Онлайн чтение книги Возрождение звёздного генерала Rebirth of a Star General
Глава 101. Красные иссохшие кости

Атмосфера в комнате мгновенно превратилась в лёд.

Предполагалось, что это будет яркая и душераздирающая картина, но для тех, кто присутствовал, не было никакой двусмысленности – только смущение и опасность быть раскрытым.

Хэ Янь быстро восстановила своё самообладание. При взгляде на него, "страх и нервозность", которые принадлежали молодому Чэн Ли Шу, исчезли, когда девушка, показав, как обычно, улыбку, и сказала:

 – Вы можете называть меня как хотите, пока генерал доволен.

 – Дочь командующего городскими воротами Хэ Суя действительно пришла, чтобы вступить в армию, – он с улыбкой посмотрел в глаза Хэ Янь: – Юная леди Хэ очень смелая.

Этот человек… Мысли Хэ Янь пришли в движение. Поскольку он даже знал имя Хэ Суя, Сяо Цзюэ явно вёл тайное расследование, и причина тут вовсе не в том, что она разоблачила себя в особняке Сунь. Учитывая, что потребуется больше месяца, чтобы получить сообщение от Шоцзина сюда, это показывает, что Сяо Цзюэ подозревал её с самого начала. Интересно, почему?

Мальчик улыбнулся и сказал:

 – Я не ожидала, что генерал обратит на меня так много внимания. Мне действительно стыдно.

На лице Хэ Янь не было и следа паники, хотя в нём и было некоторое удивление, оно исчезло в мгновение ока. Даже сейчас её одежда была разорвана, чтобы выдать её личность. Если бы она была обычной женщиной, Хэ Янь, вероятно, было бы слишком стыдно, чтобы смущаться. Этот человек хорош, с беззаботной внешностью, более мужественная, чем мужчина. Возможно, именно поэтому, даже пробыв в Лянь Чжоу Вэй так долго, не появилось ни одного человека, который бы знал, что она женщина.

Когда Сяо Цзюэ получил секретное письмо от Шоцзина, он не мог в это поверить. У командира городских ворот действительно был ребёнок по имени Хэ Янь, но это была дочь, а не сын. У него также есть маленький сын по имени Хэ Юнь Шэн. Шесть месяцев назад его дочь по имени Хэ Янь была убита ворами в лодке на реке Чунлай. Она утонула в реке, и тело ещё не было найдено. Если посчитать время, то это был день, когда Хэ Янь вступил в армию.

Но когда женщина выходит, чтобы вступить в армию, она может продержаться только день или два, не будучи обнаруженной, в то время как Хэ Янь оставалась в безопасности более полугода. Либо люди вокруг неё были слепы, либо её маскировка была слишком совершенной. Сяо Цзюэ не был слепым человеком. Думая о том моменте, когда он поладил с Хэ Янь, молодой генерал понял, что этот человек действительно хорошо умел скрываться.

Эта женщина родилась с худым телом, хрупкой и слабой, но люди всё равно не ассоциировали её с женщиной. Как может обычная женщина быть такой беспечной, не говоря уже о том, что её мастерство – одно из лучших в Лянь Чжоу Вэй?

 – Зачем ты приехала в Лянь Чжоу?

Хэ Янь быстро подумала и ответила:

 – Я совершила преступление в Шоцзине, и я умру, если они поймают меня. У меня не было другого выбора, кроме как пойти в армию.

 – Что это?

Этот человек всё ещё не верил ей. Очевидно, он уже всё выяснил. Хэ Янь вздохнула:

 – Был сын из большой семьи, который жаждал моей красоты и взял меня на яхту. Он хотел взять меня в жёны. Но по чистой случайности в это время пришёл убийца и отнял у него жизнь. Я осталась одна на лодке, и у меня не было никаких свидетелей. Ситуация была неоднозначной, так как люди могут подумать, что убийца и я были в сговоре. В отчаянии у меня не было другого выбора, кроме как вступить в армию.

Это была полуправда, но Хэ Янь сказала это искренне. Сяо Цзюэ игриво посмотрел на нее:

 – Жаждал твоей красоты?

