Онлайн чтение книги Метод обольщения бойцовской собаки The courtship of a fighting dog
1 - 32

Салон машины наполнился густым запахом дерева. В багажнике и на заднем сиденье лежали деревянные щиты и инструменты, которые дал им До Юн. Там же были и чертежи для будущего изделия.

— И что ты собираешься из этого сделать?

Хотя тон Му Гёля был безразличным, в нем слышался интерес.

— Диван-реклайнер из массива.

— Какой-какой лайнер?

Се Гён рассмеялась. Не из насмешки, а потому что это прозвучало мило.

— Реклайнер. Это кресло, у которого откидывается спинка для отдыха.

— Ну и словечко.

Му Гёль посмотрел в зеркало заднего вида на дерево.

— Сделать такое будет непросто. Справишься?

— Если не буду знать как, позвоню.

— Этот гад До Юн взял твой номер?

— Нет, я взяла его номер.

— Зачем?

На этот колкий вопрос Се Гён ответила невозмутимо:

— Чтобы спрашивать, если что-то будет непонятно в процессе. Я же не могу ездить туда каждый день.

— Значит, ты сама дала ему номер? А мой номер мне пришлось добывать как бродячему коту, разглядывая его под стеклом твоей машины?

Тогда, после мелкого ДТП на парковке гольф-клуба, Му Гёль сам узнал её номер.

— Ох, как же бесит.

Говорят, когда кузен покупает землю, живот болит от зависти. А тут всего лишь обмен номерами с другим парнем, но настроение уже испорчено. Если подумать, пока он переставлял машину у мастерской, они, кажется, успели сблизиться.

— О чем вы болтали с До Юном?

— Просто о школьных временах.

Машина остановилась на светофоре. Му Гёль посмотрел на Се Гён.

— И что там обсуждать-то?

— Было что.

— Что именно?

— Тебя.

Сказав это, Се Гён мягко улыбнулась. Уголок рта Му Гёля дернулся вверх.

— Тебе не интересно, о чем мы говорили?

— Судя по твоему виду, ничего плохого, так что проехали.

— А если он тебя ругал?

— Если я заслужил, пусть ругает.

Му Гёль улыбнулся с непринужденностью человека, которому нечего скрывать. Причина была проста: он не делал в жизни ничего такого, за что его стоило бы поносить, а если и делал, то на это была веская причина. К тому же До Юн вряд ли стал бы поливать его грязью. И, главное, если бы он говорил гадости, лицо Се Гён не было бы таким спокойным. Светофор сменился на зеленый, и Му Гёль нажал на газ. Дорога словно по волшебству стала свободной. Лететь по аллее, обсаженной деревьями, было приятно. Се Гён чувствовала то же самое. Открыв окно, она положила подбородок на руку.

— Хорошо.

Услышав это короткое слово, Му Гёль украдкой взглянул на неё. Ветер играл её волосами, открывая умиротворенное лицо. Это спокойствие в точности отражало то, что чувствовал сейчас Му Гёль.

— И правда хорошо.

Глядя на пустую дорогу, он вспомнил свою прошлую жизнь. У него не было опекуна, поэтому защищать себя приходилось самому. Чтобы не быть битым, приходилось бить первым. Чтобы не раздавили, приходилось быть сильным. Чтобы жить по-человечески, приходилось зарабатывать деньги, рискуя жизнью. И только когда он наконец вышел на «нормальную» орбиту, он снова встретил Се Гён. Это была ясная награда за его жизнь. Иначе и не скажешь. Не было причин отрицать это спокойствие или тревожиться из-за него. Он заслужил право насладиться этим моментом. Его детство и юность были полны несчастий, но он преодолел их и поднялся сюда, так что такая награда была справедливой.

Когда аллея закончилась, Се Гён произнесла:

— Жаль, что всё.

Му Гёль чувствовал то же самое. Поэтому, увидев знак разворота, он без предупреждения крутанул руль. Глаза Се Гён округлились от удивления. Му Гёль посмотрел на неё и улыбнулся.

— Нельзя, чтобы оставалось чувство сожаления.

Таков был принцип Му Гёля, прожившего жизнь куда динамичнее других. Жить без сожалений в каждом моменте. Быть честным в каждом моменте. Не оставлять никаких «если бы». Теперь он собирался применить этот принцип и к Се Гён. Даже если она решит спуститься к нему. Теперь это место больше не было дном. Аллея, начавшаяся заново, казалась особенно прекрасной в эту осеннюю ночь.

