не говоря ни слова. От начала до конца он демонстрировал верность своим собственным словам: "Старший брат делает всё это для твоего же блага".

Ссора между Хэ Юань Шэном и Хэ Янь потрясла всю семью Хэ. Так как он был высшим авторитетом в семье Хэ, никто не сомневался в решении Хэ Юань Шэна. Хэ Янь держали в Зале Предков день и ночь, а выпустили только на следующую ночь.

За это время её никто не навещал. Будь то её приёмные родители или биологические родители. В течение этого времени Хэ Янь смотрела на большие и маленькие мемориальные таблички, расположенные вверху и внизу по всему Залу Предков, имея в голове только один вопрос.

Что это была за семья? Неужели она действительно хочет остаться в семье Хэ? Если смысл её существования в этой семье состоял в том, чтобы подменить собой те интересы, которые им не принадлежали. Без капли искренности она была здесь, здесь действительно не было места ностальгии.

Марионетка тоже хотела бы освободиться от нити и властвовать над собственной жизнью.

На следующую ночь она вернулась домой, и комната была пуста. Хэ Янь вспомнила, что армия Фуюэ в эти дни организовала приём на службу. Она сидела на диване и думала: если кто-нибудь придёт к ней сегодня вечером и спросит, всё ли с ней в порядке, она не уйдёт.

Однако никто не пришёл.

Когда звук сдвигов донёсся издалека, Хэ Янь взвалила сумку на плечо и выскользнула за дверь в темноте. В течение стольких лет, с тех пор как она начала заниматься боевыми искусствами самостоятельно, девушка занималась этим и была слишком хорошо знакома с подобным побегом. Это было именно потому, что семья не ценила её, даже когда она ушла, Хэ Янь чувствовала себя такой расслабленной.

Она считала, что это не имеет значения, хотя и не могла больше оставаться в семье Хэ. По крайней мере, она спасла маленькую девочку в Шоцзине. Если бы её здесь не было, как бы семья Хэ могла устроить этот брак? Эта девушка по имени Сун Тао Тао в будущем достигнет зрелости и останется с молодым парнем, который будет любить её всю жизнь, вместо того чтобы быть вовлечённой в этот постыдный план и стать принесённой в жертву пешкой.

Ночь была тяжёлая, и она не могла видеть дорогу впереди. Девушка, переодетая мальчиком, не знала, что ждёт её впереди. Она оглянулась на дверь дома семьи Хэ. Дом был скрыт в ночи вместе с её прошлым. С виду жестокая, она повернулась, продолжила идти вперёд и ни разу не оглянулась.

* * *

Прошлое расстилалось перед её глазами, словно сдувая покрывавшую его пыль, и постепенно становилось ясным, как будто всё произошло только вчера. Только Хэ Янь знала, что это была её предыдущая жизнь, к которой она никогда не сможет вернуться.

Она была тогда молода и сердита — сердита на нелепое решение братьев. Она даже не думала об этом всерьёз. Как женщина, если она действительно женится за юной леди Сун, её тайна будет раскрыта. Как семья Хэ могла позволить этому случиться?

Разве что они давно ожидали, что такого никогда не случится.

Хэ Янь уставилась на мешочек с благовониями, висевший на сетке кровати.

Это было всё потому, что Хэ Юань Шэн и Хэ Юань Лян знали, что Хэ Жу Фэй вернётся рано или поздно, и что Хэ Янь и Хэ Жу Фэй вернутся каждый к своей собственной личности, поэтому они говорили о браке. Они давно решили, что перед тем, как жениться в облике Хэ Жу Фэя, Хэ Янь должна будет снять с себя одежду мужчины и вернуться, чтобы стать молодой леди семьи Хэ.

В то время она ещё этого не понимала. Девушка думала, что ещё долго будет Хэ Жу Фэем, возможно, даже пожертвует ради этого своей жизнью. Хэ Янь не ожидала, что ей придётся вернуться, чтобы снова стать самой собой. Но это не подарок. Как только человек притворяется кем-то слишком долго, он неизбежно забывает, кто он.