Хэ Янь хмуро молчала.

Что это значит, он смотрит на неё сверху вниз? Хэ Янь посмотрел в зеркало, у юной леди Хэ совершенно очаровательное лицо.

 – В конце концов, не у всех такое же высокое видение, как у генерала, – сказала она с улыбкой.

Сяо Цзюэ кивнул:

 – Так вот как это бывает.

Слова Хэ Янь были полуправдой. Зная, что Сяо Цзюэ трудно обмануть, она никогда не думала, что тот поверит ей так легко.

 – Почему ты вышла поздно ночью? – его взгляд скользнул по Хэ Янь, её кровавый запах было трудно скрыть. Матрас на кровати тоже был выкрашен в светло-красный цвет.

Этот человек знал, что она всё ещё ранена. Но даже в этом случае у него не было никакой жалости. Он всё ещё задавал вопросы, которые нужно было задать, и даже рука, держащая её за шею, не была убрана. В глазах Сяо Цзюэ, вероятно, не было никакой разницы между мужчинами и женщинами.

 – Я убила охранника Юань Бао Чжэня, – сказала девушка.

Спустя долгое время Сяо Цзюэ поднял брови:

 – Почему?

 – В последние несколько дней, когда генерала не было в доме, Юань Бао Чжэнь всегда приходил навестить меня. Я всегда чувствовала, что он подозревает меня. Позже я подслушала их разговор, – продолжила Хэ Янь после паузы. – Похоже, они подчиняются приказу человека по имени Сюй Сян, и этот приказ состоит в том, чтобы лишить Вас жизни. Они также были ответственны за произошедшее на банкете.

 – Ты сказал, Сюй Сян? – Сяо Цзюэ поднял глаза, чтобы посмотреть на неё, и в его весенних глазах появились странные эмоции.

Хэ Янь пожала плечами:

 – Да, Вы можете подумать о том, не обидели ли Вы кого-то по имени Сюй Сян. Сегодня ночью я проснулась от холода, а Вас не было рядом после того, как я проснулась. Окно было открыто. Когда я встала закрыть окно, то обнаружила, что кто-то пробегает мимо. После этого человек намеренно повёл меня в заброшенный двор особняка семьи Сунь. Этот человек был охранником Юань Бао Чжэня. Он хотел использовать меня, чтобы удержать Вас, возможно, в качестве заложницы, – покачала головой Хэ Янь. – Но я не настоящий Чэн Ли Шу. Даже если меня поймают, генерал не придёт за мной. Что бы я сделала, если бы должна была умереть? Я не могу попасть в его руки, даже подумав об этом. Я упорно боролась с ним и, наконец, убила его, – Хэ Янь жестом показал ему, чтобы Сяо Цзюэ посмотрел на неё: – Вот как это выглядит сейчас.

Хотя она сказала это так небрежно, в конце концов, Хэ Янь была ранена. Её лицо выглядело не очень хорошо, и силы начали иссякать.

 – Чтобы иметь возможность убить охранника Юань Бао Чжэня и при этом остаться в живых, ты очень способная.

 – Я тоже так думаю, – неохотно сказала Хэ Янь с улыбкой. – Генерал, теперь я имею право вступить в батальон девяти знамён, верно?

Она действительно не скрывала своего желания вступить в батальон девяти знамён.

 – Как ты думаешь, сможешь ли ты вступить в батальон девяти знамён? – риторически спросил Сяо Цзюэ.

 – Конечно, я позаботилась о серьёзной проблеме для Вас. Генерал, Вы должны хотя бы вознаградить меня.

Сяо Цзюэ не рассердился, а вместо этого рассмеялся, отпустил руку, которая сжимала Хэ Янь, посмотрел на неё сверху вниз и с очевидной насмешкой в голосе произнёс:

 – Отправить тебя завтра обратно в Шоцзин – моя награда для тебя.