***

Ви-и-изг!

Машина, несшаяся на скорости, резко затормозила, оставив на асфальте эффектные следы шин. Охранник у входа тут же нахмурился и направился к автомобилю.

— Эй, мужик, ты спятил?!

Бац. Водительская дверь распахнулась, толкнув охранника. Тот уже набрал в рот слюны, чтобы плюнуть наглецу в лицо, как вдруг...

— Кха...

Глоть. Он с трудом проглотил собранный плевок и согнулся в поклоне на 90 градусов.

— Прошу прощения, не узнал!

Красные туфли, попавшие в поле его зрения, быстро застучали каблуками к входу. Охранник тут же выпрямился и включил рацию.

— Госпожа Пак заходит.

— Принято!

Железные ворота автоматически открылись, подстраиваясь под шаг Госпожи Пак.

— Давненько вы не заглядывали.

Сотрудник рукой разогнал клубы сигаретного дыма. Рассекая воздух и расчищенный для неё путь, Госпожа Пак решительно шла к цели.

— Кто сегодня бойцовские псы?

Сотрудник быстро отрапортовал:

— Есть новенький, бывший боец муай-тай. Винрейт 70%. Хорошие удары коленями и чувство дистанции. Еще есть парень, который вышел в прошлом месяце, тоже неплох. Техники особой нет, но физика и выносливость на уровне, многие спонсоры на него заглядываются.

— Дальше.

— Есть один ублюдок, сегодня первый раз на ринге, говорят, у него глаза закатываются, когда дерется. Босс сказал, это интересно...

— Ставлю на него.

Бойцовские псы интереснее всего, когда они дикие и необузданные.

— Прошу за мной.

Сотрудник пошел вперед, ведя её к «сердцу» казино — бойцовской яме. Чтобы попасть туда, нужно было пройти еще через две железные двери внутри казино и миновать пятерых охранников.

— Провожу вас в VIP-ложу.

Обычно места на арене распределялись в зависимости от суммы ставки, но у Госпожи Пак был вечный VIP-пропуск. Столько денег она уже влила в это место. Пасть сумки из крокодиловой кожи раскрылась. Из кошелька появился чек. Сто миллионов. Увидев сумму, сотрудник быстро передал информацию по рации. На стол перед Госпожой Пак поставили виски. У парня, который его принес, на запястье была синяя повязка. Это был тот самый «пес», на которого она поставила. Госпожа Пак подняла глаза на мужчину с синей повязкой. Взгляд, полный непонимания происходящего. Это напомнило ей первую встречу с Му Гёлем. Единственное отличие...

— Спасибо за поддержку!

...Голова у этого была пустой. В эту ночь она скучала по Му Гёлю, который всегда высоко держал голову перед ней.

— Начинаем бой.

Одна ночь. На ринг выходят четверо псов. Турнир идет на выбывание до финала. Чтобы приблизиться к победе, нужно получить как можно меньше травм в первом бою. Но если будешь только беречь себя, до финала не дойдешь. Значит, в каждом бою нужно драться насмерть. Как это делал Му Гёль в те времена.

Дзынь!

Прозвенел гонг. Свет в зале погас, освещенным остался только ринг. Как только бойцы появились, толпа взорвалась криками. Госпожа Пак, лениво откинувшись на спинку стула, сделала глоток виски. Бойцовские псы должны были противостоять друг другу голыми руками, без оружия. Здесь не было правил. Сдаться было нельзя. Бой заканчивался, только когда один терял сознание или переставал дышать.

Бам, ба-ам!

Парень, на которого поставила Госпожа Пак, оказался зажат в углу. С одной стороны раздались радостные вопли, с другой — стоны разочарования. Госпожа Пак же, без всяких эмоций, лишь пропускала виски сквозь губы. Даже когда её боец вцепился в противника зубами и не отпускал, она осталась безучастной.

— Вот же псих!

— Это разве не нарушение правил?!

Те, кто поставил на «красную повязку», орали как безумные. Но сегодня этот шум не казался ей ни забавным, ни волнующим.

— Скука.

