Встреча после трех дней разлуки протекала весьма стремительно. Услышав «я скучала», Му Гёль притянул Се Гён за талию. От тесного контакта его плоть без предупреждения увеличилась в размерах.

— ...Черт.

Му Гёль нахмурился. Он не для этого её обнял. Но тело реагировало само по себе.

— Что такое?

На вопрос Се Гён Му Гёль опустил взгляд вниз.

— Живет своей жизнью.

Тело вроде бы его, а контролировать его не получалось. Му Гёль зарылся пальцами в мокрые волосы. Нужно было выбирать. Подавить желание ради романтического воссоединения. Или послать романтику к черту и отдаться инстинктам. Поразмыслив, Му Гёль принял решение. Бля. Проглотив ругательство, он выдавил из себя дежурные слова.

— Отойди на минутку.

— И тогда всё пройдет?

— Ага.

— Откуда ты знаешь?

— Пару раз уже глушил.

— Такое уже бывало?

На удивленный вопрос Се Гён Му Гёль усмехнулся.

— Пару раз я так реагировал на Ын Се Гён в школьной форме.

Это случалось в самых невинных ситуациях. Когда он шел за ней и смотрел ей в спину. Или когда видел, как она тяжело дышит.

— Для парней это обычное дело.

— Извращенец.

— Какой еще извращенец?

Му Гёль рассмеялся в голос. А потом, отряхнув штанины, поправил стойку. Видимо, не выйдет.

— Пока я не услышал чего похуже, мне надо ненадолго выйти.

Ситуацию нужно было как-то решать. Заняться мастурбацией в одиночестве. Или петь гимн под дождем. Сделать хоть что-то, чтобы успокоиться. Му Гёль взял зонт.

— Ты правда уходишь?

— Пройдусь кружок. Подышу холодным воздухом, и станет полегче...

Конец фразы Му Гёля повис в воздухе. Между сильно нахмуренными бровями залегла складка.

— Какого...

Му Гёль до белых костяшек сжал ручку зонта. Се Гён прижалась к его напряженному, стоящему по стойке смирно телу. Её тепло коснулось его увеличившейся плоти.

— Если не хочешь увидеть настоящего извращенца, отойди.

Сам Му Гёль отстраниться не мог. Всё его тело жаждало Се Гён. Рука Се Гён смело скользнула к его ягодицам. Упругие мышцы дрогнули под её маленькой ладонью. Возбуждение от прикосновения к ягодицам отдалось в члене. Мягкий голос коснулся уха Му Гёля:

— Снова будешь стоять как истукан, как в старшей школе?

Это был соблазн. Се Гён тоже хотела Му Гёля.

— ...Бля.

Выругавшись, Му Гёль отшвырнул зонт.

— Не пожалей потом.

Он схватил Се Гён за подбородок и разомкнул её губы. И ворвался в её влажный рот.

— ...М-м-м.

Одной рукой он быстро расстегнул пряжку и опустил молнию. Плотно прижимаясь к ней, он впечатал Се Гён в стену. Нашарив ладонью выключатель, он щелкнул им. В кромешной темноте переплелись стоны.

— Ха...

— М-м.

Му Гёль одним движением спустил брюки и белье до колен. И запустил руку под плиссированную юбку Се Гён. Маленькие трусики быстро оказались ниже юбки. Рука, скользнувшая между ног, погладила нежную плоть и, найдя клитор, мягко надавила.

— ...Ах, м-м.

Услышав стон, он оторвался от её губ. На кончиках пальцев Му Гёля осталась липкая влага. Терпеть больше не было сил. Подняв одну ногу Се Гён, он вонзил в неё член.

— Ах..!

Се Гён застонала. Глядя на её нахмуренные брови, Му Гёль вогнал оставшуюся часть члена до самого конца. Огромная, твердая плоть полностью заполнила Се Гён. Прижавшись к ней низом живота, Му Гёль начал толкаться бедрами.

Чвак, чвак.

Се Гён, вцепившись в плечи Му Гёля, стонала.

— Ха... ах.

