Императрица прибыла во дворец Сихэ как раз вовремя, чтобы увидеть довольно знакомую дворцовую служанку, несущую таз с кровавой водой.

– Эта Нуби отдаёт дань уважения Вашему Величеству Императрице, – сказала Тинчжу, остановившись и присев в реверансе, как только увидела новую гостью. Затем она отодвинула чашу подальше от Императрицы, чтобы медный запах крови не доносился до величественной особы.

– е надо быть такой вежливой. Как сейчас чувствует себя твоя хозяйка? – Императрице и в голову не приходило, что такое может случиться. Не имело значения, есть ли место Чжуан Лаоянь в сердце Императора или нет. Тот факт, что это произошло, указывал на то, что она пренебрегла своим долгом. 　　

– Докладывая Вашему Величеству Императрице, Её Высочество все еще без сознания. Императорские врачи сказали, что, к счастью, ранение не лишило её жизни. Однако госпожа потеряла много крови, и они не могут выписать лекарство, которое слишком сильно. Её остаётся только медленно восстанавливаться, – сказала Тинчжу, покраснев. – Умоляю Ваше Величество Императрицу непременно раскрыть личность преступника.　

Гнев и беспокойство наполнили лицо Императрицы.

– Эта Бэнь Гун определенно будет добиваться справедливости для Сянжун Чжао. Не переживай, – увидев, что Тинчжу уходит, Императрица посерьёзнела. Поскольку в воде было так много крови, это означало, что преступник действительно хотел убить Чжуан Лаоянь. Возможно, потому, что Чжуан Лаоянь что-то почувствовала, она избежала нападения, а впоследствии и смерти.

Императрица напомнила, что в сомнительных ситуациях, происходящих в последнее время, замешана Чжуан Лаоянь. Кроме того, очевидно, что кто-то хотел подставить её, причём настолько, что многие люди были замешаны в этом деле. Это действительно затрудняло выяснение того, кто стоит за всем этим. Кто же тогда питал такую глубокую неприязнь к Чжуан Лаоянь?

– Ваше Величество Император, Императрица прибыла.

Лицо Фэн Цзиня потемнело.

– Впусти её. Кроме того, вызови сюда двух Гуй Фэй и Фэй Нин.

Как только Императрица вошла в спальню, она почувствовала запах травяных лекарств. К нему примешивался медный запах крови. После того, как она отдала дань уважения Императору, женщина осторожно бросила взгляд на Чжуан Лаоянь, лежащую в постели. Её брови невольно дёрнулись. У Чжуан Лаоянь изначально была светлая кожа. Но из-за того, что девушка потеряла так много крови, её лицо было мертвенно бледным, как лист бумаги. Как будто она умрёт, если не сможет набрать достаточно воздуха в лёгкие с одного вдоха.

– Ваше Величество, почему Сянжун Чжао так выглядит? – Императрица втянула в себя глоток холодного воздуха, её глаза расширились от недоверия.

– Если ты не знаешь, то откуда может знать этот Чжэнь? – Фэн Цзинь отодвинул свою чашку в сторону. Его гнев был очевиден. – Ты сказала, чтобы я снял табличку с именем Сяньжун Чжао, чтобы дать ей отдохнуть и прийти в себя. В последнее время этот Чжэнь был заняты придворными делами и редко посещали гарем. Кто бы мог подумать, что всё так обернётся? Где находятся наделы Сяньжун Чжао? Где её слуги? Или, может быть, у Сяньжун должно быть только два человека, обслуживающих её, и даже чай, который она пьёт, – это старый чай с прошлого года?!

– Ваше Величество, эта Чэньце действительно не знала, что слуги в Департаменте Дворца подчиняются только внешне, – сказала Императрица, нахмурив брови. – Недавно эта Чэньце забеспокоилась о здоровье Сяньжун Чжао после выкидыша и поэтому одарила её многими вещами. Кто бы мог подумать, что она дойдёт до такого состояния?

– Прибыла Гуй Фэй Шу. Прибыла Гуй Фэй Сянь. Прибыла Фэй Нин.

– Ваше Величество, есть определённое количество слуг, организованных для обслуживания Сяньжун. Эта Чэньце также не заставляла никого выводить слуг из дворца Сихэ. Таким образом, эта Чэньце находится в неведении относительно этого вопроса.

В тот момент, когда три супруги вошли в спальню, они услышали Императрицу в середине этих слов. Кроме того, они увидели Сяньжун Чжао, лежащую на кровати, и неизвестно, была ли она жива или мертва. В мгновение ока они почувствовали, что что-то не так. Кто мог предвидеть такую сцену, прибыв во дворец Сихэ?

После того как все трое засвидетельствовали своё почтение Императору, они не осмелились открыть рот, не подумав хорошенько. Они только наблюдали, как Императорский лекарь отбрасывал в сторону кусок за куском окровавленной ткани. В голову Чжуан Лаоянь были воткнуты серебряные иголки, очевидно, чтобы остановить кровотечение.

– Ваше Величество, кровотечение Сяньжун Чжао остановилось. Примерно через два часа Её Высочество проснётся, – главный лекарь осторожно сделал несколько шагов вперёд. – Рана Её Высочества очень серьёзна. Более того, повреждение внутреннее. Поэтому она не должна волноваться в ближайшее время. Иначе это может убить её.

– Этот Чжэнь понимает. Вам, людям, нужно только тщательно относиться к Сяньжун Чжао. Если вам чего-то не хватает, естественно, найдутся люди, которые обеспечат вас всем необходимым. Если что-то случится с Сянжун Чжао… – Фэн Цзинь посмотрел на него холодным взглядом. Хотя он не закончил фразу, собеседник уже понял, что имеет в виду господин.

После этого Император повернулся к Императрице и трём супругам.

– Императрица управляет Императорским гаремом, а вы трое помогаете ей. И всё же такое могло произойти в гареме. Если гарем находится в таком состоянии, откуда у этого Чжэня могут остаться ещё сила и энергия, чтобы заниматься придворными и правительственными делами?

Такие слова уже звучали довольно обличительно. Если бы в гареме царил беспорядок, Император был бы не в настроении иметь дело с придворными. И это было доказательством некомпетентности Императрицы. Если Император хотел свергнуть Императрицу, достаточно было только этих слов.

Императрица пошатнулась, в глубине души ей пришла в голову слабая догадка. Можно было бы опасаться, что в этом случае кто-то хотел убить двух зайцев одним выстрелом. И не только в этот раз, но и тогда, когда у Чжуан Лаоянь случился выкидыш. Жертвами в обоих случаях стали не только Чжуан Лаоянь, но и сама Императрица.

Затем Императрица перевела Читай на взгляд на троицу. Прежде чем они прибыли, она попросила у Императора прощения. Хотя Императрице не нравился Чжуан Лаоянь, это не означало, что ей нравились другие люди, использующие Чжуан Лаоянь в своих кознях против неё.

– Ваше Величество, эта Чэньце обязательно тщательно изучит это дело.

Император кивнул.

– Этот Чжэнь знает, что тебе нелегко управлять Императорским гаремом, – сказал он чуть более мягким тоном. – Просто хорошенько расследуй это дело. Не вини себя слишком сильно.

Гуй Фэй Шу посмотрела на Императора и Императрицу. В конце концов, её взгляд упал на человека, лежащего в постели.