Онлайн чтение книги Возрождение звёздного генерала Rebirth of a Star General
Глава 94. На банкете

Особняк Суня располагался в центре западного города Лянь Чжоу. Это было недалеко от рынка и в то же время не слишком шумно. Все особняки вокруг были большими и красивыми. Сяо Цзюэ не любил путешествовать в экипаже, поэтому они вдвоём отправились верхом. Фэй Ню не последовал за ними, и Хэ Янь не знала, где он находится. Он не пошёл с Чи У, чтобы защитить юную леди Сон вместе с ним, и не пошел на банкет с Сяо Цзюэ. Хэ Янь догадывалась, что он, вероятно, помогал Сяо Цзюэ с какими-то поручениями.

Без Фэй Ню единственными людьми, оставшимися в путешествии, были Сяо Цзюэ и Хэ Янь. Хотя Фэй Ню никогда много не говорил, Хэ Янь всё ещё мог уловить несколько слов, когда разговаривала с ним. Оставшись наедине с Сяо Цзюэ, Хэ Янь стала необъяснимо нервничать. К счастью, они ехали верхом, и им не нужно было ничего говорить. Примерно через время, равное сгоранию трём палочкам благовоний, они добрались до ворот особняка Сунь.

Когда молодой человек у ворот резиденции Сунь увидел их, он поприветствовал их так, как Сунь Сянь Фу заранее сообщил ему об их визите. Он тепло сказал:

 – Этот гость, должно быть, генерал Сяо, верно? И это господин Чэн? Мой хозяин уже ждёт в гостиной, – он принял поводья лошадей Сяо Цзюэ и Хэ Янь, одновременно инструктируя другую служанку. – Ин Юэ, покажи генералу Сяо и мастеру Чэну, где это.

Служанка по имени Ин Юэ тоже была очень красива. Был уже сентябрь, и осенняя ночь была уже очень прохладной, но на ней был только тонкий газовый наряд. Несмотря на то, что девушка его надела, наряд ничего не скрывал. То есть, буквально. Тонкая ткань совершенно не скрывала притягательных изгибов девичьего тела. Хэ Янь почти не могла удержаться, чтобы не надеть верхнюю одежду на эту девушку. Один из парней в казарме однажды сказал, что в молодости он большую часть времени был без рубашки, а когда он стал старым, время от времени он неизбежно страдал от боли в ногах и спине. Зачем так себе вредить?

Ин Юэ заговорила:

 – Генерал, пожалуйста, следуйте за этой служанкой — её голос звучал как иволга, вылетающая из долины. Когда девушка закончила говорить, пара ласковых глаз уставилась в глаза Сяо Цзюэ, выглядя нежными и повлажневшими.

Несмотря на то, что Хэ Янь была дурой, она знала, что эта служанка присматривается к Сяо Цзюэ. Ну, в конце концов, в этом мире не так много девушек, похожих на Сун Тао Тао, которая была немного не от мира сего. Более того, лицо Сяо Цзюэ было довольно провокационным, и существовало бесчисленное множество девушек, которые были влюблены в него. Хэ Янь должна была этого ожидать.

Однако, как бы ни было велико искушение, Сяо Цзюэ, чьё сердце было как железо, даже не взглянул на служанку. Вместо этого он искоса взглянул на Хэ Янь и холодно сказал:

 – Почему ты в оцепенении?

 – Хм? – Хэ Янь пришла в себя. Увидев, что он уже вышел вперёд, девушка поспешила за Сяо Цзюэ. Правда, в его голове появились мысли, что этот человек действительно болен, он даже не взглянул на девушку, которая была похожа на цветок. Почему он всё ещё придирается к ней?

Они вдвоём вошли в ворота особняка Сунь вместе со служанкой.

Убранство особняка Сунь было очень экстравагантным.

Дело не в том, что Хэ Янь никогда не видел домов пекинских чиновников, подобных этому. Хотя семья Хэ уступала семье Сяо, она всё ещё считалась домом чиновника и пользовалась уважением в Шоцзине. Договорённости семьи Сунь были фактически сопоставимы с семьёй Хэ. Но это был Лянь Чжоу, а не Шоцзин, и Сунь Сянь Фу был всего лишь префектом, а не столичным чиновником.

