Если бы это был другой человек, они бы не знали, как использовать люминофор. Но Фэн Цзинь был совершенно иным. В юности он видел выступления некоторых артистов интермедии и из любопытства попросил их объяснить свои действия. Там молодой Фэн Цзинь узнал, что трепещущий «призрачный огонь», который казался несколько пугающим в темноте, на самом деле был работой люминофора.

– Ваше Величество, есть один евнух из Департамента Дворца, чьи предки были артистами второсортных представлений. Это объясняет то, что произошло прошлой ночью. Так что получается, что странный свет включал люминофор на теле той дворцовой служанки. Заметив отсутствие любопытства на лице Императора, Гао Дэчжун понял, что Император уже знает причину. – Этот раб служил во дворце много лет, но не знал, что люминофор имеет такое применение. Этот раб действительно невежествен и неопытен.

– Дело не только в тебе. Этот Чжэнь узнал об этом использовании люминофора всего лишь случайно, – настроение Фэн Цзиня было сравнительно лучше. – Это нормально, что ты не знал об этом. Можно было бы опасаться, что многие люди во дворце не знают об этом использовании люминофора.

– Ваше Величество эрудированы и разносторонне одарены. Этот раб не дотягивает даже до малой толики знаний Вашего Почтенного «Я», – озадаченный Гао Дэчжун сказал: – Эти люди явно знали, что это был единственный путь во дворец Сихэ, по которому могло пройти Ваше Величество, но всё же приготовили такое странное зрелище. Кто знает, о чём они думают?

– Возможно, это именно потому, что это был наш единственный путь во дворец Сихэ, кто-то и сделал такой шаг, – равнодушно сказал Фэн Цзинь. – Поскольку личность этой дворцовой служанки и причина странного синего света были обнаружены, этот Чжэнь попросит Императрицу провести расследование. То, что происходит во дворце, действительно приносит несчастье.

– Да, этот раб сейчас отправится во дворец Цзинъян и передаст устный указ Вашего Величества, – Гао Дэчжун заметил недовольство Императора. Поэтому он больше ничего не сказал и поспешил ретироваться.

✿✿✿

Что же касается Императрицы, то в последнее время ей тоже не везло. Плохие вещи происходили в гареме одна за другой, но она не могла до конца понять их причины. В эти дни Император отверг клан Чжао. Можно было бы опасаться, что в будущем её положение станет ещё более трудным.

Ранее Император прислал ей устный указ держать это дело в секрете. Теперь он послал ей устный приказ расследовать это дело. И это стало причиной её несчастья. Так много всего случилось с этой Сяньжун Чжао, причём практически каждый день. Она была всего лишь Императрицей, но напоминала министра юстиции в том, как много ей приходилось расследовать. Однако Император также хотел защитить репутацию Сяньжун Чжао. Даже если бы Императрица захотела использовать это дело для чего-то, она беспокоилась о том, что сделает Император, если Императрица решит воплотить планы в жизнь.

– Ваше Величество, что же делать? – Хэ Юй нахмурилась. – Вопрос о выкидыше у Сяньжун Чжао только несколько дней назад угомонился. Почему случилось что-то ещё – должна ли эта рабыня пригласить её Высочество Гуй Фэй Сянь, чтобы вы могли обсудить это вместе?

– Ты действительно думаешь, что Цзян Инсюэ будет всем сердцем помогать мне? – с губ Императрицы сорвался мрачный смех. – В настоящее время она является Гуй Фэй и воспитывает старшего принца. Имея только эту Бэнь Гун выше себя по рангу, как она может не иметь других намерений?

– Её Высочество Гуй Фэй Сянь и Ваше Величество всегда были в хороших отношениях. Вероятно, до этого не дойдёт… – с сомнением произнесла Хэ Юй.

– В этом Императорском гареме нет такой вещи, как большая сестринская привязанность, – Императрица изменила выражение лица. Когда всё успокоилось, она позвала евнухов и дворцовых служанок, которые были её доверенными помощниками, и начала отдавать им приказы.

I-фри_ В павильоне Чжусю Чжао Лаоянь смотрел на трепещущие снаружи снежинки. Затем она посмотрела на людей, сидящих рядом с ней, и хватка девушки на переносной жаровне усилилась.

На самом деле, ей вовсе не хотелось сопровождать Чжаожун Сюй в том восторге, который она испытывала, готовя и пробуя чай среди снега. Она также не хотела говорить с незнакомыми людьми, такими как Фэй Нин и Гуй Фэй Сянь, о жизни женщин. В настоящее время Чжуан Лаоянь просто хотела вернуться в свой дворец, завернуться в одеяла и жить праздной жизнью.

Разве не лучше всего в снежный день лежать в тёплой постели, завернувшись в одеяло и наслаждаясь теплом? Почему она должна сидеть в павильоне без стен, защищающих от ветра? Даже если бы там был горячий чай, лёгкие закуски и угольные печи, ей всё равно было бы трудно вынести всё это.

Почему её дешёвые ножки выбрали именно эту дорогу? Кто тебе сказал, что у тебя должны быть эти дешёвые ноги?! Кто тебе сказал наткнуться на этих Императорских наложниц?!

– Наслаждение чаем здесь придаёт ему особое ощущение, – Гуй Фэй Сянь взяла свою чашку и сделала глоток. – В течение многих дней эта Бэнь Гун не могла как следует рассмотреть дворцовый пейзаж.

– Поскольку Ваше Высочество Гуй Фэй Сянь и Ваше Высочество Фэй Нин помогают управлять гаремом, Ваши почтенные особы, естественно, очень заняты, – сказала Чжаожун Сюй. – Эта Пиньце ничего не знает об этих вещах. Однако после некоторого раздумья эта Пиньце чувствует, что эти обязанности несравненны по своей хлопотливости.

– По-настоящему занята только Императрица. Мы просто помогаем ей, и у нас есть только номинальные должности, – Гуй Фэй Сянь поставила чашку на стол. – Так вот, в Императорском гареме произошло много событий. Можно было бы опасаться, что её величество Императрица не сможет отдохнуть некоторое время.

Чжуан Лаоянь посмотрела на трёх женщин. Она не знала, что скрывается за словами Гуй Фэй Сянь. Гуй Фэй Сянь была частью фракции Императрицы. Все в Императорском гареме знали об этом, но поскольку она постоянно говорила, что помогает Императрице только номинально, другие находили её слова несколько фальшивыми.

Фэй Нин кивнула:

– Гуй Фэй Сянь права.

С тех пор как у Чжуан Лаоянь случился выкидыш, власть Императрицы была разделена. Поскольку Чжаожун Сюй намеренно упомянула об этом сейчас, помимо намерения выслужиться перед Гуй Фэй Сянь и Фэй Нин, она также намеревалась поставить Чжуан Лаоянь в неловкое положение.

Чжуан Лаоянь не была дурой. Однако она не знала, почему Чжаожун Сюй ненавидит её. Может быть, сама Чжуан Лаоянь была слишком заурядной личностью, что противоречило её свежим и меланхоличным манерам?

– Сяньжун Чжао молчит, потому что тебя что-то беспокоит? – Гуй Фэй Сянь была очень любезна с Чжуан Лаоянь. Независимо от причины, она, по крайней мере, никогда не смущала Чжуан Лаоянь.