Более того, в тот день она покинула семью Хэ с сумкой на спине и записалась в армию Фуюэ. С тех пор она уже разрушила все планы семьи Хэ, и шахматная партия давно вышла из-под контроля.

Кто бы мог подумать?

Кто бы мог подумать, что она прожила целую жизнь и однажды умерла, потом снова проснулась и, бродя вокруг, неожиданно встретила девушку, с которой была почти помолвлена в прошлой жизни. Одиннадцатилетняя девочка выросла в стройную девушку, а мальчик, вышедший из дома с мешком за спиной, уже вкусил все вкусы мира. Судьба загадочна. Если бы тогда не было Сун Тао Тао, она не ушла бы из дома, не вступила бы в армию, и сегодня не было бы ни генерала Фэй Хуна, ни Хэ Янь.

В темноте Хэ Янь молча улыбнулась.

Судьба свела их здесь, возможно, только для того, чтобы объяснить ей одну вещь.

Хэ Янь не сделала ничего плохого, она лишь спасла девочку.

* * *

Когда Хэ Янь проснулась на следующее утро, Фэй Ню уже не было в комнате.

Она думала об этом до поздней ночи и спала так крепко, что даже не знала, когда ушёл Фэй Ню. После того, как она проснулась, девушка освежилась и вышла, желая пойти постучать в дверь рядом с ней, чтобы увидеть, был ли там Сяо Цзюэ.

Как только она постучала, дверь открылась, и из-за двери показалась голова Сун Тао Тао. Она сказала:

 – Ты ищешь молодого мастера Сяо? Они трапезничают внизу.

Они даже не позвали её поесть? Хэ Янь высказала недовольство в своём сердце, что это действительно то же самое, что не относиться к ней как к личности. Но вместо этого мягко спросила:

 – Ты уже поела? Давай спустимся вниз и поедим вместе.

Сун Тао Тао кивнула.

Маленькая девочка спустилась с ней вниз и увидела Сяо Цзюэ и Фэй Ню, сидящих внизу у окна с какими-то маленькими тарелками на столе. Она не знала, были ли люди шокированы личностью Сяо Цзюэ прошлой ночью. Хозяин гостиницы приготовил этот завтрак с особой и изысканной заботой. Хэ Янь захотелось выругаться на эту экстравагантность, когда девушка увидела её.

 – Дядя, почему ты не позвал меня завтракать? – пробормотала Хэ Янь. – Даже если ты не позвал меня, почему ты не позвал юную леди Сун?

 – Это потому, что я хотела подольше поспать, это не имеет никакого отношения ко второму молодому мастеру Сяо, – быстро сказала Сун Тао Тао. По какой-то причине она, казалось, боялась Сяо Цзюэ. Но, если подумать, Сяо Цзюэ был холоден весь день, как могла маленькая девочка вынести это?

Хэ Янь взяла один кусок золотистого молочного пирога и запихнула его себе в рот. Молочный пирог был ароматным и сладким. Он только недавно покинул печь, а потому был ещё горячим и аппетитным.

 – Дядя, а что мы сегодня будем делать?

Сяо Цзюэ посмотрел на неё со слабой улыбкой:

 – Что ты хочешь сделать?

 – Я... – Сун Тао Тао заговорила прежде, чем Он успел закончить. – Чэн…Чэн Ли Шу, – она уже знала, что Хэ Янь не был Чэн Ли Шу, но она также видела, что Хэ Янь теперь играл роль "Чэн Ли Шу", поэтому не раскрывала этого. Следуя за именем Чэн Ли Шу, она спросила: – Вы можете сопровождать меня, чтобы выйти?

Когда девушка сказала это, остальные три человека за столом посмотрели на Сун Тао Тао.

 – Я...у меня нет никакой одежды. Я действительно не могу носить мужскую одежду. Я хочу пойти и купить несколько готовых вещей, но не помню дорогу. Гунцзы Чэн, не могли бы Вы пойти со мной и купить что-нибудь? – она собралась с духом, чтобы закончить.