Три года в чистой провинции, и всё же там сотни тысяч серебряных снежинок (1). Это было правдой. Хэ Янь посмотрела на каменный бонсай и глазурованные нефритовые плитки и была поражена в глубине сердца. Как зарплата префекта может позволить себе такое? Ей было интересно, у скольких людей Сунь Сянь Фу наскрёб денег. Кроме того, в зависимости от добродетелей Сунь Лина, отец и сын семьи Сунь совершили много зла в Лянь Чжоу, почти вдвое меньше, чем Император мира.

Она думала обо всём этом в глубине души, но не подозревала, что выражение её лица было замечено окружающими её людьми.

Глаза Сяо Цзюэ слегка переместились.

Молодой человек был одет в одежду Чэн Ли Шу, но не был таким невинным и наивным, как Чэн Ли Шу. Хотя люди полагаются на одежду, лошадей и сёдла, рекрут низкого уровня, притворяющийся молодым хозяином большой семьи, в конце концов покажет свои ноги. То, что человек сделал, и люди, которых он видел, будут запечатлены в его теле и станут явными пережитками.

Следы каждого человека разные.

Глаза Хэ Яня были полны эмоций и созерцания, но не было никаких признаков трепета или нервозности. Если кто-то делал это в первый раз, отправляясь в такое место, такая реакция не будет оправданной.

В этот момент Ин Юэ уже остановилась, открыла дверь внутрь и сказала:

 – Хозяин, здесь генерал Сяо и господин Чэн.

Внезапно раздался преувеличенно радушный голос Сунь Сянь Фу:

 – Генерал Сяо здесь! Этот подчинённый боится, что генерал и молодой господин не придут. Хорошо, что они пришли!

Хэ Янь подняла глаза и увидела искренний и испуганный вид этого человека. Не было никаких признаков престижа, который он демонстрировал, когда они впервые встретились в гостинице несколько дней назад, и, как чиновник, он не боялся, что люди будут шутить над ним.

Не дожидаясь, пока Сяо Цзюэ заговорит, Сунь Сянь Фу повернул голову вбок, показывая человека, стоящего позади него, и сказал с улыбкой:

 – Господин Юань тоже прибыл.

Это Юань Бао Чжэнь? Хэ Янь посмотрела на него. Девушка увидела бледнолицего мужчину средних лет, любезно улыбающегося им, и через мгновение это лицо совпало с тем, что она помнила.

В первый раз она встретила Юань Бао Чжэня за пределами кабинета семьи Хэ. В то время Хэ Жу Фэй уже пошёл получать награды, снял маску и действительно стал "генералом Фэй Хуном". Как юная леди из второго дома семьи Хэ, она ждала того дня, когда сможет выйти замуж за члена семьи Сюй. Когда она увидела этого человека, то на некоторое время была ошеломлена, так как не ожидала, что Хэ Жу Фэй так быстро обзаведётся другом при дворе.

Позже она спросила Хэ Жу Фэя, кто был этот человек, и Хэ Жу Фэй сказал, что это был Юань Бао Чжэнь, нынешний надзирающий чиновник.

 – Что ты собираешься с ним делать? – небрежно спросила Хэ Янь в то время.

Хэ Жу Фэй посмотрел на неё и странно улыбнулся. Он сказал:

 – То, что ты должна сделать сейчас, – это вышить своё свадебное платье, вместо того, чтобы беспокоиться об этих вещах. Хэ Янь, – он наклонился ближе, в тоне молодого человека звучала насмешка, которую она не могла понять: – Ты должна помнить, что теперь ты леди во втором доме семьи Хэ, женщина.

Хэ Янь не согласилась с этими словами в глубине души. Она не умела вышивать и не вышивала своё свадебное платье. Но она поняла смысл слов Хэ Жу Фэя о том, что тот предупреждал её больше не связываться с генералом Фэй Хуном.

Боялся ли он, что правда откроется? Хэ Янь усмехнулся в своём сердце. Было смешно, что она не поняла убийственного намерения в словах Хэ Жу Фэя.

Теперь, когда она внезапно видит этого друга своего двоюродного брата, как она должна получить нужные ей новости?

__________________________________________

1. Пословица относится к иронии в отношении чиновников, которые рекламировали неподкупность, на самом деле, они также давили на людей в больших масштабах.