 – Нет! – Хэ Янь выпрямилась, и такое движение повлияло на рану, и она сразу же издала болезненное шипение, сказав: – Я не могу вернуться в Шоцзин! Если я вернусь в Шоцзин, семья Фань меня не отпустит. Генерал, у Вас хватит духу отпустить хорошего человека в тюрьму?

 – Да.

Хэ Янь в отчаянии сказала:

 – … Вы не можете этого сделать!

 – Ты не имеешь права обсуждать со мной условия.

После того, как Хэ Янь так много сказала, у неё уже закружилась голова. Раны на её теле также не были обработаны, поэтому она едва слышно пробормотала:

 – Вы пожалеете об этом.

 – Почему я должен сожалеть об этом?

 – Поскольку Вы должны отправить меня обратно в Шоцзин, мне не нужно скрывать свою личность. Все будут знать, что в Лянь Чжоу Вэй прибыла женщина, и будут размышлять о том, что происходит, – Хэ Янь слегка улыбнулась. – Поэтому я могу только сказать им, что у меня необычные отношения с генералом.

Сяо Цзюэ услышал эти слова и небрежно спросил:

 – Какие ещё "необычные отношения"?

 – Необычные – это означает необычные… как будто я знаю, что на талии губернатора есть красная родинка.

Как только эти слова прозвучали, в комнате внезапно воцарилась тишина, если не считать раскатов грома за окном и непрерывного осеннего дождя, капавшего на каменную землю.

Сяо Цзюэ медленно повернул голову, чтобы посмотреть на неё, его глаза потемнели.

Подросток выглядел как негодяй, с улыбкой в уголках рта и бледным лицом, когда она сказала:

 – Когда Вы принимали ванну перед тем, как… У меня, у меня было довольно хорошее зрение. Я увидела это с первого взгляда. Я виню нашего генерала в том, что он был настолько очарователен, что даже красная родинка на Вашей талии была идеальна по форме, что делало это незабываемым.

Существует ли такая женщина на свете? Сяо Цзюэ чувствовал себя совершенно недоумевающим, но когда Хэ Янь закончила говорить, она, казалось, была не в состоянии поддерживать себя, её голова наклонилась, и девушка потеряла сознание.

Сяо Цзюэ молча уставился на это.

За дверью раздался голос Фэй Ню:

 – Господин.

Сяо Цзюэ сказал:

 – Войди, – он поднял одеяло и бросил его на Хэ Янь, накрывая её.

Фэй Ню вошёл, не посмотрев на Хэ Яня, только сказал:

 – Тело охранника, постоянно остающегося рядом с Юань Бао Чжэнем, было найдено во дворе особняка семьи Сунь, и он умер от собственного дротика из сливы.

Сяо Цзюэ сказал:

 – Понятно, – похоже, Хэ Янь не солгала по этому поводу.

Крови в комнате было слишком много, чтобы её можно было игнорировать, Фэй Ню на мгновение заколебался, прежде чем спросить:

 – Господин, он серьёзно ранен?

Фэй Ню тоже был удивлён, когда узнал, что Хэ Янь – женщина. Кроме своей фигуры и внешнего вида, Хэ Янь действительно ничем не походила на женщину с головы до ног. Однако именно такая женщина убила личного охранника Юань Бао Чжэня. Охранник был чрезвычайно силён и очень искусен в использовании яда.

 – Травма не из лёгких.

 – Как господин планирует поступить с ней сейчас? – спросил Фэй Ню.

Сяо Цзюэ сделал паузу и сказал:

 – Иди и найди женщину-целительницу.

Фэй Ню был слегка удивлён, что Сяо Цзюэ хотел спасти Хэ Яня.

 – Господин определил, что она не принадлежит Сюй Сяну?

 – Не похоже на это, – сказал Сяо Цзюэ. – Сюй Цзин Фу презирает женщин и не позволит женщинам участвовать в важных делах. В секретном письме, отправленном из Шоцзина, семья Хэ и Сюй Цзин Фу не поддерживали никаких контактов. Однако, – он задумался. – Лучше быть осторожными.

Фэй Ню кивнул:

 – Я пойду поищу целителя.