Из трёх человек, сидевших за этим столом, Фэй Ню не привык разговаривать, а Сяо Цзюэ не был человеком, который мог бы сопровождать девушку, чтобы купить вещи. Только Хэ Янь была "добрым и нежным парнем". Она сказала:

 – Конечно! Это просто... – она посмотрела на Сяо Цзюэ: – Дядя, у нас сегодня есть какие-нибудь дела?

 – Ничего особенного, – Сяо Цзюэ опустил глаза и спокойно сказал: – Ты можешь пойти со второй юной леди Сун.

 – Спасибо, молодой господин Сяо! – Сун Тао Тао была вне себя от радости.

Поев, Хэ Янь вышел вместе с Сун Тао Тао. После того как они оба ушли, Фэй Ню сказал:

 – Господин, этот подчиненный сейчас последует за ними.

 – Не подходи слишком близко, – приказал Сяо Цзюэ. – С ним ещё Сун Тао Тао.

 – Понял, – ответил Фэй Ню и уже собрался уходить, как вдруг кое-что вспомнил. Он немного поколебался и сказал: – Господин, дело с Сунь Лином, неужели мы просто забудем об этом?

 – Кто это сказал? – Сяо Цзюэ поджал губы. – Подожди, ещё не время.

* * *

Хэ Янь вышла из гостиницы вслед за Сун Тао Тао.

Как только она покинула второго сына Сяо, Сун Тао Тао явно повеселела. Она подошла к Хэ Янь и прошептала:

 – Почему ты называешь молодого господина Сяо "дядей"? Почему ты называешь себя Чэн Ли Шу?

 – Это долгая история. У молодого господина Чэна есть кое-какие дела, поэтому он пока не может приехать в Лянь Чжоу. Так что я здесь вместо него. Не говори никому об этом.

Сун Тао Тао сказала:

 – Конечно, я никому не скажу! Этот мусорный мальчишка, должно быть, был не в состоянии сделать это сам, поэтому он позволил тебе заменить его? Такой человек всё ещё хочет быть моим мужем? В его снах!

Предубеждение второй юной леди Сун против Чэн Ли Шу было действительно глубоким.

 – Тогда как тебя зовут? – спросила Сун Тао Тао.

 – Я не могу сказать тебе сейчас, чтобы ничего не испортить. Я скажу тебе, когда в городе всё наладится, – Хэ Янь улыбнулся.

Сун Тао Тао скривила губы, явно не слишком довольная. Хэ Янь указал на магазин одежды:

 – Смотри, там есть одежда, почему бы тебе не пойти и не выбрать что-то подходящее?

Только тогда Сун Тао Тао обратила своё внимание на другое, Хэ Янь вздохнула с облегчением. Впрочем, не прошло много, чтобы девушка почувствовала себя расслабленной, как вдруг, подумав о чём-то, она тайком сказала, что это плохо.

Когда Хэ Янь вышла из Лянь Чжоу Вэй, Чэн Ли Шу дал ей одежду, шпильки и украшения, но забыл дать ей серебро. Хэ Янь не осмеливалась попросить Сяо Цзюэ об этом, поэтому у неё был только один серебряный слиток, который она получила за сражение флагов. Она не желала пользоваться им и держала слиток на своём теле, даже предпочитая обменять пуговицу от одежды Чэн Ли Шу на чай и питьё вместо того, чтобы прикасаться к своему запасу. Сун Тао Тао только что вышла из павильона Ваньхуа и была полностью запутана и разграблена. Где же взять денег на покупки? Хэ Янь опасалась, что ей придётся платить за всё, что девушка купит сегодня.

Это всё, что у неё есть сейчас!

