Онлайн чтение книги Неплох Not bad
1 - 4

22 часа спустя. Пхукет, 23:30.

Среди пассажиров, направляющихся из Пхукета на Гавайи с пересадкой в Японии, Ли Да Ин была единственной, кто садился на борт без багажа. Стоило ей подойти к стойке А, о которой говорил Юн Тэ Чжон, как стюардесса, проверив паспорт, распечатала и протянула ей билет первого класса. С того момента, как она взяла билет в руки, Да Ин фактически вступила в операцию. Теперь, пока штаб не даст отбой, выйти из игры было невозможно. Прошлой ночью, сворачивая миссию в Таиланде и зачищая следы, она непрерывно думала. Ей пришлось мысленно вернуться более чем на десять лет назад, к моменту, когда она впервые услышала имя Квон Хи Джэ и узнала о существовании «Сихян». Конечно, мало кому интересна банальная и скучная история чужой жизни. Ей и самой не хотелось ворошить свое унылое и тягостное прошлое. Ровно до тех пор, пока Юн Тэ Чжон устами Дэна Снейра не упомянул «священное дерево».

— «Ч-что вы такое говорите! Я ничего не продавал! Как этот Квон мог купить мой дом?!»

Одежда на нем была настолько дорогой, что трудно было определить возраст, но на вид ему можно было дать от силы двадцать с небольшим. Он казался образцом человека, выросшего в богатой семье, не знавшего ни забот, ни нужды.

— «Ну что вы. Я заплатил полную рыночную стоимость и приобрел здание и землю абсолютно законно. Ах... Вы можете уточнить это у вашего племянника, господина Ли У Ёна, который присутствовал в качестве вашего представителя».

Услышав имя своего старшего сына, дед обессиленно рухнул на землю. Когда испуганная Да Ин выбежала во двор, некий Квон Хи Джэ уже помогал деду подняться. Однако дед оттолкнул его руку, протянутую с выражением глубочайшего сочувствия, словно это была подачка. Да Ин молча подошла и поддержала деда. С детства её учили не вмешиваться в разговоры взрослых, поэтому она стояла, словно заткнув уши, и лишь молила, чтобы этот человек поскорее ушел.

— «А ты симпатичная».

Мужчина посмотрел на неё сверху вниз, и его глаза с тонкими веками изогнулись в улыбке. Услышав это, дед задвинул Да Ин себе за спину и замахал руками.

— «Тут явно какая-то ошибка. Я поговорю с сыном и свяжусь с вами».

— «Не беспокойтесь. Я не собираюсь ничего делать с этим местом прямо сейчас. Живите спокойно, а когда придет время — съедете. Сегодня я просто проезжал мимо и решил заглянуть».

— «Я вас понял, уезжайте уже!»

Похоже, дед не хотел показывать свою слабость перед юной внучкой. Мужчина до самого конца сохранял безупречную вежливость, но Да Ин чувствовала в ней фальшь. Возможно, это было инстинктивное чувство подавленности перед кем-то слишком идеальным. Или же банальное чувство неполноценности по отношению к человеку из другого мира. Так или иначе, мужчина, сунув руки в карманы, неторопливой походкой направился к своей машине. Квон Хи Джэ был человеком, похожим на диагональ, косо пересекающую мир, состоящий из прямых линий.

Это была их первая встреча.

Позже выяснилось, что дом и землю действительно продал её дядя. Будучи юристом, он воспользовался своим положением, подделал печать и продал всё Квон Хи Джэ. Дед в ярости несколько раз ходил к старшему сыну, но в итоге ничего не смог сделать. Дядя даже имел наглость заявить, что сэкономил им налог на наследство. И дед простил этого наглого и неблагодарного сына. Сказав лишь, что виноват сам, раз так плохо воспитал детей. Он извинялся перед Да Ин с покрасневшими глазами.

***

— Быстро ты управилась. Ах да, мне бурбон, пожалуйста.

Голос Дэна Снейра раздался с соседнего кресла, когда Да Ин сидела с закрытыми глазами и наушниками в ушах. Открыв глаза, она увидела стюардессу, ставящую перед Дэном приветственный напиток. Да Ин попросила стакан ледяной воды и включила планшет.

— Мистер Снейр, почему вы беретесь за такие заурядные задания? Вам это не по статусу.

Заметив, что Да Ин стала вести себя чуть более расслабленно, Дэн сделал глоток бурбона, смакуя вкус.

— Деньги хорошие.

— А... Ну да, против денег не попрешь.

— По крайней мере, мы занимаемся этим дерьмом не ради чести.

— И не ради того, чтобы найти оправдание для убийства.

В её словах сквозила колкость, намекающая на события прошлой ночи. Да Ин попыталась проигнорировать пристальный взгляд Дэна и снова вставить наушник. Но в этот момент большая мужская рука метнулась к её шее и с силой сжала подбородок.

— Мгх!

Челюсть пронзила боль, будто её вот-вот вывихнут. Тело Да Ин отшатнулось назад, а Дэн, не отпуская её подбородка, навис над ней, привстав с кресла. От его веса перехватило дыхание.

— Мы сейчас в одной команде, и я твой командир. Тебя плохо учили? Если бы ты проходила подготовку у меня, ты бы не смела так распускать язык.