Прежде чем Хэ Янь смогла ясно мыслить, Юань Бао Чжэнь уже вышел вперёд и первым поклонился Сяо Цзюэ:

 – Генерал, – затем он посмотрел на Хэ Янь: – А это господин Чэн, верно?

Хэ Янь уставилась на него и одарила мужчину улыбкой, как будто удивилась:

 – Господин Юань.

 – Я давно слышал, что молодой господин Чэн – молодой человек, великий в боевых искусствах, и обладает экстраординарными талантами. Теперь, когда я его увидел, всё было так, как и ожидалось, – Юань Бао Чжэнь улыбнулся и сказал: – Действительно, герои выходят из молодежи!

Хэ Янь просто не знала, что на это ответить.

Разве Чэн Ли Шу не знаменитый "мальчик на побегушках" в столице? К счастью, этот человек продолжал говорить, и она поняла, что для того, чтобы стать официальным лицом в Да Вэй, вероятно, первое, что нужно сделать, – это научиться этой способности "разговаривать с людьми и говорить глупости даже дьяволу".

У Хэ Янь не было выбора, кроме как сказать:

 – Спасибо, я польщён. Теперь я чувствую себя неловко.

Когда они вежливо обменялись приветствиями, Сунь Сянь Фу потёр руки и неловко сказал:

 – Ваше превосходительство, у меня есть к Вам просьба.

Сяо Цзюэ равнодушно спросил:

 – Что это?

 – Разве мой сын не столкнулся некоторое время назад с генералом и молодым господином? – Сунь Сянь Фу выглядел очень встревоженным. – Хотя офицер преподал ему урок, ребёнок испытал очень большую вину в своём сердце и хотел прийти и лично извиниться перед генералом и молодым господином. Эта официальная просьба, так как он знал, что был неправ, этот подчинённый пришёл с этим старым лицом, чтобы попросить генерала, чтобы у его нерадивого сына был шанс извиниться.

 – Никто не является мудрецом, который ничего не может сделать, – с улыбкой сказал Юань Бао Чжэнь. – Кроме того, этот вопрос – просто недоразумение. Это просто вопрос разрешения недоразумения. Генерал определённо не принял бы это близко к сердцу. Вы можете позвать молодого господина Суня и поговорить с генералом Сяо. Сейчас самое подходящее время, чтобы всё прояснить.

 – Действительно? – Сунь Сянь Фу взволнованно приказал юной служанке: – Поторопись и позови молодого господина!

Хэ Янь наблюдала, как они поют в унисон, и даже закончили петь пьесу, не потрудившись спросить мнения Сяо Цзюэ, она знала, что эти двое, должно быть, обсудили это заранее. Этот Юань Бао Чжэнь, казалось, был таким же, как Сунь Сянь Фу, и, кроме того, он был близок Хэ Жу Фэю. Каким человеком он может быть?

Затем Сунь Лин, который, казалось, ждал за дверью зала и, вскоре после того, как они закончили разговор, он последовал за служанкой внутрь. Как только он вошёл, парень опустился на колени перед Сяо Цзюэ с плюхающим звуком, и Хэ Янь чуть не прикусила язык.

Этот человек раньше выставлял напоказ свою силу, но теперь, всего за несколько дней, он был измождён, а всё его тело выглядело серьёзно больным, одет Сунь Лин был чрезвычайно просто, и вежливо поклонился Сяо Цзюэ, слабым голосом произнеся:

 – Раньше я был невежественным и поссорился с молодым господином Чэном. Теперь, когда я знаю, что был неправ, я надеюсь, что генерал и молодой мастер Чэн простят меня за то, что я был молод и легкомыслен.

Неужели в такой ситуации уместно говорить о молодых и легкомысленных? Глядя на него, казалось, что парень даже больше не выглядит молодым. Хэ Янь не верила, что этот человек действительно сможет никогда больше не совершать преступлений, сорвавшись уже через несколько дней. Она посмотрела на Сяо Цзюэ, который казался равнодушным, не говоря ни хорошего, ни плохого, и атмосфера на некоторое время застыла.

