Императрица взглянула на Императора. Заметив, что он ничего не говорит, женщина произнесла сам:

– Приведите сюда Муюэ из дворца Шужун Е, – после этого Императрица увидела, что выражение лица Сяоцзюй изменилось. И она пришла к неутешительному выводу.

Чжуан Лаоянь, с лицом, покрытым косметикой таким образом, чтобы выглядеть больной, смотрела это шоу. Она никак не ожидала, что отношения между сёстрами семьи Е не будут такими гармоничными, как представлялось ранее. Она не верила, что Жунхуа Е на самом деле настолько глупа, что пришла к осознанию происходящего у неё на глазах, только после того, как сказала то, что следовало и чего не следовало говорить.

Однако, почему Жунхуа Е сделала это со своей собственной сестрой? Какую выгоду она получит от этого?

Не прошло и тридцати минут, как Муюэ сопроводили в боковой зал. Увидев коленопреклонённую Сяоцзюй и свою бледную хозяйку, она опустилась на колени, не меняя выражения лица.

– Рабыня, почему ты не спрашиваешь, почему Сяоцзюй стоит на коленях? Почему Его Величество и эта Бэнь Гун вызвали тебя? – Императрица бросила холодный взгляд на Шужун Е. – Шужун Е, это Дворцовая служанка, которая лично прислуживает тебе. Так почему бы тебе не попросить её говорить честно? – Императрица и представить себе не могла, что это дело имеет отношение к Шужун Е. За последние несколько лет Шужун Е никогда не пользовалась особой благосклонностью. Хотя она и занимала высокий пост Шужун, в гареме у девушки не было особой репутации. Даже когда несколько месяцев назад у неё случился выкидыш, она не произвела большого шума в гареме. Так как же она была вовлечена в это?

Губы Шужун Е дрогнули. Но она не произнесла ни слова. В конце концов, наложница только взглянула на Жунхуа Е.

Муюэ поклонилась:

– Ваше Величество Император, Ваше Величество Императрица, эта Нуби сознаётся в преступлении. Это произошло потому, что эта Нуби питала ненависть к Чунъи Чжао и попросила Сяоцзюй, которая была из того же родного города, помочь ей. Это не имеет никакого отношения к моей госпоже.

– Почему ты так ненавидишь Чунъи Чжао, чтобы так жестоко поступить с ней? – пристально глядя на неё, расспрашивала Императрица.

Брови Чжуан Лаоянь дёрнулись. Может быть, Императрица пытается раскопать что-то из её грязной истории? Её взгляд упал на Муюэ. Служанка не произвела на неё особого впечатления. Давай не будем говорить об этой дворцовой служанке. У неё даже не сложилось особого впечатления о Шужун Е. Независимо от того, как Чжуан Лаоянь думала об этом, она не могла понять, почему та старается строить козни Читай на Айфри дом су против неё.

– Несколько месяцев назад из-за того, что эта Нуби случайно столкнулась с Чунъи Чжао, Чунъи Чжао наказала меня несколькими шлепками в течение одного часа и заставила стоять на коленях в течение шести часов. В этот день родственники дворцовых слуг могли навещать слуг у дворцовых ворот. Этот день наступает каждые два года. Но из-за того, что Чунъи Чжао легко было разозлить, эта Нуби не могла увидеть своих родственников. Как могла эта Нуби не ненавидеть её? – Муюэ с ненавистью посмотрел на Чжуан Лаоянь. – Только потому, что личность этой Нуби скромна, эта Нуби может быть растоптана кем угодно?

– Во дворце свои правила. Слуги, которые натыкаются на хозяев, должны быть наказаны! Даже если Чунъи Чжао назначила более суровое наказание, чем обычно, ты не должна причинять вреда Императорским принцам! – сказала Императрица, и ярость сочилась из каждого слова. – Может быть, ты не боишься, что Его Величество и эта Бэнь Гун убьют твою семью и ещё семьи восьми людей, связанных с тобой?

– Эта Нуби и мать полагаются только друг на друга, а мать уже умерла несколько дней назад. Эта Нуби одинока и ничего не боится, – внезапно Муюэ поклонилась в сторону Шужун Е. Императрица почувствовала, что что-то не так. Но прежде чем она смогла остановить Муюэ, то увидела чёрную кровь, текущую из её ноздрей и ушей. Потом её тело обмякло, и девушка рухнула на землю.

Шужун Е вздрогнула, прежде чем без сил упасть на своё место. Лицо наложницы было совершенно безжизненное.

В мгновение ока в комнате воцарилась оглушительная тишина. Все до единой Императорские наложницы опустили головы, слишком напуганные, чтобы взглянуть на то место, где когда-то стояла на коленях Муюэ.

– Достаточно. Раз всё так, значит, так оно и есть, – Фэн Цзинь поднялся на ноги. – Шужун Е некомпетентна в управлении своими подчинёнными и будет лишена своего ранга Шужун. Она будет понижена до Гуй Жэнь седьмого ранга и переведена в боковой зал павильона Цзинцю. Чунъи Чжао совершила достойный подвига акт зачатия, но выкидыш произошёл из-за того, что злодей причинил ей вред. Она будет повышена с младшего третьего ранга Чунъи до настоящего третьего ранга Сюи.

Как только эти слова слетели с его губ, Фэн Цзинь снова повернулся к Императрице:

– В настоящее время в гареме есть много дел, которые нужно решить. Этот Чжэнь беспокоится о здоровье Императрицы и о том, будет ли она хорошо отдыхать. Таким образом, Гуй Фэй Шу, Фэй Нин и Фэй Сянь помогут ей присматривать за гаремом, – затем он даже не взглянул на выражение лица Императрицы и сказал: – Уже поздно. Теперь этот Чжэнь должен заняться государственными делами.

– Почтительно провожаю Ваше Величество.

Проводив Императора, Императрица всё же смогла сохранить достойный внешний вид. Тем не менее её лицо носило след темноты.

– Эта Бэнь Гун устала. Вы все свободны.

Императорские наложницы тактично удалились. Императрица была в плохом настроении, так что они не будут настолько глупы, чтобы обидеть её в это время.

Поскольку она отдавала дань уважения перед уходом, Чжуан Лаоянь, казалось, поймала вспышку двусмысленной улыбки Жунхуа Е, направленной на Шужун Е. Однако, когда она подошла поближе, то увидела только смущённое и встревоженное лицо Жунхуа Е.

Чжуан Лаоянь отвела взгляд. В Императорском гареме действительно не было никого, кто не знал бы, как себя вести.

Хотя на этот раз Император не возложил всю вину на Шужун Е, уже было очевидно, что он думает, исходя из её понижении до Гуй Жэнь седьмого ранга из Шужун второго ранга.

Понижение Шужун Е не дало Жунхуа Е никаких преимуществ. Так почему же она сделала то, что сделала?