К счастью, город Лянь Чжоу не был Шоцзином. Не было такого портного, который брал бы сотни таэлей серебра за один предмет одежды. Готовая одежда здесь была дешёвой, и Хэ Янь могла бы себе это позволить. Сун Тао Тао выбрала комплект, потом пару туфель, заколку для волос и пару серёжек. Хэ Янь была вынуждена заплатить серебром, которое было единственным, что у неё было.

Сун Тао Тао выбрала одежду и переоделась, прежде чем выйти. Когда она вышла, маленький мальчик, который изначально был точно вырезан из нефрита, за короткое время превратился в очаровательную маленькую девочку. Она выбрала вишнёво-красное платье, длинные волосы были завязаны в плоский пучок, и улыбка девушки тоже была вишнёво-красной, с яркими глазами и белыми зубами. Она выглядела красивой и очаровательной.

У Хэ Янь загорелись глаза. В одно мгновение огорчение от траты денег исчезло перед милой девушкой.

 – Ты очень красива, – от души похвалила Хэ Янь девушку.

Сун Тао Тао покраснела, повернула голову и пробормотала:

 – Одежда здесь слишком убогая, хорошей одежды нет. Одежда, сшитая портным дома Сун, намного лучше этой!

Хэ Янь возмутилась в своём сердце:

"Это всё ещё убого? Это уже стоило моих сбережений за последние полгода!"

Завернув оригинальную одежду в сумку, Сун Тао Тао вышла из магазина одежды и сказала:

 – Пойдём по магазинам в другом месте.

Хэ Янь лишь пробормотала:

 – … Хорошо.

Красота маленькой девочки тоже стоит денег, особенно маленькой девочки, воспитанной в такой богатой семье. Хэ Янь только надеялась, что Лянь Чжоу больше не будет ничего, что могло бы привлечь внимание второй юной леди Сун. У неё действительно не было денег.

Казалось, Бог услышал её мольбу. Сун Тао Тао нечего было купить по дороге. Но она всё ещё была взволнована, прогуливаясь по городу Лянь Чжоу. Хэ Янь делала всё возможное, чтобы сопровождать её, но она совсем не выглядела скучающей. В конце концов, высокомерная маленькая девочка немного смутилась и спросила:

 – Ты столько времени провёл со мной? Тебе не скучно?

 – Нет, – улыбнулась Хэ Янь. – Я тоже хотел прогуляться.

Сун Тао Тао долго смотрела на неё и сказала:

 – Ты такой хороший человек.

Хэ Янь была немного удивлена, когда она сказала это, но маленькая девочка уже продвинулась вперёд. Она задумалась, покачала головой и улыбнулась.

Для Сун Тао Тао настроение Хэ Янь, помимо заботы о маленькой девочке, также имеет вид баловства, которое было почти как у старшего. Ведь эта девушка чуть не стала её "невестой". Она также была человеком, который заставил Хэ Янь покинуть свой дом. В каком-то смысле она изменила судьбу Хэ Янь. В последующие годы Сун Тао Тао не была вовлечена в необъяснимые вещи и выросла хорошо.

Хэ Янь чувствовала себя очень счастливой, если она не сделала этого с самого начала. Может быть, Сун Тао Тао позже не вышла бы замуж за женщину, а стала бы женой Хэ Жу Фэя. Можно ли было действительно назвать хорошей вещью вхождение в семью Хэ в качестве невестки? В этой семье не было тепла, только стремились к благам, и она действительно не подходила такой маленькой девочке, как Сун Тао Тао.

Тем не менее Хэ Янь посмотрела на спину маленькой девочки, прыгающей перед ней, чувствуя себя немного беспомощной. Когда она покидала дом, её считали "бегущей от брака". Теперь Чэн Ли Шу тоже убегал, и Сун Тао Тао делала то же самое. Можно ли считать это бегством от брака?

Ей нужно хорошенько поговорить с Чэн Ли Шу.

* * *

Резиденция семьи Сунь в городе Лянь Чжоу была полностью погружена в хаос.