Госпожа Пак встала с места. После Му Гёля ни один ублюдок не вызывал у неё интереса. Ни того взгляда, ни той злости, ни той отчаянной решимости. Без всего этого — как они собираются выжить в этой яме? Цок-цок-цок. Бесполезное беспокойство. Выйдя из бойцовской ямы в общий зал казино, Госпожа Пак села за стол для баккары.

— Эй, принеси мне виски сюда.

Щедрые чаевые перекочевали в карман сотрудника.

***

День был на редкость долгим. Ни одна минута не прошла впустую.

— Спасибо за сегодня. Было весело.

День заканчивался с легким чувством сожаления, что он прошел. Ей понравилось учиться столярному делу, понравилась поездка по аллее, понравилось узнавать новое о Му Гёле. Оглядываясь назад, она понимала: всё было хорошо. Му Гёль посмотрел в окно. Лунная ночь была прекрасна, но одна мысль не давала покоя.

— Тебе не влетит за то, что поздно вернулась?

Было уже около десяти вечера. Поздновато.

— Зная характер твоей тёти, она наверняка скажет пару ласковых.

— Ну скажет, а я отвечу.

— Что ответишь?

— Что когда встречаешься, бывает и такое, что задерживаешься допоздна.

— Приятно слышать. Это про «встречаешься».

— Я ведь и согласилась на фиктивные отношения, чтобы свободно гулять и не ходить на свидания вслепую. Надо пользоваться моментом, верно?

То, как Се Гён специально добавляла слово «контракт» или «фиктивные», казалось ему милым. Отстегнув ремень, Му Гёль вышел первым. Широким шагом он обошел машину и открыл пассажирскую дверь.

— Выходи. Я провожу тебя до самых ворот, чтобы все видели.

Се Гён не стала отказываться и вышла.

— А что, неплохо.

Это был первый раз, когда кто-то, кроме секретаря Ча, открывал ей дверь и провожал. Ощущение было странным, но приятным. Когда они подошли к воротам, Му Гёль вдруг прижал её к стене, нависнув сверху. Глаза Се Гён расширились от испуга.

— Ты что делаешь?

— Играю роль. Надо же изображать влюбленных.

Му Гёль нагло ухмыльнулся прямо перед её лицом.

— Вон там, над головой, камера.

— Они не проверяют всё подряд. Так что отойди, пожалуйста.

Се Гён ловко нырнула под его руку и высвободилась. Наглость и беспардонность Му Гёля были делом привычным, но сегодня почему-то это заставило её напрячься и почувствовать неловкость. Наверное, потому что вспомнился поцелуй у моря.

— Иди уже.

Бросив короткое прощание, она поспешила войти в ворота. Му Гёль крикнул ей вслед:

— Сладких снов!

Когда Се Гён скрылась, Му Гёль с улыбкой на губах неспешно побрел к машине.

Он поймал себя на мысли, что хочет, чтобы этот день скорее кончился и наступило завтра. Такого чувства он не испытывал никогда в жизни. Он никогда не ждал завтрашнего дня, его жизнь была не такой. Он просто жил настоящим. А теперь он ждал и надеялся на завтра. Думал, что поесть. Куда поехать. И всё из-за Ын Се Гён.

Когда машина остановилась на светофоре, зазвонил телефон.

Вжи-и-инг.

На экране высветилось имя Квон Хёка. Звонок от него в такое время означал только одно — неприятности. Му Гёль без колебаний нажал кнопку отбоя. Не хотелось портить хорошее настроение. Однако телефон зазвонил снова. Звонок был настойчивым, и Му Гёль, скрепя сердце, ответил.

— Чего надо? Ну?

— Ах ты ж гаденыш! Будешь сбрасывать мои звонки?!

Квон Хёк даже не перевел дыхание и продолжил:

— Быстро тащи сюда свою задницу!

— С чего бы мне туда ехать?

— Госпожа Пак в стельку пьяна. Только ты сможешь с ней справиться. Приезжай и отвези её домой.

— Вызови трезвого водителя.

— Ты что, не знаешь характер Госпожи Пак?!

Квон Хёк, загнанный в угол, заорал:

— Если сейчас же не приедешь, я завтра на рассвете притащу пьяную в хлам Госпожу Пак прямо в твой гольф-клуб!

Улыбка, блуждавшая на лице Му Гёля, мгновенно исчезла. Бля. Проглотив ругательство, он резко развернул машину.