Онлайн чтение книги Метод обольщения бойцовской собаки The courtship of a fighting dog
1 - 11

Глава 11

Спорткар въехал под зеленую сетку. Му Гёль припарковался в размеченной зоне с первого раза. Едва он вышел из машины, к нему подбежал Джи Хун, словно только этого и ждал.

— Вы приехали?

— Где он.

— В подземном зале для скрин-гольфа. Сказал, что не сдвинется с места, пока директор не приедет.

Шаги Му Гёля ускорились.

— Объясняй.

— Во время урока был физический контакт. Клиентка выразила недовольство.

— .......

— Тренер Ян утверждает, что просто хотел поправить позу из добрых побуждений. Говорит, возникло недопонимание.

— Какое, к черту, недопонимание.

Он знал, что за человек Ын Се Гён.

— Блять.

Му Гёль пошел еще быстрее. Джи Хун, шедший рядом, начал отставать. Му Гёль первым зашел в лифт и почти одновременно нажал кнопку подземного этажа и закрытия дверей. Джи Хун, запыхавшись, махнул рукой и крикнул вслед:

— Только умерьте пыл! Спокойно! Спокойно...!

Двери лифта закрылись, отрезав слова Джи Хуна.

***

Подвал. Атмосфера в зале для скрин-гольфа была напряженной. Выйдя из лифта, Му Гёль сразу нашел взглядом Се Гён. Но первым его окликнул тренер Ян.

— Директор!

Подбежав к нему, тренер Ян начал шепотом объяснять ситуацию. Но это бормотание не доходило до ушей Му Гёля. Его взгляд был прикован к Се Гён.

— Что случилось.

На этот вопрос тренер Ян начал оправдываться:

— Мне правда так обидно. Я всего лишь хотел поправить ей стойку.

— А ты заткнись.

Му Гёль, не отводя взгляда от Се Гён, повторил:

— Я спрашиваю, что случилось.

Се Гён, ничуть не удивившись появлению Му Гёля, заговорила:

— Тебе не доложили?

— Блять. Мне плевать на доклады. Скажи только о своей позиции. И о том, что ты чувствуешь.

— Неприятно и грязно.

Услышав это выражение отвращения, высказанное столь элегантным тоном, Му Гёль искоса глянул на тренера Яна. Тренер, поймав этот острый взгляд, быстро смекнул, к чему всё идет.

— ...Возникло небольшое недопонимание.

— Недопонимание?

Переводя взгляд с Му Гёля на Се Гён, тренер Ян замахал руками.

— Клянусь, никакого домогательства или сексуального подтекста не было.

Се Гён слушала оправдания тренера Яна с равнодушным лицом. Его тон, выражение лица, жесты — всё разительно отличалось от того момента, когда они были вдвоем. Казалось, с появлением Му Гёля вся его необоснованная уверенность испарилась, и он осознал свое положение. Тренер поджал хвост и сменил тактику. От наглости он перешел к изображению жертвы.

— Мне правда так обидно, директор.

— Если одна сторона почувствовала дискомфорт, это считается домогательством. В наши дни это знают все.

Это сказала Се Гён. Здесь не могло быть речи об обиде, контакт был очевидным, и это было домогательство.

— Я правда из лучших побуждений...

— Мне не нужны ваши побуждения. А физического контакта я тем более не желала.

Как только Му Гёль выругался сквозь зубы, тренер Ян бухнулся на колени.

— ...Простите!

Се Гён было смешно смотреть, как он теперь изображает невинную жертву. Его отношение, так сильно изменившееся при Му Гёле, вызывало отвращение.

— Мне нет оправдания.

При повторном извинении Му Гёль медленно расстегнул одну пуговицу на рубашке. Гнев поднимался из самой глубины. Что сделать с этим ублюдком? Кулак, готовый вылететь в любую секунду, он с усилием сунул в карман брюк и стиснул зубы. Желваки заиграли на скулах. Му Гёль посмотрел на Се Гён.

— Ты пришла, доверившись мне. Прости, что такое случилось.

Слова звучали скомканно, как и подавленный гнев. Ботинок Му Гёля легонько пнул ладонь распластавшегося на полу тренера Яна.

— Что с ним сделать?

Скажет сломать руку — он тут же раздробит её. Скажет разбить лицо — вложит всю силу в один удар.