После того, как Фэй Ню ушёл, Сяо Цзюэ повернулся боком и посмотрел на Хэ Янь, лежащую на кровати.

Просто потому, что она не была связана с Сюй Цзин Фу, это не означало, что этот человек не вызывал сомнений. Шестнадцатилетняя девочка, родившаяся в доме командира городских ворот. Несмотря на то, что она с детства занималась боевыми искусствами, она не могла быть настолько выдающейся, чтобы никто в страже Лянь Чжоу не смог победить её. Как у обычных людей может быть такое стремление находиться в казармах. Нужно знать, что даже мужчина не может вынести этих трудностей, но она не жаловалась. Было бы неправдоподобно идти в армию только из-за Фань Чэна.

Кроме того, она также твёрдо намерена вступить в батальон девяти знамён.

Дождь продолжал идти, и лицо девушки было бледным. Когда она повернулась, стали видны её шрамы, особенно колотая рана на спине, которая была чрезвычайно глубокой и длинной, но она никогда не кричала от боли от начала до конца и даже упала в обморок из-за истощения физических сил. Уголки её губ тоже были приподняты, как у мальчишки-разбойника.

На свете есть такая женщина. Устрашающая и ненавистная, хитрая и бесстыдная.

Сяо Цзюэ закрыл окно, повернулся и вышел.

* * *

Когда Хэ Янь проснулась, небо уже было ярким.

Она спала на той же кровати, на которой обычно спала, но её одежда была изменена. Хэ Янь села и подсознательно сняла с себя рубашку, но увидел белую ткань, обёрнутую вокруг её талии, и рану от драки с Дин И прошлой ночью, которая была перевязана.

Она тщательно припомнила произошедшее прошлой ночью и вспомнила, что произошло прошлой ночью. Девушка вспомнила, что была вынуждена выступить против Сяо Цзюэ, угрожая другой стороне красной родинкой на его талии. Сяо Цзюэ был очень зол, а потом она не знала, что случилось. Она могла упасть в обморок. Но прямо сейчас… она коснулась своей головы, её волосы всё ещё были собраны в пучок, и она была одета в мужскую одежду. Тот факт, что она была женщиной, не был раскрыт другим.

Сохранял ли Сяо Цзюэ её секрет до поры до времени?

Хэ Янь вздохнула с облегчением и посмотрела по сторонам, там не было и тени Фэй Ню или Сяо Цзюэ.

Разве эти два человека не должны знать, что она женщина, но они всё равно оставили её в особняке семьи Сунь?

Хэ Янь хотела встать с постели, но когда девушка пошевелилась, из её рук выкатился флакон с длинным горлышком. Хэ Янь открыла пробку. Внутри было несколько чёрных таблеток. Рядом с кроватью лежит записка, в которой говорилось:

Почерк был чётким и сильным, очень красивым, и Хэ Янь сразу узнал в нём почерк Сяо Цзюэ. Когда она была в зале Сянь Чан, Сяо Цзюэ был первоклассным во всём, и даже статьи, которые он написал, должны были висеть у входа в академию, чтобы люди могли их прочитать. Этот почерк произвёл глубокое впечатление на Хэ Янь, и она тайно сделала несколько копий и хотела подражать ему. Но поскольку она не могла писать с чувством Сяо Цзюэ, девушка сдалась.

Второй молодой мастер Сяо оставил записку с просьбой принять лекарство. Поэтому он должен быть относительно спокоен, и пока ничего не должно произойти.

Хэ Янь погрузилась в длительные раздумия. Внезапно вспомнив что-то, она оглядела себя с ног до головы. Если бы они хотели, чтобы её женская личность не была раскрыта, они бы определённо не использовали подчинённых особняка семьи Сунь. Тогда кто же сменил для неё эту одежду? Кто её перевязал? Сяо Цзюэ, конечно, не сделал бы этого, тогда это был Фэй Ню?

Хотя она много лет служила в армии, её не так волновал контакт с кожей, как обычную девушку, но Хэ Янь всё ещё чувствовала себя неловко, думая об этом.

Как будто кто-то воспользовался ею.