Ему ещё предстоит сыграть в этой пьесе. В любом случае, это всё пение. Если вы не присоединитесь к пению, не будет ли вам неловко на банкете? Она с улыбкой посмотрела на макушку волос Сун Лина и сказала:

 – О чём Вы говорите? В тот день просто произошло большое недоразумение. Молодому господину Суню не нужно принимать это всерьез. Просто в будущем Вам не следует снова ошибаться в людях. На этот раз Вы встретили меня и моего дядю. Если Вы встретите кого-то, кто ведёт себя излишне принципиально, даже если Вы извинитесь сто раз, результата не будет.

Когда он заговорил, Сунь Сянь Фу облегчённо вздохнул и поспешно отругал Сунь Лина:

 – Спасибо, молодой господин Чэн. Молодой мастер Чэн моложе тебя и всё же более перспективен, чем ты! – ему, вероятно, больше нечего было сказать, поэтому мужчина сухо бросил фразу: – Узнай больше у молодого мастера Чэна в будущем!

Сунь Лин поспешно сказала много хорошего Хэ Янь, и когда она услышала это, девушку чуть не вырвало рисом, который она ела всю ночь. Ей действительно не нравится слушать эти слова, всё это было фальшиво, может ли это действительно блефовать людей?

Сунь Лин вернулась в дом после того, как спел драму "Молодой господин округа просит прощения". По словам его отца, в последний раз, когда Сунь Лин возвращался домой, он страдал семейным заболеванием, серьёзно заболел и не мог встать с постели. Сегодня он пришёл к Сяо Цзюэ, чтобы признать себя виновным. Теперь, когда с мольбами покончено, он должен вернуться в постель и отдохнуть.

Хэ Янь улыбнулся и сказал:

 – Тогда, молодой господин Сунь, идите быстрее. Не причиняйте вреда своему телу.

Вероятно, это было потому, что Сунь Сянь Фу боялся повторения ещё одного несчастья на банкете. В конце концов, его сын был нарушителем спокойствия.

После того, как Сунь Лин ушёл, Сунь Сянь Фу сказал:

 – Генерал Сяо, господин Чэн, пожалуйста, присядьте. Когда наступит время, в особняке будут петь и танцевать, а потом мы устроим банкет, чтобы насладиться танцем вместе.

Хэ Янь села рядом с Сяо Цзюэ. Сунь Сянь Фу был единственным, кто продолжал говорить. Говорить было особо не о чем. Это было не что иное, как вопрос о том, привыкли ли Хэ Янь и Сяо Цзюе жить в городе Лянь Чжоу. Недавняя погода в городе Лянь Чжоу... и несколько бессмысленных приветствий.

Мысли Хэ Яня всегда были о Юань Бао Чжэне.

Юань Бао Чжэнь и Хэ Жу Фэй следует считать друзьями, верно? По крайней мере, она не раз видела, как Юань Бао Чжэнь входил и выходил из семьи Хэ. И отношение сына и отца, Хэ Юань Шэна, с ним не было похоже на простое случайное знакомство. Итак, знает ли Хэ Жу Фэй о нынешней поездке Юань Бао Чжэня в Лянь Чжоу? Он определённо должен был иметь об этом представление. Если они хорошие друзья, может быть, он сообщит Хэ Жу Фэю перед отъездом, тогда Юань Бао Чжэнь должен знать, какова недавняя ситуация в семье Хэ и планы Хэ Жу Фэя на ближайшие несколько дней.

Но как она может заставить Юань Бао Чжэня так много говорить ей "Чэн Ли Шу"?

Хэ Янь была в оцепенении и забыла спрятать взгляд. Юань Бао Чжэнь не был обычным человеком. После того, как свет погас, он заметил, что Хэ Янь пристально смотрит на него. Он ничего не сказал. Мужчина всё ещё с улыбкой слушал слова Сунь Сянь Фу и время от времени добавлял пару предложений, которые на первый взгляд казались совершенно обычными.

Через некоторое время стало совсем темно. Сунь Сянь Фу встал и улыбнулся:

 – Я вижу, что время почти вышло, давайте пойдём в зал на банкет.

Естественно, возражений не последовало. Сунь Сянь Фу шёл впереди, Хэ Янь и Сяо Цзюэ – сзади, Юань Бао Чжэнь был справа от неё. Хэ Янь подумала о Хэ Жу Фэй и не смогла удержаться, чтобы не взглянуть на Юань Бао Чжэня.

