Онлайн чтение книги Метод обольщения бойцовской собаки The courtship of a fighting dog
1 - 43

Зажав Се Гён между ног, Му Гёль начал посасывать её грудь.

— Ха...

Услышав свой собственный стон, вырвавшийся невольно, Се Гён закусила губу. Взгляд опустился вниз, на Му Гёля. Она видела кончик его языка, прижатого к её груди. Когда язык проходился по ореолу и задевал сосок, по спине пробегали мурашки.

— ...!

Рука, скользнувшая по животу, сжала вторую грудь. Се Гён тут же зажала рот рукой. В отличие от внешне спокойного Му Гёля, она уже пылала. Тело помнило тупую боль и редкие вспышки наслаждения от вчерашней ночи.

Чмок, чмок.

Му Гёль с жадностью сосал грудь. Се Гён сильнее прижала ладонь к губам. Она не верила, что человеческое тело может так быстро возбуждаться и реагировать. Она чувствовала, как внизу становится мокро. Непроизвольно выгнув спину, она открыла доступ. Му Гёль просунул руку в образовавшуюся щель. Средний палец скользнул по лобку вверх. Тело содрогнулось.

— Гёль...

На её зов Му Гёль поднял голову. Он сразу увидел напряженное лицо Се Гён.

— Что?

Это был не вопрос, а выдох. Му Гёль, который казался спокойным, на самом деле уже давно потерял контроль. С горящим взглядом он спросил снова:

— ...Что?

Палец, ласкавший лобок, нажал на клитор. Се Гён отвернула голову. Му Гёль схватил её за подбородок и повернул к себе. Их губы столкнулись.

— М-м-м...

Палец, блуждавший снаружи, раздвинул нежную плоть и вошел внутрь. Му Гёль одновременно вторгся в рот и лоно Се Гён. Посасывая её маленький язычок, он нежно поглаживал внутренние стенки влагалища кончиком пальца. Се Гён застонала прямо в поцелуй.

— ...Х-х-хы-м.

Палец начал двигаться внутрь и наружу. Се Гён вцепилась в плечи Му Гёля, опираясь на них. Влажные, хлюпающие звуки наполнили комнату. Член Му Гёля, разбухший до предела, натянул ткань белья, демонстрируя свою мощь. Казалось, он вот-вот прорвет трусы. Му Гёль достал его одной рукой.

— Ха-а...

Оторвавшись от её губ, Му Гёль выдохнул. Он уложил раскрасневшуюся Се Гён на кровать. Скинув белье, он вошел в неё. В отличие от вчерашнего дня, он вонзил член сразу до упора.

— А!

Се Гён издала звук, средний между криком боли и стоном. Длинный и твердый член заставил её широко развести ноги. Так было легче. Му Гёль, прикусив её грудь, начал двигать бедрами.

— Ха-ах.

Чвак, чвак.

Одна нога Се Гён оказалась закинута на руку Му Гёля. Его тренированное тело ростом 190 сантиметров нависало над ней, вдавливая её в матрас. Член входил и выходил, ритмично и мощно. Каждый раз, когда он посасывал сосок, у неё вырывался стон.

— Ха! М-м-м!

Не в силах вынести незнакомое, подавляющее наслаждение, Се Гён попыталась оттолкнуть его.

— Ха-а...

Но увидев возбужденное лицо Му Гёля, она поняла, что зря это сделала.

Чвак, чвак, чва-ак.

Слегка отстранившись, Му Гёль начал двигаться быстрее. Грудь колыхалась как в водовороте, а лицо и тело Се Гён, реагирующее на каждый толчок, были видны как на ладони в свете лампы. Глядя на неё, Му Гёль хмурился всё сильнее.

— ...Ха.

Он сходил с ума. От чувств к Се Гён, которую он обнимал, и от наслаждения, захватившего тело.

Чвак, чва-ак!

Поэтому он вбивался в неё еще сильнее. Ему было до смерти жаль, что у него только один рот и один член. Хотелось одновременно проникать в рот и сосать трясущиеся груди. Даже сейчас, входя в неё снизу, в голове крутилась грязная мысль — сунуть член в её приоткрытый красный рот.

— ...Ха-а!

Сильный толчок. Войдя до конца, он крутанул бедрами. Се Гён задрожала и застонала.

— А-а-ах... Гёль..!

Видя, как она мечется между болью и удовольствием, возбуждением и новизной...

— ...Блядь.

Вырвалось ругательство. Так заканчивать нельзя. Перевернув Се Гён, Му Гёль встал на колени позади неё. Подняв её бедра, он одним движением вогнал всё еще твердо стоящий член.

— Ха... а-ах.

Верхняя часть тела Се Гён рухнула на кровать. Навалившись на неё, как зверь, он начал долбить её изнутри. Схватив обе груди руками, он прикусил мочку её уха.

— Х-х, х-х...

Его тяжелое дыхание обжигало ей шею. Он продолжал, не зная усталости. Словно её стоны были топливом, он двигался в такт её голосу.

— Ха! Черт...

Всё было иначе, чем в первый раз. Му Гёль, который вчера был осторожен, сегодня потерял рассудок от удовольствия, которое дарила ему Се Гён.

— Ха-а... нг!

А Се Гён, сдерживавшая стоны, теперь кричала от наслаждения.

— Ха-а!

Это была жаркая и долгая ночь. Ночь, которой больше не будет. Или, скорее, первая из множества таких ночей.

***

Ча Мён не думала, что когда-нибудь снова окажется здесь. Она стояла перед заброшенным бетонным зданием.

— Вы действительно собираетесь войти?

На вопрос секретаря Ча она молча кивнула.