Му Гёль закинул её ногу себе на руку и оперся о стену. И, навалившись всем весом, начал вбиваться в Се Гён. Видя её стиснутые зубы и нахмуренные брови, он возбуждался как безумный. Он грубо задрал её футболку. И расстегнул бюстгальтер так, словно хотел его разорвать. Грудь, похожая на персики, колыхалась в такт его движениям. Хотелось взять в рот торчащие соски и сосать, но в то же время хотелось просто смотреть, как грудь подпрыгивает вверх-вниз. Когда он брал Се Гён, его жадности не было предела.

— ...Бля.

Опустив одну руку, он сжал её мягкую ягодицу и притиснул к себе. Зная, что она зажата между его телом и стеной и никуда не денется, он продолжал толкаться бедрами.

— М-м-м..!

Наслаждение и боль. Он хотел утащить Се Гён, которая всё еще блуждала где-то между ними, в пучину чистого наслаждения.

Чвак!

Вогнав член до упора, он зарылся носом и губами в шею Се Гён. И глубоко вдохнул её запах. От трения сплетенных волос на лобке все клетки и нервы в теле натянулись как струны.

— Ах..!

Му Гёль впился зубами в шею Се Гён и сильно засосал кожу.

— ...Гёль! Ах.

Он круговыми движениями потерся о неё низом живота. Се Гён, обнимая Му Гёля, застонала. Непонятно было, откуда началась эта волна возбуждения — с кончиков пальцев ног или прокатилась по спине.

Скр-р,

Вдруг раздался звук ножек стула, скребущих по полу. Когда Се Гён открыла глаза, Му Гёль сидел на стуле, а она сидела на его бедрах с раздвинутыми ногами. В мягком естественном свете из окна было видно место их соединения. Се Гён потянула юбку вниз.

— ...Оставь.

В его мягком, низком голосе слышался скрытый приказ. Рука Му Гёля задрала опущенную юбку обратно. Кончики ушей Се Гён покраснели. Она отвела взгляд. Она и представить не могла, что стул, который она сделала, будет использоваться вот так. Её мягкие ягодицы грубо сжали. Не по своей воле, а подчиняясь его рукам, Се Гён начала двигать бедрами и тазом.

— Двигайся.

— ...Не хочу.

Она не могла. Ей было слишком стыдно. Му Гёль не стал настаивать. Вместо этого он взял её грудь в рот. И нажал языком на уже твердо стоящий розовый сосок.

— М-м-м...

Кончик языка, дразнящий сосок, то мягко кружил вокруг него, то сильно давил. А когда сосок оказывался зажатым между зубами...

— Ах!

Спина выгибалась дугой, а лоно сжималось. Это была реакция тела, неподвластная её воле. Се Гён опустила затуманенный взгляд. То, как Му Гёль лизал и сосал её грудь, было невыносимо сексуально. Каждый раз, когда кончик языка касался соска и блуждал вокруг, грудь горела огнем. Казалось, нужно сделать что-то еще. Но Му Гёль лишь разжигал её до этой грани.

— ...

Он не двигал бедрами и не заставлял Се Гён двигаться, сжимая её ягодицы. Он просто продолжал ласки, оставив свой твердый, разбухший член внутри неё. Запустив пальцы в его короткие волосы, Се Гён обняла Му Гёля за голову и прошептала:

— ...Двигайся.

— Не хочу.

На этот раз это был ответный удар Му Гёля. Не отрывая лица от её круглой груди, он поднял на неё глаза.

Тук-тук-тук!

Его острый взгляд и грубое дыхание были похожи на ливень, барабанящий по крыше контейнера. Грубый и своевольный. Му Гёль посмотрел на Се Гён взглядом, отражающим его суть, и сказал:

— Сделай это сама.

Руки, сжимавшие её ягодицы, сдвинулись, словно давая ей опору.

— Двигайся...

Ровесники. В их противостоянии с самой первой встречи всегда уступал Му Гёль. Но в сексе он, казалось, не собирался уступать ни на дюйм. Глядя на Се Гён горящим взглядом, Му Гёль лизнул её грудь снизу вверх.

— ...Ха.

И демонстративно втянул сосок в рот, прикусив его зубами.

— Ах!

Лоно непроизвольно сжалось. Словно только этого и ждя, руки Му Гёля снова с силой сжали её ягодицы. Откинув голову, Се Гён естественно отдалась воле тела.