Хэ Янь продолжала о чём-то раздумывать. Внезапно Юань Бао Чжэнь повернул голову в сторону. Он был чиновником, и под его началом было много городов. В этот момент он не улыбался, и его глаза ярко сияли. Это было действительно страшно. Он поймал Хэ Янь с поличным.

Хэ Янь была потрясена, и тайна была раскрыта. Прежде чем она успела заговорить, девушка почувствовала, что кто-то осторожно потянул её за руку. В следующее мгновение перед ней возник человек.

Холодный голос Сяо Цзюэ донёсся до её ушей:

 – Хорошо следи за дорогой.

Она была удивлена, увидев, что Сяо Цзюэ возвышался над ней. В результате ужасающий взгляд Юань Бао Чжэня был полностью заблокирован им, и девушка вообще не могла его видеть. Сяо Цзюэ тоже посмотрел в другую сторону, скривив губы:

 – Почему мастер Юань продолжает пялиться на моего племянника?

Юань Бао Чжэнь на мгновение замер, затем рассмеялся и сказал:

 – Нет, генерал, вероятно, ошибается, – он обернулся и перестал смотреть на Хэ Яня, как будто то, что только что произошло, было просто тривиальной шуткой.

Сяо Цзюэ продолжал идти вперёд, Хэ Янь на мгновение опешила и последовала за ним. В её сердце было что-то странное. Хотя слова "мой племянник" относились к Чэн Ли Шу, молодой генерал защищал её. У неё уже давно не было такого чувства, когда кто-то оберегал её.

Возможно, никогда раньше.

К тому времени, как в зале был устроен банкет, повсюду были расставлены короткие и длинные места, и Хэ Янь села рядом с Сяо Цзюэ. Пустое место в середине зала, вероятно, предназначалось для певцов и танцоров. Хэ Янь на самом деле не совсем понимала, зачем на такой банкет приглашать красивых женщин петь и танцевать? Здравый смысл подсказывал, что истинные лорды не утруждают себя этим.

Но Сунь Сянь Фу всё-таки не был настоящим лордом.

Снова посмотрев на тарелки на столе, Хэ Янь просто лишилась дара речи. Здесь были и благоприятный дракон Шуан Фэй, и золотой рулет из бергамота, плавник акулы с анчоусами, сушёный морской огурец Ляньфу. Именно так это выглядит, когда официальная семья третьего класса организует банкет в своём особняке в столице. Похоже, что жизнь семьи Сунь очень благополучна.

Она повернула голову, чтобы снова посмотреть на Сяо Цзюэ. Девушка должна была сказать, что у Сяо Цзюэ всегда было холодное лицо, независимо от того, что вокруг происходило, но когда он пришёл на банкет, то просто лениво сидел, в Сяо Цзюэ было меньше безразличия, он выглядел немного праздным, как будто наслаждался проведением досуга. Хэ Янь вдруг вспомнила, что этот человек был настоящим молодым господином в столице, который сегодня ходил на вечеринку с коктейлями, а завтра – на банкет. Он был сыном, полным связей, так что нынешний Сяо Цзюэ на банкете внезапно показался тенью молодого господина семьи Сяо, когда тот был молод.

 – Что ты на меня смотришь? – губы молодого господина Сяо дёрнулись, его низкий голос донёсся до ушей Хэ Янь. – Будь осторожен, не раскрывай это дело.

Хэ Янь слегка кашлянул:

 – Я был шокирован поведением своего дяди и на некоторое время потерял рассудок.

Она привыкла льстить и просто открыла рот, как будто не могла с собой совладать, а Сяо Цзюэ не потрудился обратить на неё внимание. В этот момент заговорил Юань Бао Чжэнь. Он сказал:

 – Отношения между генералом Сяо и молодым господином Чэном очень хорошие.

 – Конечно, они хорошие, – равнодушно ответил Сяо Цзюэ.

Юань Бао Чжэнь просто искал разговора, и, конечно, его не волновало бы отношение Сяо Цзюэ. Он взял со стола кубок с вином и сказал с улыбкой:

 – Я никогда не мог понять. Лянь Чжоу – такое холодное место, в то время как генерал Сяо мог бы чувствовать себя намного лучше в Шоцзине, чем здесь. Зачем ему было приезжать в Лянь Чжоу?