Возможно, из-за цвета волос, но лицо Дэна казалось холодным, как луна. В его голубых глазах, смотрящих на неё сверху вниз, читалась такая угроза, что губы Да Ин дрогнули. Но на её лице не было страха. Дэн, прижимавший её к сиденью, вдруг заметил стеклянный стакан, упирающийся ему под подбородок. Она сжимала самое хрупкое место стакана и с ядовитым взглядом надавила им сильнее, заставляя его приподнять голову.

— А ты не промах.

Что произойдет быстрее: он свернет ей шею или она разобьет стакан и вонзит осколки ему в горло? А может, и то и другое? Дэн вдруг усмехнулся и ослабил хватку на её подбородке. Подняв руки в знак капитуляции, он плюхнулся обратно в кресло.

— А у тебя тоже характер не сахар.

Да Ин потерла ноющую челюсть, испепеляя Дэна взглядом. А тот, улыбаясь как ни в чем не бывало, поднял руку, подзывая стюардессу. Нагло попросив еще один стакан бурбона, он достал маску для сна.

— Учись уважать начальство, Да Ин.

Залпом опрокинув принесенный бурбон, он надел маску и откинулся в кресле. Да Ин с раздражением подняла перегородку между ними. Будь проклят Юн Тэ Чжон, отправивший этого ублюдка ей в напарники. Массируя ноющую челюсть, она открыла файл, сохраненный на планшете. Все ругательства, вертевшиеся на языке, мгновенно испарились при виде имени Квон Хи Джэ.

Квон Ён У...

Квон Ён У — сын Квон Хи Джэ, которому скоро исполнится восемь лет по корейскому счету. Значит, он женился как минимум восемь лет назад, что примерно совпадало со временем смерти дедушки.

— «Да Ин, а ты знаешь, что зарыто вон под тем священным деревом?»

В тот день дед собственноручно чистил хурму и развешивал её сушиться, приговаривая, что хочет сделать зимнее лакомство для своей уже взрослой внучки. Кажется, это было месяца за три до его смерти. Он улыбался, глядя на неё своим исхудавшим лицом, на котором осталась одна кожа да кости, и говорил, что раньше веревки для сушки плели из соломы, а теперь мир стал таким удобным.

— «Люди называют его деревом с призраками и боятся трогать, но это всё ерунда. Его посадил мой отец, когда я был маленьким. Оно так хорошо росло, что я в шутку прозвал его священным деревом. Так что, когда я умру, обязательно копни под ним. Поняла?»

Да Ин, жевавшая кусочек хурмы, тогда лишь прикрикнула на него, чтобы не болтал глупостей.

— «Хо-хо, ну и характер у девчонки».

Строгий, но ласковый дед был её единственным опекуном и опорой в этом мире. Да Ин попала к нему на руки еще младенцем. Подробностей она не знала, но родители развелись сразу после её рождения, спихнули ребенка на старика и исчезли в неизвестном направлении. Ей говорили, что у взрослых бывает много причин для развода. К счастью, Да Ин не была склонна переживать по пустякам и ходила за дедом хвостиком, как утёнок. Ее спокойный характер позволил ей занять первое место в скоростной стрельбе на школьных соревнованиях. Тренеры называли её одаренной трудягой. Когда она целилась в мишень, все тревоги и заботы исчезали, оставляя в голове звенящую пустоту, и ей нравилось, что можно ни о чем не думать. Конечно, её звали в национальную сборную, но Да Ин выбрала Полицейскую академию. Кажется, она хотела стать госслужащим, о чем постоянно твердил дед. Вместо того чтобы полагаться на удачу в спорте, она хотела стать полицейским с гарантированной зарплатой. Оглядываясь назад, она понимает, что её тянуло к профессии полицейского, как пчелу к цветку. Нужно было заметить, как дрогнуло лицо деда, когда она сказала, что станет полицейским. Надо было прислушаться, когда он просил подумать еще раз. Поступив в академию с лучшими баллами, Да Ин переехала в общежитие и, естественно, стала уделять деду меньше внимания. Именно тогда здоровье дедушки начало стремительно ухудшаться.

— «Привет».

Получив известие о том, что он госпитализирован с обострением хронической болезни и пневмонией, она взяла увольнительную и помчалась в больницу. Открыв дверь палаты, она столкнулась с мужчиной, выходившим оттуда. Это был Квон Хи Джэ, которого она не видела четыре года. Пока дед заходился в тяжелом, мучительном кашле, мужчина приветливо улыбнулся ей. От этой пугающе спокойной улыбки у Да Ин кровь бросилась в лицо. Ей казалось, что все несчастья, свалившиеся на них, происходят по вине этого человека. Его «броня» стала еще крепче, а аура — острее, чем при первой встрече. Но теперь в этом мужчине, от которого веяло какой-то необъяснимой опасностью, отчетливо ощущался запах криминала. И запах тяжелого парфюма. Он прошел мимо неё, сверлящей его взглядом, и направился по больничному коридору. Её взгляд прикипел к нему и двум мужчинам, похожим на водителей, следовавшим за ним. Дедушка не пережил ту зиму.