Вчера вечером Сунь Лин был отправлен обратно в дом Сунь, и Сунь Сян Фу вызвал известных врачей, чтобы они обработали раны Сунь Лина за ночь. Хотя все они были ранами кожи и плоти, на самом деле они не были лёгкими, и должно было потребоваться несколько месяцев, чтобы мужчина мог восстановиться.

Молодой господин Сунь никогда не испытывал такой большой потери с тех пор, как был ребёнком. Сунь Сян Фу тоже был в плохом настроении. Сегодня рано утром он наказал нескольких слуг за их проступки.

Подчинённые не осмеливались сделать неверный шаг; в доме было тихо. Сунь Лин лежал на кровати, а госпожа Сунь сидела на краю кровати, вытирая слёзы, и горько говорила:

 – Он всего лишь военный командир. Как он может так тебя бить? Мой сын страдал. Разве это не больно? Я не знаю, когда будут излечены эти повреждения…

Сунь Сян Фу услышал это, как только вошёл, и сердито сказал:

 – Женская глупость! Что значит "просто военный командир"? Знаешь ли ты, что он даже посмел убить старшего сына министра финансов! Более того, министр умолял Императора. Император последовал за ним, но что случилось в конце? В конце концов, министр финансов должен был признать, что ему не повезло! Если бы прошлой ночью он убил этого нечестивого сына, что, по-твоему, ты смогла бы сделать? Ничего!

Мадам Сунь была ошеломлена руганью, и ей потребовалось много времени, чтобы подавить панику и сказать:

 – Неужели он так силён? Что же нам теперь делать? Мы собираемся помириться с ним?

 – Ты можешь выйти, – Сунь Сян Фу почувствовал раздражение и махнул рукой: – Я сам всё устрою. Я пришёл сюда, чтобы спросить Лина о нескольких вещах.

Мадам Сунь ушла, всхлипывая и роняя слёзы. Сунь Сян Фу подошёл к Сунь Лину и посмотрел на его бледное лицо, одновременно расстроенное и сердитое, и сказал:

 – Ты, я же говорил тебе, что тебе нельзя провоцировать людей, но нет! Ты должен был пойти и спровоцировать Яму!

 – Я... не провоцировал его. Это его племянник слишком часто обманывал меня, – когда Сунь Лин упомянул об этом, он не рассердился и рассказал, что произошло прошлой ночью, и, наконец, сказал: – Как я могу знать, что Чэн Ли Шу вдруг сделает шаг?

 – Этот мальчик-слуга – это та женщина, которая тебе нравится? – спросил Сунь Сян Фу.

Сунь Лин покачал головой:

 – Я тоже не знаю. Прежде чем я успел увидеть его лицо, появился этот страшный человек по фамилии Сяо.

 – Ничего страшного, если это просто недоразумение. Если это действительно та женщина, Чэн Ли Шу неизбежно будет иметь предубеждение против тебя, так как он защищал её, – Сунь Сян Фу вздохнул. – Это я просчитался. Я не сообщил тебе заранее, что Сяо Цзюэ и другие посетят город. Иначе не было бы такого беспорядка.

Сунь Лин никогда не интересовался политическими делами, он думал только о еде, выпивке и азартных играх. Поэтому он не знал, что Сунь Сян Фу отправил приглашение Сяо Цзюэю.

 – Отец, мы оскорбили их. Они не побеспокоят нас позже? – Сунь Лин был немного обеспокоен.

Он всегда оставался безнаказанным в городе Лянь Чжоу, потому что полагался на то, что являлся сыном магистрата. Но вчера вечером поведение Сунь Сян Фу, заливающегося слезами перед Сяо Цзюэ, заставило Сунь Линя понять, что Сяо Цзюэ – не та фигура, которую семья Сунь может позволить себе обидеть.

 – Не бойся, – сказал Сунь Сян Фу. – Через несколько дней здесь будет господин Юань, надзирающий чиновник. Мастер Юань – это личность Сюй Сяна. Сюй Сян и Сяо Цзюэ никогда не были в мире. Может быть, мы сможем что-нибудь с этим сделать.