Как только Да Ин прибыла в Pau hana, ей пришлось столкнуться с пятью незнакомыми блюдами. Это была лапша, о которой предупреждал Дэн, приготовленная лично Кларой, который ждал Да Ин. Подперев подбородок руками и сделав «цветочек», Клара ждал её вердикта.

— Я же не эксперт, Клара.

— Ничего страшного. Просто попробуй по кусочку. Я придумал новое меню в азиатском стиле! Вот это — лапша с корейской пастой твенджан.

Если там твенджан, почему она зеленая? Да Ин вообще не интересовалась кулинарией и привыкла есть то, что дают, так что вряд ли могла дать Кларе полезный совет. Но разочаровывать Клару, смотрящего на неё с такой надеждой, не хотелось. Раз уж его креветки в масле попали в гид Мишлен, кулинарные навыки не могут быть совсем уж ужасными... решила она твердо в это поверить. Сглотнув слюну, Да Ин начала пробовать блюда по часовой стрелке, начиная с ближайшего. Из кухни, из-за стойки и из разных уголков зала выглянули сотрудники Pau hana. Все ждали реакции Да Ин. Ох, это немного... давит. Но деваться некуда. Да Ин по очереди отправляла еду в рот. Вкусно. Вкусно. Вкусно. Продолжая самовнушение, она зажмурилась и жевала, пока наконец не вскочила и не закричала:

— Воды!

Тут же раздались вздохи разочарования, кто-то давал «пять», кто-то доставал деньги из кошелька. Словно ожидая этого, ей тут же принесли ананасово-манговый сок. Видимо, они делали ставки, потому что громко смеялись и шумели, делая непонятные жесты. Они точно знали, насколько острая эта еда.

— Остро, остро же! Нет, как можно сделать так остро? Это спланированное убийство!

Она так обалдела, что несла первое, что приходило в голову. Клара, всё так же подпирая подбородок, нахмурился, словно признавая очередное поражение.

— Странно. Мне совсем не остро.

— Остро!

— Вот в чем проблема. Почему я никак не могу отрегулировать остроту, не понимаю.

— Может, просто не класть ничего острого? Так ведь проще?

Да Ин залпом выпила сок, пытаясь остудить пунцовое лицо. Дело было не только в лице. Её язык и желудок, привыкшие к острой пище, скручивало в узел. Кстати, не про это ли блюдо было условие «если хочешь жить, никогда не ешь»? Да Ин, почти уткнувшись лицом в стол, простонала:

— Ты специально, да? Ты злой, Клара.

— Да ну. Разве я похож на такого? Оу.

— Да. Похож.

— Жестоко, Найн. Эй, сюда банановый милкшейк, быстро!

Клара громко крикнул в сторону кухни. Да Ин, прищурившись, вспомнила про Дэна, который всё не появлялся.

— А где Дэн?

Клара тут же начал притворяться, что не слышит, щелкая пальцами в такт музыке и покачивая плечами. Да Ин приложила руку ко лбу, чувствуя неладное.

— Что случилось с тем типом вчера?

— Ушел с миром. Не волнуйся. Я даже цветы разбросал, так что он благополучно добрался до ада.

— Видимо, он всё выложил. Иначе был бы еще жив.

Пожав плечами, Клара принес нормальную еду. Это был рис с креветками в масле, щедро посыпанный ароматной зеленью. Но аппетит у Да Ин уже пропал, и она не могла поднять ложку.

— Дэн решил разобраться в одиночку?

— Эти типы нацелились на Кита Квона. Ребенок ни при чем.

— А он справится один?

— Ты что, за Дэна переживаешь? Боже, это самое бесполезное занятие в мире.

— Знаю, что он не пострадает, но вместе мы бы закончили быстрее.

— Для Дэна это будет как свидание.

Настолько он силен? Что ж, его послужной список говорит сам за себя, так что вряд ли что-то случится. И всё же она не могла не волноваться. Кое-как поев, она вернула велосипед Кларе и получила скутер.

— Собираешься поехать?

Клара, вышедший проводить её, с сожалением протянул шлем. Да Ин кивнула в сторону ресторана, где кипела подготовка к открытию, и надела шлем.

— Просто проверю, жив ли он. Если ранен — подразню немного, если добыл информацию — поделюсь.

— Там сейчас, наверное, самый разгар.

— Ну и что... Посмотрю вживую, будет наглядное пособие, разве нет?

— Хм... Ладно. Возьми это.

Клара достал телефон из заднего кармана и вложил ей в руку. Телефон только для миссий. На главном экране в реальном времени отображались координаты Дэна. Точка двигалась медленно, видимо, он только что вышел с яхты. Наверняка бредет вразвалочку к отелю. GPS-датчик был сделан на совесть. Поправка: он был пугающе точным. Клара, вытянув шею и подсмотрев координаты Дэна на экране, вздрогнул, встретившись взглядом с Да Ин.