Когда Хэ Янь услышала эти слова, её сердце дрогнуло, ведь девушке тоже был любопытен этот вопрос. Сяо Цзюэ теперь был командующим правой армии, и все южные солдаты были в его руках, так что не было необходимости приводить сюда новых рекрутов. Поначалу Хэ Янь думала, что его понизили в должности, но, глядя на его высокомерное появление перед Сунь Сянь Фу, это казалось не так.

Сяо Цзюэ посмотрел на Юаня Бао Чжэня, и вместо того, чтобы ответить на его вопрос, молодой человек улыбнулся и спросил:

 – Как вы думаете, императорский секретарь Юань? Почему я это сделал?

Почему этот человек снова отбросил мяч?

Юань Бао Чжэнь был также могущественным человеком. Так что улыбка на его лице совсем не изменилась. Он немедленно использовал свои способности, которые необходимы каждому как члену чиновнического аппарата, и, говоря глупости, мужчина сказал:

 – Я думаю, что генерал должен беспокоиться о трудностях в обучении новых новобранцев и о том, что другие генералы могут быть не в состоянии хорошо ими руководить. Генерал никогда не боялся трудностей, поэтому Вы взяли на себя инициативу добровольно приехать в Лянь Чжоу в гарнизон.

После довольно долгого времени, Сяо Цзюэ сказал:

 – Правда? – он небрежно спросил: – Господин Юань имеет в виду, что для этого генерала хорошо приехать в Лянь Чжоу?

 – Конечно.

Сяо Цзюэ посмотрел на него и безразлично улыбнулся:

 – Я не ожидал, что лорд Юань скажет это.

 – О? – Юань Бао Чжэнь спросил с улыбкой: – Что означают слова генерала Сяо?

 – Конец должен быть сложен, так как хвост слишком велик, чтобы упасть (1), – он многозначительно сказал: – Разве не поэтому господин Юань лично отправился в Лянь Чжоу?

Атмосфера немедленно сгустилась, и Сунь Сянь Фу не осмелился сказать ни слова, поджав хвост. Улыбка Юань Бао Чжэня почти не могла удержаться. Хэ Янь искоса посмотрела на Сяо Цзюэ и не могла не заорать на Сяо Цзюэ в своём сердце.

Обмен льстивыми замечаниями. В конце концов, всё это бессмысленно. Всё это ложь, и до конца банкета не произойдёт ничего полезного. Просто посмотрите, насколько силён этот второй сын Сяо, одно только предложение лишило собеседника дара речи.

Скрытая тайна этого банкета была выложена на стол так откровенно!

Юань Бао Чжэнь помолчал мгновение, прежде чем улыбнуться:

 – Генерал Сяо действительно хорошо шутит. Я приехал в Лянь Чжоу, но мне было приказано только осмотреть его.

Сяо Цзюэ уклонился от необходимости отвечать.

 – Интересно, насколько хорошо обучены новобранцы генеральского гарнизона? – Юань Бао Чжэнь снова спросил: – Есть ли какая-нибудь партия хороших солдат?

Сяо Цзюэ посмотрел на него со слабой улыбкой:

 – Это также одно из содержаний осмотра лорда Юаня?

Хотя Юань Бао Чжэнь слышал о славе Сяо Цзюэ в прошлом и встречался с ним лицом к лицу, но это был первый раз, когда он действительно сел и заговорил с молодым человеком. Следовательно, это был также первый раз, когда он по-настоящему испытал бунтарство этого молодого генерала-убийцы. Неудивительно, что убийство Чжао Но в то время не имело никаких последствий. Просто сидеть и разговаривать с этим молодым господином было утомительно как физически, так и морально.

__________________________________________

1. В старые времена это была метафора того, что власть подчинённых была настолько велика, что ими нельзя было командовать или направлять. Метафора состоит в том, что организация огромна, а командование неэффективно.

Впервые Юань Бао Чжэнь не смог сдержать улыбку, которую обычно сохранял на лице, и сказал только:

 – Это просто одна из моих собственных забот.

 – Я боюсь, что лорд Юань беспокоится, вероятно, не только о новобранцах из Лянь Чжоу, – медленно сказал Сяо Цзюэ. – Почему бы Вам также не проявить интерес к южным солдатам и батальону девяти знамён?

Юань Бао Чжэнь не мог ответить на этот вопрос.