— Говори, чего хочешь.

Он выполнит всё безоговорочно.

— Сделай так, чтобы я его не видела.

— Тебе станет легче, если я вырву ему глаза? [игра слов: "не видеть" может означать "исчезнуть с глаз" или "лишиться зрения"]

Тренер Ян, уткнувшийся лицом в пол, резко поднял голову.

— ...А? Г-глаза?

Се Гён поправила Му Гёля, истолковавшего её слова слишком буквально.

— Я имела в виду, что просто не хочу с ним сталкиваться.

Фух. Тренер Ян с облегчением выдохнул.

— Разберись с этим.

— Этого правда будет достаточно?

Се Гён коротко кивнула. Му Гёль опустил взгляд и произнес пугающе тихо:

— Слышал? Чтобы духу твоего здесь не было.

— Да?

— Дважды повторять не буду. Убери свою рожу отсюда.

— А... Понял.

Встав с колен, тренер Ян попятился и быстро исчез. Директор и клиентка знакомы... Он чуть не попал по-крупному.

На месте, откуда сбежал тренер Ян, перед пустым экраном остались только они двое.

Му Гёль не мог поверить в происходящее. Он несколько дней околачивался у отеля, желая увидеть Се Гён, но теперь, встретившись с ней лицом к лицу, не знал, что сказать. Поэтому ляпнул первое, что пришло в голову.

— Надо было позвонить заранее. Я бы сам обо всем позаботился.

— Я пришла не к тебе. Мне порекомендовали это место. Так что не надо обо мне заботиться.

Колючая девчонка.

— В любом случае, рад тебя видеть.

Му Гёль протянул руку для рукопожатия. Легко проигнорировав его жест, Се Гён взялась за клюшку. Характер у неё остался прежним. И всё же Му Гёль был рад, что Се Гён вошла на его территорию.

***

Вернувшись с работы, Ча Мён сразу поднялась на второй этаж, в комнату Се Гён.

— Как прошел гольф?

Ча Мён распахнула дверь без стука и тут же неловко улыбнулась. Ей просто было любопытно, как прошел первый выход Се Гён, но она нечаянно застала племянницу выходящей из душа.

— Тётя.

— Ой, прости.

Ча Мён вежливо отвернулась, а Се Гён накинула банный халат. Мокрые волосы рассыпались по плечам. Голос Ча Мён прозвучал из-за спины:

— Мне было так интересно, что я сама не заметила, как поторопилась.

Завязав пояс халата, Се Гён села за туалетный столик. Почувствовав движение, Ча Мён подошла к ней сзади. Стоящая Ча Мён и сидящая Се Гён отразились в одном зеркале. Глядя на отражение Се Гён, Ча Мён снова спросила:

— Ну, как гольф?

— Неплохо.

— Месяца через три втянешься, станет интересно.

Интерес появился уже сегодня, в первый же день.

— Кажется, у меня есть талант к спорту.

— Не говори ерунды. У тебя плохая координация. Учись осторожно, чтобы не пораниться.

— Правда? А тренер сказал, что для первого раза я очень хороша.

— Не принимай лесть за чистую монету. Но раз уж начала, учись хорошо, поедем вместе на поле.

Поездки на поле мало интересовали Се Гён. Но Ча Мён, казалось, была в восторге от этой мысли.

— В поле есть своё очарование. И нагрузка хорошая. Так что учись усердно.

— Хорошо.

Она ответила так, как полагается. Хорошая тётя и послушная племянница. Таковы были их отношения.

— Кстати, тётя.

— М?

Вдруг стало любопытно.

— Тот гольф-клуб. Как ты о нем узнала и почему порекомендовала?

— А, это место. Слышала, что оно новое и там хорошее оборудование. Ты же терпеть не можешь, когда грязно.

Это тётя Ча Мён терпеть не могла грязь. Ча Мён иногда отождествляла себя с племянницей.

— Там ведь чисто?

— Да, чисто.

— А оборудование?

— Тоже хорошее.

— Ну и славно.

Ча Мён добавила наставительно:

— Если во время тренировок что-то будет не так, сразу говори.

Ча Мён похлопала Се Гён по плечу.

— И в эту пятницу назначено свидание.

— ...Свидание?

— В 4 часа дня. Место ты знаешь, да?

Кофейня в отеле. Всё по старому сценарию.

