Дилер с виртуозной ловкостью рук раздал карты троим клиентам. Казино, оформленное в стиле средневекового европейского банкетного зала, было полно людей со всего мира. Под классическую музыку и яркий свет безостановочно разносили фишки и подавали напитки. За одними столами раздавались радостные крики, за другими — вздохи разочарования. Квон Хи Джэ, взяв в руку бокал скотча со льдом, перевернул карту и сказал:

— Так вы не можете дать мне информацию об агенте, приставленном к моему сыну?

Юн Тэ Чжон принял ставку, придвинул фишки и прищурил глаза за круглыми очками, улыбаясь.

— Доверие клиента важно, но для нас не менее важно психологическое состояние агентов. Есть агенты, которые категорически против раскрытия своей личности.

— Я плачу вам деньги, вам не кажется, что это перебор?

— Приношу свои извинения. Но поскольку это был заказ от господина Квон Хи Джэ, мы подошли к выбору со всей серьезностью. Вы его еще не видели, поэтому вам сложно поверить, но это агент того же уровня, что и Снейр. Хоть сам он и утверждает, что у него С-ранг. Но в нашей компании нет никого, кто стрелял бы быстрее него.

Короче говоря, верьте и ждите. Квон Хи Джэ проверил вторую карту и пододвинул фишки. Как только он узнал, что Чу Сын Он доверил свою охрану «Валентайну», Квон Хи Джэ сразу же определился с телохранителем для Ён У. Отсутствие конфликтов между командами было важным фактором, но его также заинтересовала эта незнакомая европейская ЧВК. Однако, в отличие от Дэна Снейра, который обеспечивал плотную охрану, охрана ребенка велась втайне. Причиной тому было опасение, что ребенок может испугаться телохранителя или заработать нервный срыв из-за постоянного ощущения слежки. Поначалу он подыгрывал этим словам, но сомнения, появившиеся в последнее время, привели его сюда.

— Тогда объясните хотя бы, что происходит вокруг меня. Начиная с того случая в отеле.

Квон Хи Джэ, откинувшись на спинку стула, словно карточная игра его вовсе не интересовала, поднял бокал. Юн Тэ Чжон, с все тем же непроницаемым выражением лица, потер поверхность карты и осторожно объявил колл.

— Как вы, наверное, догадываетесь, все сложнее, чем кажется. Поэтому мы решили устроить шумную разборку в отеле, а затем разбираться с проблемами по одной. Из Кореи поступило четыре заказа на убийство, да еще и японские якудза зашевелились. Честно говоря, появления якудза мы не ожидали, поэтому пришлось действовать в спешке. Но Снейр, разумеется, со всем разобрался.

Квон Хи Джэ нахмурился, бросив взгляд на невозмутимо сидящего Дэна. То, что за его спиной произошло столько всего, было удивительно, но еще более странным было то, что до него не дошло ни единого слуха об этих инцидентах.

— Значит, он отрабатывает свои деньги.

— Вы заплатили немалую сумму, мы обязаны заботиться о вас.

— А что насчет ребенка? Это мне кажется, или вокруг него постоянно крутится какая-то подозрительная шваль?

— Ну, это…

Только тогда Юн Тэ Чжон оторвал взгляд от карт, протянул руку назад, и стоящий позади мужчина подал ему планшет. Его узкие длинные глаза без двойного века были настолько непроницаемыми, что от них веяло странным холодком. Смуглая рука Юн Тэ Чжона смахнула экран. Слегка приподняв бровь, он нахмурился, посмотрел на Дэна и сказал:

— О, а информацию-то уже всю выкачали. Это… ставит меня в неловкое положение. Использовали код доступа, недоступный для С-ранга, и скачали всё. А… так чем же тогда заниматься командному центру?

— Видимо, программа вашего командного центра не пришлась этому парню по вкусу.

Квон Хи Джэ, сидя между этими двумя, обменивающимися колкостями, перевернул карты по сигналу вскрытия. Каре. И две пары. Победителем стал Квон Хи Джэ, но, как ни странно, радости это не принесло. Когда он встал с бокалом в руке, лицо дилера вытянулось от изумления.