Сунь Сянь Фу посмотрел налево и направо. Оба они были персонажами, которых он не мог себе позволить провоцировать, но мужчина также не мог позволить, чтобы банкет был наполнен такими убийственными намерениями, поэтому он в панике произнёс:

 – Я говорю, что два лорда, должно быть, устали, так почему бы вам не остановиться и не насладиться песнями и танцами? Вы не хотите сначала что-нибудь поесть? Это вино из последнего урожая. Попробуйте, – затем он сказал служанке рядом с ним: – Позови Ин Юэ, чтобы она пришла сюда.

Вскоре после этого в зал вошли несколько красивых девушек. Лидером была горничная, которая только что приветствовала Хэ Янь и Сяо Цзюэ. За это непродолжительное время она снова переоделась. Красное платье было расшито гроздьями сливовых цветов, рукава были длинными, и макияж был обновлён. Раньше она была просто красивой женщиной, но теперь Ин Юэ выглядела великолепно и, как и раньше, с любовью смотрела на Сяо Цзюэ.

С таким количеством людей, сидящих здесь вместе, Хэ Янь не могла ничего сказать, Юань Бао Чжэнь тоже был официальным лицом, но эта девушка только смотрела на Сяо Цзюэ. Что происходит? Эта цель слишком ясна, верно? Хэ Янь продолжала раздумывать. Когда она повернулась, чтобы взглянуть на Сяо Цзюэ, то увидела, что глаза этого человека были холодны, как лёд, и он совсем не двигался.

Хэ Янь чувствовала, что взгляд, которым он смотрел на Фэй Ню, был намного мягче, чем когда он смотрел на девушку. Может ли Сяо Цзюэ иметь какие-либо проблемы, такие как ненависть к женщинам?

Она думала об этом так. Ин Юэ уже взяла других служанок и приветствовала их, сказав:

 – Позвольте служанкам показать свои скудные таланты.

Какая-то девушка играла на чжэне "Тоскуя друг по другу". Протяжная мелодия и потрясающая девушка образовали прекрасную картину. Хэ Янь была девушкой, Сяо Цзюэ совсем не интересовался пением и танцами, Юань Бао Чжэнь только потерпел поражение в словестной баталии с Сяо Цзюэ, поэтому его мысли уже улетели в другое место, и, вероятно, только сам Сунь Сянь Фу был наиболее удовлетворён выступлением.

Сам Сунь Сянь Фу, вероятно, любил эту танцовщицу, но эта девушка Ин Юэ также могла судить о людях по внешности. Длинные рукава отлетели в сторону Сяо Цзюэ. Её гламурный взгляд мог очаровать людей до глубины души, но каждый взмах был обращён ко второму сыну семьи Сяо.

Хэ Янь было скучно, поэтому она начала считать. Ин Юэ взглянула пять раз на Сунь Сянь Фу, три раза на Юань Бао Чжэнь, семнадцать раз на Сяо Цзюэ, и ни разу на неё.

Она всё ещё была на дне. Почему все смотрят на неё свысока?

Если кто-то идёт на банкет, с одной стороны, это чтобы насладиться торжеством, но это также может нанести такой удар по уверенности людей в себе. Хэ Янь сказала в своём сердце, что её нельзя винить. Кто сказал ей сегодня надеть такую неправильную одежду? Этот цвет был слишком тёмным.

Она протянула палочки для еды и взяла закуску. Это был семейный банкет Сунь Сянь Фу. Так что у Сунь Сянь Фу, скорее всего, не хватило бы смелости отравить еду. Хэ Янь попробовала кусочек, и это было довольно вкусно.

После песни на лбу Ин Юэ выступил яркий пот. Красавица вспотела и выглядела ещё более очаровательно. Её щёки вспыхнули, когда девушка раскланялась перед всеми присутствующими.

 – Хорошо, хорошо, хорошо! – Сунь Сянь Фу был единственным, кто серьёзно наблюдал за танцем, хлопал в ладоши и говорил: – Замечательно, замечательно! Что вы все думаете?

Сяо Цзюэ, естественно, не ответил ему, Юань Бао Чжэнь просто улыбнулся, и Хэ Янь сказала:

 – Действительно трудно отвести взгляд от такой красоты, небесное представление было прекрасным!

 – Молодой господин тоже находит это хорошим? – Сунь Сянь Фу выглядел взволнованным, как будто знал, что так и будет, и сказал: – Как насчёт того, чтобы отдать Ин Юэ господину Чэну?