— И после этого свидания давай сделаем перерыв. Хорошо?

Слова были неожиданными, но приятными. Однако возник вопрос.

— Почему?

— В брачном агентстве предложили сменить профессиональную группу кандидатов. Я попросила подготовить новый список, так что продолжим, когда всё утвердят.

— Я не рассматриваю никого, кроме юристов.

Это было единственным условием, которое выдвинула Се Гён, когда по настоянию Ча Мён вышла на рынок невест.

— Если это ради моего бизнеса, то не стоит упрямиться. Я справлюсь и без этого. До сих пор ведь справлялась.

— Знаю. Но...

— Всё.

Ча Мён оборвала её. Значит, разговор окончен.

— Давай позаботимся о твоей жизни, а не о моей работе. Я тоже этого хочу.

Сказав это, Ча Мён как бы невзначай спросила:

— Кстати. На прошлом свидании что-то случилось?

Нельзя было сказать, что ничего не было. Только вот непонятно, знала ли Ча Мён что-то или просто спрашивала наугад.

«Если ты прокурор, тебе можно опрокидывать кофе на чужие штаны? И извиняться не надо?»

Му Гёль бесстрашно схватил прокурора за грудки. Знала ли тётя уже об этом?

— Был небольшой скандал. Тебе не докладывали?

Се Гён невольно начала прощупывать почву, чего делать не следовало. Проницательная Ча Мён не могла этого не заметить.

— .......

Короткая, плотная тишина повисла между ними. Лицо Ча Мён застыло, словно все мышцы разом остановились, и лишь уголки губ осторожно шевельнулись.

— Какой скандал?

Выражение лица, в котором сочетались нежность и холодная расчетливость. Поспешность могла привести к ненужному недопониманию. Поэтому Се Гён решила быть максимально честной.

— Произошла ссора.

Спокойный взгляд Ча Мён слегка дрогнул.

— Какая ссора?

— Он сказал, что у меня нет манер и чувства такта. Сказал, что, видимо, тётя была слишком занята, чтобы научить меня этому.

Дрогнувший взгляд Ча Мён тут же стал ледяным.

— Сказал, что любовь к племяннице, которая тебе даже не дочь, имеет свои пределы.

— И ты выслушала это и промолчала?

— Нет, я схватила его за грудки.

Всё это было правдой. За исключением того, что из истории был вычеркнут Му Гёль. Ча Мён с облегчением выдохнула.

— Схватила за грудки? Ты? Почему сразу не сказала? Ты хоть понимаешь, как это опасно?

— Боялась, что ты будешь волноваться.

Ложь, направленная неизвестно на чье благо, лилась рекой. Благодаря этому из взгляда тёти исчезли холод и расчетливость. Но гнев Ча Мён не утих.

— Как они посмели подсунуть такого ублюдка?

Рассерженная Ча Мён развернулась.

— Надо немедленно менять агентство.

Глядя на Ча Мён, которая выходила из комнаты так стремительно, словно случилась катастрофа, Се Гён подумала: Тётя сейчас же позвонит секретарю Ча, и завтра они пойдут в брачное агентство. И устроит там разнос. Как они посмели посадить перед её племянницей такого невежу. Не понимая, что это мне чего-то не хватает перед ними.

«Всё такая же везучая».

Как и сказал Му Гёль, она просто была везучей. Ребенок, которого вырастили как драгоценный цветок, обдуваемый ветром от тётиной юбки. Двадцать четыре года. В этом цветущем возрасте тётя взвалила на себя племянницу и вырастила её именно так. Она поставила её под свою защиту и осыпала только любовью. Благодаря этому Се Гён выжила, и из-за этого она всегда была одна. Никто не приближался. И она ни к кому не могла приблизиться. Потому что и те, кто подходил, и те, к кому тянулась она, отсеивались и убирались по решению тёти. Му Гёль был одним из таких. Тот, кого отсеяли по решению тёти. Нет, тот, кого убрали.

«Тот парень, Му Гёль, говорят, бросил школу. Ты знала?»

Скорее всего, Му Гёль ушел не сам, его выгнали. Это была просто интуиция. Му Гёль был слишком «грязным», грубым и своенравным, чтобы находиться рядом с ней. Се Гён слишком хорошо знала, что тётя не стала бы на это закрывать глаза.