— Нет, просто у Дэна вживленный под кожу GPS. Недавно внедрили, пару месяцев назад в Камбодже против мафии пробовали, вроде ничего...

— То-то и оно.

— Найн, тебе это не нужно. «Валентайн» уважает выбор агентов.

Ухмыльнувшись, Клара завел скутер вместо Да Ин. Она тяжело вздохнула и туго затянула ремешок шлема.

— Я поехала. И кстати, в Корее есть легенда, что если баловаться с едой, мама шлепнет по спине. Больше не шути с моей едой. Желудок горит.

***

В завершение нежное прикосновение скользнуло по всему телу. Квон Хи Джэ открыл глаза, услышав звук открывающейся двери процедурной. Женщина, улыбнувшаяся кому-то у входа, потянулась за влажным полотенцем.

— На этом закончим.

— Нужно еще стереть масло...

— Спасибо за работу.

Из-за его решительного тона массажистка кивнула, не став спорить. Но вместо того чтобы уйти, она начала возиться у полок, якобы убирая использованные средства.

— В таких случаях нужно уходить. Ким Со Ён-сси.

Подошел и протянул руку Квон Хи Джэ Чу Сын Он. Женщина, переводившая взгляд с одного мужчины на другого, неловко улыбнулась.

— Прошу прощения.

— Спасибо за труды.

— Не стоит благодарности.

Только после того как женщина вышла, Квон Хи Джэ встал, накинул халат и пошел в ванную. Масло лучше смывать водой, чем вытирать полотенцем.

— Я пришел спросить, как всё прошло, но, кажется, ответ не требуется.

Чу Сын Он усмехнулся за спиной Квон Хи Джэ, стоявшего под душем. Включив теплую воду, Хи Джэ раздраженно ответил:

— Что это за баба? Твоих рук дело?

— Я ничего не делал. Разве вам обычно не нравятся такие типы?

— То-то она слишком старалась. Не в моем вкусе. Вкусы изменились.

— А, так вам, может, нравятся маленькие девочки?

Странно откровенный и язвительный тон. Обычная манера Чу Сын Она, но слово «маленькая девочка» вызвало в памяти лицо, которое ему не понравилось. Наспех смыв масло, он вытерся полотенцем и встал перед зеркалом. Теребя отросшие волосы, длиннее, чем когда он был в Корее, он небрежно стряхнул с них воду.

— Если пришел нести чушь — вали, придурок.

— Ли У Хи нельзя. Личность не установлена, адрес не подтвержден, к тому же она студентка.

— Эй.

Взгляд, которым он сверлил отражение нагло болтающего Чу Сын Она в зеркале, был ледяным. Впервые за долгое время они смотрели друг на друга без тени шутки.

— Если просто развлечься, выберите путь попроще.

— Я хочу жить просто, но ты, ублюдок, всё усложняешь.

— Ли У Хи всего двадцать пять. Будет много проблем.

Имейте совесть, — усмехнулся Чу Сын Он и вышел из гардеробной. Блядь, знаю я. Знаю, что связался со странным типом. Переодевшись, он вышел из процедурной вместе с ожидавшим его Сын Оном.

— Я родил Ён У в двадцать шесть. Придурок.

У Чу Сын Она от такой нестандартной реакции Квон Хи Джэ голова пошла кругом. Он видел Квон Хи Джэ разным, но его недавнее поведение было в новинку даже для Чу Сын Она. И оттого опасным. Эти черты не были заложены в программу, и Сын Она, которому скоро нужно было уезжать, это беспокоило. Спустившись по лестнице, хромающий Квон Хи Джэ и Сын Он увидели Ун И и Квон Ён У, лежащего в гостиной с игровой приставкой. А перед ним на корточках сидела Ким Со Ён.

— Ты что, выбрал её только потому, что у неё то же имя, что у матери ребенка?

— Фамилии-то разные. Вы уже забыли?

— Не забыл.

Не сговариваясь, они наблюдали за женщиной, пытающейся играть с ребенком. Она спрашивала Ён У об игре, в которой ничего не понимала, и улыбалась в ответ на его сбивчивые объяснения. Чу Сын Он внимательно следил за выражением лица Квон Хи Джэ. В Корее ребенок рос в гиперопеке и даже в обычное детское кафе толком не ходил. Постоянные попытки похищения и угрозы. Из-за давления окружающих, использующих ребенка как рычаг, Квон Хи Джэ жил как ощетинившийся еж. Поэтому и в этот раз Квон Хи Джэ сделает выбор в пользу ребенка. Как и всегда, в мире Квон Хи Джэ не было ничего важнее Ён У. В этом можно было не сомневаться. Наблюдая за ребенком, Квон Хи Джэ повернул в сторону спальни. Шагая, он бросил:

— Я пока не планирую искать замену матери ребенка, так что убери её. И вали уже в Корею. Шумно от тебя.