Как это может сработать? Хэ Янь напряглась и махнула рукой:

 – Нет, нет, у меня уже есть невеста. Боюсь, это неуместно.

 – Ах, – Сунь Сянь Фу сразу же пожалел об этом и сказал: – Очень жаль.

Теперь, когда на банкете присутствуют официальные лица, он всё ещё был в настроении дарить другим своих красоток? Он болен? Хэ Янь чувствовала себя совершенно поражённой и снова услышала, как Сунь Сянь Фу улыбнулся:

 – Ин Юэ, тогда иди и служи генералу Сяо.

Хэ Янь снова потеряла дар речи.

Она начала подозревать, что павильон Ваньхуа открыл этот господин Сунь, иначе почему тон его речи был так похож на речь сутенёра. Даже если бы это была та старая мадам, она должна была бы обратить на это внимание. Разве он не может сказать, что каждый дюйм тела Сяо Цзюэ буквально кричит об отказе?

Некоторые люди слепы, но их сердца чисты, как зеркало. Некоторые люди могут видеть, но на самом деле они слепы.

К счастью, эта девушка Ин Юэ знала, как измерить себя. Она не сделала ничего глупого, например, прикоснулась к его рукам, она просто стояла рядом с Сяо Цзюэ и подавала ему блюда.

Рядом с Хэ Янь также стояла служанка, которая подавала ей еду. Девушка подняла голову и увидела Юань Бао Чжэня, сидящего с противоположной стороны от неё. Позади него готовила еду не служанка, а человек, похожий на охранника.

Странно, он из тех, кто ненавидит женщин?

Хэ Янь посмотрела на охранника позади него, так как ей было скучно. Достаточно было одного взгляда, чтобы её показалось, что всё тело замёрзло, намертво застыв на месте.

Охранник был не очень высоким, даже среди охранников его можно было счесть худым и низкорослым, а черты лица были посредственными. Прячась за спиной Юань Бао Чжэня, он находился почти в темноте, людям было трудно заметить такого человека. Он не сказал ни слова. Хэ Янь не осознавала его присутствия с тех пор, как увидела Юань Бао Чжэня. Но в этот момент в неё буквально ударила молния.

В одно мгновение все банкетные блюда на столе исчезли, и пейзаж был похож на экскурсию, быстро возвращающуюся в тот день. Она сидела в особняке семьи Сюй, и её личная горничная подала миску с лекарственным супом, который, по её словам, был специально сварен на кухне, чтобы пополнить её организм силами, в надежде, что она скоро сможет забеременеть и помочь семье Сюй.

Вид был прекрасный, и светило солнце. Она сидела за столом и, выглянув в окно, увидела проходившего мимо маленького слугу. Горничная улыбнулась и объяснила, что лекарственные средства, использованные сегодня для приготовления супа, были принесены этим маленьким слугой.

Это был маленький слуга Хэ Жу Фэя, член семьи Хэ.

Хэ Янь тогда только что вышла замуж. Хотя она иногда разочаровывалась в Сюй Чжи Хэне, она никогда не принимала это близко к сердцу, так как у неё всё ещё был след теплоты к семье Хэ в душе. Девушка не ожидала, что лекарство, которое, как она думала, поддержит её организм, нанесёт вред её глазам.

Это был последний раз, когда она видела солнечный свет в своей прошлой жизни. На второй день её лихорадка не прошла, а затем Хэ Янь ослепла.

Это был всего лишь короткий взгляд, но она живо помнила лицо этого человека в своём сердце. Даже если бы он переоделся стражником и последовал за Юань Бао Чжэнем, Хэ Янь могла увидеть это с первого взгляда.

 – Давайте выпьем вместе, – улыбнулся Сунь Сянь Фу, произнося тост.

Хрустальный ликёр налили в белую нефритовую чашу. Она увидела мужчину рядом с собой, который подносил чашку к губам. В одно мгновение всё прошлое предстало перед глазами Хэ Янь. Она была чрезвычайно напугана. Девушка только чувствовала, что предыдущая сцена вот-вот повторится. Она была шокирована и рассержена. Хэ Янь взмахнула своей ладонью в сторону руки Сяо Цзюэ, которая сжимала чашу с вином.

 – Не пей!