Когда Лев осени постепенно сбавлял свою мощь (1), Гуй Фэй Шу вернулась в свой отцовский дом в процессии, достойной Гуй Фэй. По ночам роскошная процессия буквально заставляла краснеть от зависти глаза других императорских наложниц. Под императорским балдахином паланкин из восьми сокровищ с выгравированными на нём фениксами привлекал бог знает сколько зависти и восхищения окружающих, покидая дворец извилистой тропой.

Чжуан Лоянь прислонилась к окну, прислушиваясь к волнению за стенами своего дворца. Она не смогла сдержать улыбку. Откинув назад челку, девушка высунула голову в окно.

 – Сегодня луна очень круглая и яркая.

Юньси зажгла свечи в комнате одну за другой. Как только она протянула руку за спину Чжуан Лоянь, девушка осторожно сказала:

 – Госпожа, уже осень. Ночь очень холодная. Эта Нуби принесёт Вам верхнюю одежду.

 – Как я могу быть такой хрупкой? – Чжуан Лоянь снова откинула голову назад и улыбнулась. – Редко бывает, чтобы погода была такой прохладной и освежающей. И всё же вы, девочки, продолжаете добавлять больше одежды для меня.

Заметив, что выражение лица её хозяйки было нормальным, как будто та не тосковала по своей собственной семье, Юньси больше не чувствовала себя обеспокоенной.

Когда она увидела мерцающие фонари, висящие в коридоре, раскачивающиеся от лёгкого ветерка, Чжуан Лоянь, казалось, вздохнула с восхищением.

 – В прошлом я никогда не рассматривала Луну на небе внимательно. Теперь, когда я смотрю на неё со спокойным сердцем, я могу понять, почему поэты любят использовать Луну для выражения любви.

 – Эта Нуби не имеет большого образования и смутно помнит, что хозяйка очень любит это стихотворение. Когда люди на берегу реки впервые увидели луну? Когда Луна у реки впервые осветила людей? Жизнь... Жизнь...

 – Поколения человеческой жизни бесконечны. Луна у реки из года в год повторяет одно и то же явление, – Чжуан Лоянь улыбнулась, когда она произнесла последние две строчки. Слегка покачав головой, она сказала: – Лунный свет действительно прекрасен. Я люблю это стихотворение, потому что мне нравятся эмоции, взгляды и чувства поэта по отношению к жизни. Он не использует Луну, чтобы выразить свою любовь, – она повернулась и отошла от окна. Чжуан Лоянь сказал несколько неодобрительно: – Эта луна так легко меняется. Использование её для представления любви омрачает эти чувства.

 – То, что возлюбленная наложница говорит, правда. Этот Чжэнь тоже думает, что Луна прекрасна, но как жаль, что она слишком сильно меняется. Она действительно не может представлять любовь.

 – Эта Нуби приветствует Ваше Величество, – Юньси совершенно не ожидала, что Император внезапно появится в это время. Охваченная паникой, она опустилась на колени и произнесла приветствие. Служанке было интересно, не сказали ли они с госпожой чего-нибудь такого, что нарушило бы какое-нибудь табу.

 – Эта Пиньце приветствует Ваше Величество, – на лице Чжуан Лоянь был намёк на удивление и радость. Какое-то мгновение она никак не реагировала, чтобы провести полную церемонию приветствия. Только услышав голос служанки, девушка присела в реверансе.

 – Возлюбленная наложница не должна быть такой церемонной. Этот Чжэнь тебя внезапно напугал, – Фэн Цзинь подошёл к Чжуан Лоянь и взял её за руку, накрыв ту своей ладонью. – Этот Чжэнь обидел возлюбленную наложницу. У возлюбленной наложницы тоже есть какой-то научный талант.

Чжуан Лоянь застенчиво опустила голову.

 – Ваше Величество опять дразнит эту Пиньце. Я просто прочитала одно стихотворение, – если бы не тот факт, что в этом теле сохранились некоторые воспоминания предыдущего владельца, она не смогла бы прочитать даже это стихотворение. После многих лет учёбы в современной школе, когда её бросили в императорский гарем, Чжуан Лоянь мало чем отличалась от неграмотных людей.

Как только мужчина оказывался вместе с женщиной, которая ему нравилась, если бы они действительно провели всю ночь, обсуждая стихи поэтов, этот человек был бы либо человеком, который только знал, как учиться, либо Лю Сяхуэй (2). И Фэн Цзинь не подпадал ни под одну из этих двух категорий. По этой причине, обсудив звёзды и Луну, поговорив о стихотворных строках, они всё равно должны были перейти к правильному делу.

Лунный свет постепенно проникал в окно. Весь дворец Сихэ был погружён в тишину. Гао Дэчжун продолжал наблюдать за происходящим снаружи, спокойно глядя, как Лунный свет, проникавший в комнату, становился всё ярче и ярче. До тех пор, пока не наступил период чжи (3), когда евнух бросился к нему без единого звука.

 – Генеральный управляющий Гао, Гуй Фэй Шу вернулась из поездки к своей семье. Она сказала, что хочет поблагодарить Его Величество. Как Вы думаете, что нам делать?..

Гао Дэчжун бросил взгляд на внутреннюю комнату.

 – Гуй Фэй Шу, должно быть, устала от визита к своим родителям. Его Величество беспокоится за её здоровье и освободил её сегодня от поклонов в знак благодарности. Завтра, когда Гуй Фэй Шу отдохнет в течение всей ночи, ещё не поздно будет раскланяться в знак благодарности.

 – Этот раб всё понимает, – евнух поклонился и отступил, не смея даже громко дышать.

Гао Дэчжун переложил венчик из хвоща в другую руку. Затем он снова посмотрел на внутреннюю комнату позади себя, чтобы определить, поднялся ли там какой-нибудь шум. Он слегка зевнул и подозвал двух евнухов, чтобы те внимательно следили за господами, а сам повернулся и направился к своему собственному жилищу, чтобы отдохнуть. То, что он должен был сделать, уже было сделано, так что теперь Гао Дэчжун должен был немного поспать. В противном случае было бы не очень хорошо, допусти он ошибку во время своей службы.

____________________________________________

1. Лев осени постепенно сбавлял свою мощь – по мере того, как осень становится всё холоднее.

2. Лю Сяхуэй – реальный человек в истории. Настоящее имя было Чжан Хо. Губернатор округа Люся в округе Лу. Он был человеком выдающейся добродетели и, как говорят, однажды держал на коленях даму, не подвергая её ни малейшему посягательству со своей стороны.

3. Период Чжи – с одиннадцати вечера до часа ночи.