— Надеюсь, этот парень — не тот, о ком я думаю. Фишки оставьте себе на чай. И… Ли У Хи. Мне нужна информация об этой женщине, живущей на вилле. Уж это-то вы можете сделать?

Квон Хи Джэ с серьезным лицом протянул руку Юн Тэ Чжону. Тот со сложным выражением лица пожал ее. Легко пожав ему руку, Квон Хи Джэ развернулся и пошел через казино. Медленно покатав на языке выпитый алкоголь и проглотив его, он поставил бокал на ближайший столик.

— Это судно контролирует русская мафия. Вероятность инцидентов здесь мала, но если что-то случится — будет крайне опасно. Не ходите один.

Вдруг возникший из ниоткуда Дэн пробурчал ему в затылок, словно отчитывая. Квон Хи Джэ кивнул и усмехнулся:

— Страшное место. Пойдемте в номер. Передайте директору Юну, что я жду ответа до завтрашнего завтрака.

— Он не даст вам ответа. Такова политика компании, и нарушения не допускаются.

— Хм, даже не знаю, сказать, что вы крутые… или просто кучка наглецов. Понятно. Значит, спасение утопающих — дело рук самих утопающих. А, мистер Снейр, можете еще развлечься. Я видел, вы неплохо играете в карты.

— Мне это неинтересно.

Выйдя из казино, он поднялся в свой номер на 16-м этаже. В отличие от обычного гостиничного люкса, за окном плескалась черная морская вода. На его лице, смотрящем на бескрайний океан, читалась глубокая задумчивость. До сих пор он подозревал Ли У Хи. Нет, он был уверен. Но чтобы эта женщина была не просто агентом нулевого ранга, так еще и снайпером, специализирующимся на скоростной стрельбе? Услышав это, его уверенность дала трещину. Ли У Хи, конечно, девушка своеобразная, но не до такой же степени монстр.

— Выпьете? — спросил он Дэна, открыв мини-бар и достав бутылку виски с довольно неплохой этикеткой.

Дэн, выбравший комнату напротив Квон Хи Джэ, подошел и поставил перевернутый стакан.

— Только один.

— Честно говоря, я подозревал эту женщину.

Буль-буль, — приговаривал Квон Хи Джэ, наливая виски. Жидкость чуть темнее медового цвета заполнила стакан наполовину.

— Вы о студентке Ли У Хи?

— Да, о ней.

Блять, ну я и придурок. Выругавшись с усмешкой, он наполнил и свой стакан. Налив в два раза больше, чем Дэну, он поднял его. Мужчины чокнулись и залпом осушили стаканы. Выпив всё до последней капли и выдохнув воздух, пропитанный алкоголем, они разошлись по своим комнатам. Горечь, которую не смог скрыть даже крепкий алкоголь, осталась во рту. Она преследовала его, не желая отпускать. Приняв душ, он лег в кровать голым и по привычке подключился к серверу системы безопасности, установленной дома. Появился список из десятков камер, но он проверял только две. На экране камеры, направленной на его комнату, он увидел выходящую Ли У Хи. Видимо, она только что приняла душ — была одета в удобную одежду и зевала на ходу. Он попытался увеличить ее лицо, но упустил момент и нахмурился. Однако вскоре она появилась на другой камере. Эта камера была направлена на дверь комнаты Ён У. Как только она тихонько приоткрыла дверь, ждущий ее мальчик выбежал и крепко обнял ее за талию. Она тепло улыбнулась, погладила ребенка по голове, а затем, подхватив одной рукой семенящего за ними Черныша, зашла внутрь. С его губ сорвался тихий вздох. Если Ли У Хи действительно племянница Пак Кын Сика, то он просто сукин сын, не сумевший совладать со своим опасным любопытством. И не более того.

— Ха, блять…

Бросив телефон, он уткнулся лицом в подушку. Впервые за долгое время он почувствовал такую пустоту, словно шел ко дну.