Просто сейчас было бесполезно об этом думать, и они сделали это с добрыми намерениями. Она встала с кровати, надела туфли, открыла дверь, чтобы выйти и посмотреть.

Как только она вышла из дома, Хэ Янь сразу почувствовала, что что-то не так.

Из-за убийц на банкете семьи Сунь слуги особняка не могли приблизиться ко двору, где жили Хэ Янь и другие. Глядя на это издалека, казалось, что весь особняк семь Сунь опустел.

Даже если Сяо Цзюэ хотел оставить её в покое, что случилось с тем, что весь особняк опустел? Может быть, что-то случилось? Хэ Янь была смущена, подумав об этом, она решила выйти на улицу. Когда она прошла мимо дома, где жила, обогнула сад и вышла в главный двор, она увидела множество солдат в красных доспехах, окружающих главный зал. Служанки и слуги сидели рядами на корточках, а Сунь Сян Фу и его сын были окружены ими. Юань Бао Чжэнь стоял в стороне, лицом к Сяо Цзюэ.

Она просто заснула, и что здесь произошло? Хэ Янь задумалась и встретилась взглядом с Сяо Цзюэ. Его глаза были холодными, необъяснимо напоминая девушке о том, что произошло прошлой ночью. Какое-то время девушка была смущена и не могла найти объяснения всем произошедшему. Подумав об этом, она приняла решение и позвала счастливым тоном, который принадлежит Чэн Ли Шу:

 – Дядя!

Напряжённую атмосферу внезапно прервал крик Хэ Янь "дядя". Все посмотрели на неё.

Глаза Юань Бао Чжэня вспыхнули:

 – Господин Чэн, Вы можете видеть?

Хэ Янь вдруг вспомнила, что она не завязала полоски ткани, но это уже не имело значения. Дин И был мёртв, и Сяо Цзюэ разоблачил её как женщину. Казалось, что Сяо Цзюэ наконец нашёл человека, который планировал его убийство. В этот момент пришло время свести счёты. Была ли она маленьким человеком, слепой или обычной, это не пошатнуло бы общую ситуацию.

Хэ Янь почесала затылок и ошеломлённо ответила:

 – Правда? Похоже, так оно и есть. Я действительно могу видеть. У меня действительно есть благословения небес.

Эта ложь была слишком поверхностной, но, естественно, никто не посмел бы расспрашивать её прямо сейчас.

Юань Бао Чжэнь что-то смутно осознал и спросил:

 – Господин Чэн видел моего охранника?

 – Вовсе нет, – сказала Хэ Янь. – Возможно ли, что охранник лорда Юаня отсутствует?

Девушка улыбнулась, что затруднило изучение её мыслей, и Юань Бао Чжэнь почувствовал неловкость в своём сердце. После того, как Дин И ушёл вчера вечером, он не возвращался до сегодняшнего утра. Должно быть, что-то случилось. У него уже был спор с Дин И раньше. Дин И хотел похитить Чэн Ли Шу, чтобы шантажировать Сяо Цзюэ, но Юань Бао Чжэнь почувствовал, что сейчас неподходящее время. Они не пришли к согласию, но Дин И действительно послушен только Хэ Жу Фэю, и Юань Бао Чжэнь ничего не мог с этим поделать. Если бы тот сбежал прошлой ночью, это было бы из-за Чэн Ли Шу.

Теперь, когда Чэн Ли Шу стоял здесь с хорошей грацией, даже его глаза не изменились, но Дин И исчез. Сердце Юань Бао Чжэня упало, и он почувствовал, что что-то не так. Тот факт, что Сяо Цзюэ попросил людей окружить особняк семьи Сунь рано утром, был ещё более тревожным.

Действия этого человека были очень разумными, и их можно было предположить.

Хэ Янь не услышала ответа Юань Бао Чжэня и подошла, чтобы встать рядом с Сяо Цзюэ. Сначала она ещё раз поприветствовала Сяо Цзюэ и улыбнулась, а затем прошептала Фэй Ню, стоявшему рядом с ней:

 – Брат Фэй Ню, ещё раз, в чём заключается эта ситуация?