— Почему бы и нет.

Именно здесь Ча Мён спросила Госпожу Пак, свою подругу Джин Сук, о Му Гёле. На вопрос, откуда они знакомы, Госпожа Пак криво усмехнулась.

«Если интересно, приходи послезавтра. В тот день будет игра. Я покажу тебе лично».

Это была насмешка. Даже на первый взгляд было ясно, что это подпольное казино. Госпожа Пак думала, что Ча Мён, работник сферы образования, ни за что не переступит порог такого места, зная, что это такое. Но она просчиталась. Ча Мён пришла. Секретарь Ча, видя решимость на лице начальницы, осторожно предложил:

— Это может вызвать ненужные слухи. Позвольте мне пойти одному.

— Ты не знаешь характер Джин Сук? Ты же понимаешь, что ты один ничего не решишь.

Наслаждаться тем, как она ставит Ча Мён в тупик, используя свои ресурсы — это было маленькое развлечение Госпожи Пак. Ча Мён знала это лучше всех. Как жаждущий роет колодец, так и она, если ей что-то нужно, должна иногда плясать под чужую дудку. Разумеется, стратегически.

— Нужно подыграть ей, чтобы Джин Сук не лопнула от злости.

Ради инвестиций в полтора миллиарда и информации о Му Гёле. Это была своего рода плата за то, что ей придется только брать, ничего не давая взамен.

— Идем.

Секретарь Ча пошел первым. Но его тут же остановили.

— Эй, мужик. Сюда не пускают всех, у кого есть две ноги. Вали по-хорошему.

— Сказали, что если назвать имя Пак Джин Сук, вы поймете.

При упоминании имени Госпожи Пак взгляд охранника изменился на более дружелюбный. Окинув взглядом секретаря и Ча Мён, он достал рацию.

— Тут говорят, гости Госпожи Пак. Проверьте.

Через мгновение из рации раздался голос Госпожи Пак, Джин Сук.

«Да ладно. Неужели Ын Ча Мён правда приперлась?»

Охранник спросил:

— Ваше имя Ын Ча Мён?

Когда она кивнула, он передал по рации:

— Говорят, так и есть.

В ответ раздался заливистый смех.

«С ней здоровый бугай? Его накормите где-нибудь. А женщину пустите.»

— Только женщину?

«Это моя подруга, так что обслужите по высшему разряду. Скажи ей выбрать браслет, надень на руку и приведи. Ставку запиши такую же, как у меня.»

 — Понял.

Отключив рацию, мужчина достал из кармана два браслета.

— Ну, выбирайте.

Его тон разительно переменился. Ча Мён посмотрела на браслеты.

— Объясните сначала, что это.

— Если объясню, будет неинтересно. Положитесь на удачу. Жизнь на кон не ставите.

Ча Мён выбрала синий браслет. Мужчина ловко застегнул его на её запястье. Затем открыл железную дверь и поклонился на 90 градусов.

— Приятного просмотра!

Ча Мён покачала головой, не понимая, что происходит. Кивнув секретарю Ча, чтобы он ждал, она вошла в казино. В глазах секретаря читалась тревога.

Следуя за провожатым вглубь заведения, Ча Мён широко раскрыла глаза. Мир, с которым она столкнулась, был дном из всех возможных днищ, о существовании которого она даже не подозревала.

— Ча Мён!

Сквозь шум, вонь и клубы дыма к ней подошла Госпожа Пак и обняла её. Фух. Пахнуло алкоголем. Госпожа Пак закричала:

— Эй! Почему место не готово?

По одной её команде засуетились три-четыре человека. Рядом с Госпожой Пак тут же организовали место для Ча Мён. Стол, стул, дорогой виски и закуски. Полный комплект. Оглядевшись, Ча Мён села и закурила.

— Что это за место? И зачем ты меня сюда позвала?

В глазах Ча Мён это был просто темный, мрачный бар. Единственное отличие от обычного бара — браслеты на руках людей. Госпожа Пак схватила её за запястье.

— Ты тоже выбрала синий? Эх. Сегодня либо пан, либо пропал.

У Госпожи Пак тоже был синий браслет. Вырвав руку, Ча Мён глубоко затянулась и выпустила струйку дыма. Она сказала:

— Теперь объясняй.

Госпожа Пак усмехнулась и налила виски в стакан.

— Вижу, тебе очень интересно. Раз уж сама великая Ын Ча Мён не только пришла в такую дыру, но и начала расспрашивать, едва сев.

Госпожа Пак покрутила стаканом. Виски закружилось в нем маленьким водоворотом.

— Спрошу одно. Почему он тебе так интересен? Он же не в твоем вкусе.

— С возрастом вкусы меняются.

— Сука. Врешь как дышишь, значит, цель у тебя конкретная.

Осушив стакан залпом, Госпожа Пак выдохнула в сторону Ча Мён.

— Расслабь лицо. А то все догадаются, что Му Гёль сбежал с твоей племянницей под покровом ночи.

Ча Мён нахмурилась.

— ...Откуда ты знаешь?

— Твоя проблема в том, что ты иногда считаешь мою голову лишь украшением.

Госпожа Пак ухмыльнулась. В этот момент свет в зале погас. Зажегся только прожектор над рингом.

— Смотри внимательно.

Госпожа Пак указала пальцем на освещенный ринг.

— Это то, чем занимался парень твоей обожаемой племянницы.

Прозвучало объявление о начале боя. Взгляд Ча Мён заметно дрогнул. А рядом, словно лучшей закуски и не придумаешь, Госпожа Пак кричала как безумная. Она специально демонстрировала это безумие Ча Мён