— Ха...

Низкий стон горячо обжег её грудь. Руки, сжимавшие ягодицы, грубо раздвинули их. Прямые ноги Му Гёля слегка раздвинулись. Му Гёль начал двигаться первым. Вся ситуация была слишком эротичной. Брюки и белье, висящие на лодыжках Му Гёля. Её белые трусики, болтающиеся на одной ноге. Шум дождя, будоражащий слух. И Му Гёль, подгоняющий её.

— А-а.

Се Гён сосредоточилась на моменте. На теле Му Гёля и своем. На месте их соединения. На дрожи и наслаждении, исходящих оттуда.

— А-а, х-ха..!

Она просто отдалась инстинктам и двигалась вслед за Му Гёлем. В одной точке, куда давил член, было особенно приятно.

— Ха-а.

Она закрыла глаза и откинула голову. Сосредоточилась только на ощущениях своего тела.

— А!

Не замечая, что Му Гёль перестал двигаться, она сама вращала бедрами. Искала ту самую точку, сжимала лоно и чувствовала дрожь.

— Ха, х-ха-ах!

Она знала, что Му Гёль смотрит на неё в упор, но не могла остановиться. Чтобы почувствовать ту самую вершину, она двигала бедрами и стонала. Она тяжело дышала, цепляясь за Му Гёля. И на пике наслаждения обняла его за голову. Тело дрожало, дыхание сбивалось. В этот момент он поднял её. Как только её ноги коснулись пола, он развернул её. Задрав юбку, Му Гёль начал яростно вбиваться в неё.

Чвак, чвак! Чва-ак.

Ей показалось, что огромная рука сжала её грудь, но в то же время что-то надавило на клитор, стимулируя его.

— А!

Это был явный крик наслаждения.

Чвак, чвак..!

Опираясь на стену, она стонала. В тот момент, когда Му Гёль, навалившись на неё, прикусил мочку её уха и сделал сильный выпад бедрами, её разум помутился. Где-то между болью и удовольствием она перешагнула в абсолютное блаженство.

***

Хлопнула пробка от шампанского. Из горлышка бутылки полилась пена.

— Спасибо вам всем за вашу работу.

Ча Мён, приветствуя гостей, разливала шампанское по бокалам. Это были инвесторы и те, кто помогал на всех этапах — от планирования создания международной школы до подготовки заявки на утверждение.

— Поздравляем.

— Спасибо.

— Скоро начнете строительство?

— Да. Скоро будет церемония закладки первого камня, обязательно приходите.

— Конечно, если позовете — придем.

Вечеринка проходила в арендованном баре с хорошим видом. Атмосфера в целом была теплой и дружеской. На праздниках смех никогда не смолкает.

— Если бы председатель Ын Э Ён была жива, она бы тоже очень радовалась.

При словах депутата Ча Мён приложила руку к груди.

— Спасибо, что до сих пор помните сестру.

— Разве такое забудешь.

Хе-хе. Усмехнувшись, депутат сделал глоток шампанского. Для Ча Мён сестра Э Ён всегда была чем-то вроде ярлыка. Сестра первой ученицы в школе. Девочка, которая ходит с доброй Э Ён. Эти эпитеты, преследовавшие её с детства, не исчезли даже спустя двадцать лет.

— Какая живучая.

Тихо пробормотав это себе под нос, Ча Мён встала во главе стола. Международная школа — это то, чего она добилась сама, без всякой помощи сестры Э Ён. Поэтому триумф ощущался особенно остро.

— Спасибо, что помогали и поддерживали меня на этом пути. Надеюсь, сегодня вы повеселитесь от души.

Когда Ча Мён подняла бокал с шампанским, гости тоже сделали жест для тоста.

— За председателя Ын Ча Мён! Поздравляем!

По чьей-то команде все чокнулись бокалами. Хрустальный бокал сверкнул под светом ламп. Ча Мён подумала, что именно таким будет её жизненный путь в будущем. Сверкающим и роскошным. Жизнь успешного и уважаемого человека. Ча Мён заранее выпила за свое будущее.

— Cheers.

✨P.S. Переходи на наш сайт! Вся история уже готова к прочтению!  ➡️ Fableweaver