Фэй Ню посмотрел на улыбающееся лицо Хэ Янь и был более высокого мнения о самообладании и спокойствии этой девушки. После такого большого события прошлой ночью было очевидно, что её личность раскрыта, но она могла продолжать играть в пьесе, как будто ничего не произошло, что было восхитительно.

Фэй Ню ещё не ответил, когда Сунь Сян Фу в стороне начал говорить. Его лицо было ужасно уродливым, но он всё равно неохотно улыбнулся:

 – Генерал, что Вы хотите этим сказать? Есть ли в нашем особняке Сунь нечто, что вызывало неоправданные домыслы и раздражения генерала?

Сунь Лин стоял рядом с Сунь Сян Фу, пристально глядя на Сяо Цзюэ, его взгляд не мог скрыть ненависти, но он не сказал ни слова, яростно взирая на молодого генерала.

 – Да, – сказал Юань Бао Чжэнь, поглаживая бороду. – Генерал, откуда взялись эти солдаты? Его Величество теперь строго запрещает частное размещение солдат. Если Вы действительно недовольны Сунь Чжи Сяном, вам не следует вымещать свой гнев таким образом.

Хэ Янь приподняла брови, когда Юань Бао Чжэнь осудил Сяо Цзюэ двумя обвинениями на одном дыхании – частной армией и актом публичной мести – какой мощный рот.

Сяо Цзюэ скривил губы, когда услышал это, и сказал:

 – Господин Юань слишком сильно беспокоится, это солдаты, которых я позаимствовал в округе Сялин. Этот командир не может вынести преступления, связанного с частным размещением солдат и лошадей. В то время как я задаюсь вопросом, сможет ли лорд Юань вынести преступление клеветы на чиновников императорского двора?

Солдаты из округа Сялин? Юань Бао Чжэнь напрягся. Как это могло быть возможно? Главный солдат в красном сжал кулаки и сказал:

 – Магистрат округа Сялин приказал мне прибыть сюда и помочь генералу Лянь Чжоу в расследовании убийства членов семьи этого чиновника.

Убийство члена семьи этого чиновника? Когда Сунь Сян Фу услышал это, он подсознательно воскликнул о несправедливости и только крикнул:

 – С этим подчинённым поступили несправедливо! Убийцы в особняке действительно не имеют ко мне никакого отношения! Я не знаю, что случилось. Вы… Вы не можете без разбора причинять зло людям! И глаза маленького сына теперь могут видеть. Вы… Вы не можете ловить людей без разбора только потому, что злитесь! Я обижен чиновником, обижен чиновником!

Он кричал трагично и душераздирающе, но Сяо Цзюэ просто сказал:

 – Кто сказал, что семья чиновника относится к Чэн Ли Шу?

Разве это не Чэн Ли Шу? Все, включая Хэ Янь, были ошеломлены.

В этот момент из-за дверей особняка раздался чистый женский голос:

 – Это касается меня!

Но увидев двух людей за пределами двора, один из них был охранником Сяо Цзюэ Чи У, а другой-молодой девушкой в тёплом платье. У неё на голове была пара сдвоенных булочек, яркие глаза и белые зубы, стройная и грациозная Сун Тао Тао.

Сун Тао Тао шла к Сяо Цзюэ под защитой Чи У и проклинала Сунь Сян Фу и Сунь Лина:

 – Я первая дочь заместителя главы Министерства внутренних дел. Вы смеете похищать людей на улицах. Если бы я не встретила второго молодого господина Сяо на дороге, и молодой господин Чэн не спас меня, я не знаю, что бы стало со мной. Людей в павильоне Ваньхуа забрали подчинённые молодого господина Сяо, и есть всевозможные свидетели и доказательства. Я хочу посмотреть, как Вы будете отрицать это на этот раз. Ждите моего ответа. Когда я доберусь до Шоцзина, я расскажу об этом своему отцу, а вы все ждите, когда вам отрубят головы!

Маленькая девочка выглядела милой, но говорила очень внушительно. Она испытывала сильную ненависть к Сунь Лину. Если бы не Сунь Лин, её бы не оставили в павильоне Ваньхуа. Другими словами, если бы Хэ Янь случайно не спас её той ночью, маленькая девочка была бы уничтожена Сунь Лином к этому времени.

Лица Сунь Сян Фу и его сына были бледны и одновременно темны, как грязь.

Убийство члена семьи чиновника, если бы речь шла о Сяо Цзюе и Чэн Ли Шу, они всё ещё могли бы немного повозиться. В конце концов, все убийцы были мертвы, и не было никаких доказательств того, что это было связано с ними. Но кто знал, что Сяо Цзюэ сошёл с рельсов и нашёл такую маленькую девочку. Кто бы мог подумать, что девушка, похищенная Сунь Лином, на самом деле дочь столичного чиновника?

Но разве за эти годы Сунь Лин не совершила больше, чем это одно злое дело? Среди девушек, которых взяли в плен в особняк семьи Сунь, были выходцы со всего мира, а также дочери из многодетных семей или официальных семей. Но оказавшись в Лянь Чжоу, это было как игла в море, и выхода не было. Сунь Сян Фу и его сын скрывали небо на протяжении стольких лет. Была ли это дочь из бедной семьи или дочь из богатой семьи, когда все они оказывались здесь, это не имело никакого значения.

Хэ Янь уставилась в спину Сяо Цзюэ и не могла не аплодировать ему в своём сердце.

Второй сын Сяо, который всегда исчезал в эти последние несколько дней, оказался замешанным в этом деле. В то время она думала, что Сун Тао Тао забрали для её защиты, но теперь, похоже, это не так. В конце концов, если Сяо Цзюэ возьмёт с собой Сун Тао Тао и останется в особняке семьи Сунь, даже если Сунь Лин узнает её, он не посмеет ничего сделать. Он отослал Сун Тао Тао, чтобы Сунь Сян Фу и его сын не сомневались придумать новый трюк. Нет, до сих пор появление Сун Тао Тао стало самой важной соломинкой для осуждения Сунь Сян Фу.

 – Это... это всё недоразумение. Генерал, послушайте меня... – Сунь Сян Фу пнул Сунь Лина ногой. Сунь Лина пинком поставили на колени. Сунь Сян Фу выругался: – Никчёмный сын, ты заварил такую кашу. И что теперь? Умоляй генерала сам!

– Сунь Чжи Цянь, ты преклонил колени не перед тем человеком, – небрежно сказал Сяо Цзюэ. – Я не начальник Юань, – он посмотрел на Юань Бао Чжэня и медленно сказал: – Господин Юань уже много дней находится в Лянь Чжоу, и у него даже нет здесь иска. Ясно, что если станет известно, что Вы замешаны в преступлении, связанном с невыполнением долга, то, боюсь, Ваш господин не сможет Вас спасти.

Юань Бао Чжэнь был так зол, что его чуть не стошнило кровью. Он посмотрел на Сяо Цзюэ, губы генерала улыбались, его взгляд был спокойным, и злоба, заключённая в нём, была подавляющей.

Он пришёл не за Юань Бао Чжэнем, он пришёл за Сунь Сян Фу. Но на самом деле это было ещё хуже, потому что его господин, Сюй Цзин Фу, не хотел бы нынешней ситуации. Это то, что подразумевается под кражей цыплят и потерей риса? Какой смысл во всём этом, если миска с рисом была опустошена?

Дин И пропал, он был один. Как он собирался справиться с агрессивным Сяо Цзюэ?

Сун Тао Тао свирепо посмотрела на семью Сунь, Хэ Янь на мгновение задумалась, просто слова Сун Тао Тао могут доказать преступление Сунь Лина, но не Сунь Сян Фу. Сунь Сян Фу не совсем мёртв, если кто-то защитит его.

Оставит ли выстрел Сяо Цзюэ людям небольшую свободу действий? Хэ Янь так не думала.

 – Генерал, Вы должны выслушать наши объяснения. Подчинённые действительно обижены! – Сунь Сян Фу плакал и выл вместе с Сунь Лином.

Поскольку этот вопрос касался и его, Юань Бао Чжэнь с трудом сказал:

 – Генерал, возможно, действительно существует какое-то недоразумение.

Сяо Цзюэ долго смотрел на него со слабой улыбкой, кивнул и сказал:

 – Идёмте во двор.

Пойти во двор? Что он собирается делать во дворе?

Когда Сунь Сян Фу и его сын услышали эти слова, их цвет лица внезапно изменился, и они чуть не упали в обморок.

Солдаты в красных доспехах сопроводили Сунь Сян Фу и его сына во внутренний двор вместе с остальными. Прошлой ночью прошёл дождь, и пыль на земле двора была смыта дождём. Это была тихая и уединённая картина, но она была переполнена отчаянием и страданием.

Хэ Янь покосилась на соседнюю комнату, дверь была плотно закрыта, и она почувствовала озноб, когда подумала о статуях Будды на столе, которые видела прошлой ночью.

Но почему Сяо Цзюэ привёл их сюда?

Юань Бао Чжэнь был озадачен:

 – Генерал хочет...

 – Копните на три фута в землю, покажи лорду Юаню, что в земле, – хотя он улыбался, молодой человек выглядел равнодушным, и его тон был очень спокойным, когда он инструктировал солдат: – Копайте.

Солдаты получили приказ, отыскали садовые инструменты повсюду в особняке семьи Сунь и стали рыть землю.

Увидев эту сцену, Сунь Сян Фу и его сын, казалось, больше не могли держаться. У них двоих ослабли ноги, они безвольно рухнули на землю, а их лица были пепельного цвета.

Сун Тао Тао тихо спросил Хэ Янь:

 – Что находится под землёй?

Со статуями Будды в доме, амулетами, прикреплёнными к двери, и чрезмерно пышными сорняками, растущими в пустынном дворе, Хэ Янь выглядела серьёзной и, вероятно, догадывалась об этом. Она ничего не сказала, так как действительно не знала, как это сказать.

Через некоторое время кто-то сказал:

 – Генерал, здесь что-то есть!

Это был труп женщины, завёрнутый в летнюю циновку. Она была очень маленькой, даже не такой большой, как Сун Тао Тао. Одежда, в которую она была одета, сгнила, обнажив ее слабые белые кости, и никто не знал, насколько красивой, милой или жалкой она выглядела в прошлом.

 – Продолжайте, – сказал Сяо Цзюэ.

Вскоре после этого кто-то сказал:

 – Здесь труп!

Это был также труп женщины с длинными волосами. Она, вероятно, умерла не так давно, можно было смутно разглядеть её брови и её очаровательное лицо, по крайней мере, можно было представить, каким оно было при жизни.

Третий, четвертый, пятый…

После этого никто не произнёс ни слова, только эхом отдавался звук копания. В воздухе повисла мёртвая тишина. Трудно было представить, что в подземелье этого двора может находиться так много трупов. Двор был заполнен мертвецами, покрытыми белой тканью, и их даже некуда было положить, поэтому их пришлось сложить вместе.

В пустынном боковом дворике было захоронено бесчисленное множество красных и иссохших костей. Там могли быть нежные и застенчивые продавщицы цветов, а также другие женщины с разными стилями и происхождениями. Здесь, неважно, богатые или бедные, высокие или низкие, всё перепачкалось и свалилось вот так, образовав неузнаваемую гору трупов.

Это были девушки, которых захватила Сунь Лин, а затем запугал и убил. Они пережили катастрофы в течение своей жизни, и даже после их смерти им не дали возможности упокоиться с миром. Под угрызениями совести нечестивых было сложено бесчисленное множество статуй Будды, чтобы подавить и проклясть их.

Невероятно яркий свет колыхался вечно, но для жизней этих девушек больше не было света.

Хэ Янь сделал глубокий вдох.

Грехи, совершённые Сунь Сян Фу и его сыном, не покрыли небо и землю. Если Бог разгневается и оставит их, даже смерть будет небольшим наказанием за такие гнусные преступления.