Контент удален!

Но мгновенный ответ вдребезги разбил эту догадку.

— Нет у меня никаких болезней.

— Тогда, может, какие-то религиозные...

— Я атеист. Ни во что не верю.

— Значит... никаких объективных причин нет, но вы всё равно не можете со мной встречаться? Даже если я нравлюсь вам как девушка?

— ...

— Сонбэ.

— Да. Но ты мне нравишься. Кроме тебя, я ни на кого даже не смотрю. Это неоспоримый факт.

На этот раз он не отвёл взгляда и посмотрел Е Со прямо в глаза. Не ерошил нервно волосы, не зажмуривался и не стискивал зубы.

— Каждый раз, когда я смотрю на тебя, я возбуждаюсь. Я хочу увидеть тебя голой, хочу трогать, хочу обнимать. Я хочу с тобой спать.

— Блядь.

Он всё-таки выругался. Но ругательство, казалось, предназначалось ему самому. Увидев его таким несдержанным, Е Со попыталась что-то сказать, но губы лишь беззвучно приоткрылись.

Однако куда большим шоком стало это абсолютно неприкрытое, лишённое всяких фильтров признание в вожделении. Между бёдер внезапно вспыхнул необъяснимый жар, и тягучее, горячее чувство отозвалось глухой болью внизу живота.

— Сонбэ, вы...

Но в то же время сознание прояснила острая вспышка гнева.

— Я совершенно не понимаю, чего вы от меня хотите.

То ли из-за злости, то ли ещё почему-то, но её разум стал кристально ясным. Как будто недавнего обморока и не было. Однако зрение затуманилось от слёз.

— Я вас вообще не понимаю.

— ...

— С этого момента, пожалуйста, полностью игнорируйте меня. Не заговаривайте со мной. И не приближайтесь.

Слеза скатилась по щеке и упала на одеяло.

— Хватит играть моими чувствами.

— Мин Е Со.

Она покачала головой, призывая его замолчать. Если он собирался завести старую пластинку, она не желала этого слушать. Ни единого слова.

— Знаете, кто вы, сонбэ?..

Е Со судорожно вдохнула и на выдохе произнесла:

— Вы просто мусор.

— ...

— Вы плохой человек.

Всхлипнув, она всё же разрыдалась. Как давно она вот так ни перед кем не плакала! Впервые с тех пор, как повзрослела — со дня похорон папы.

— На этом всё. Я вычеркну вас из сердца. Окончательно.

Слёзы лились ручьём, но голос звучал чётко и ясно. Грудь сдавило от переполняющей обиды и горечи, словно её выжимали изнутри.

— Клянусь памятью отца. С этой секунды я больше не буду испытывать к вам никаких чувств.

— Е Со.

— Уходите.

Вытирая слёзы тыльной стороной ладони, она потянулась и нажала кнопку вызова медсестры. Ей больше не хотелось его видеть. Даже находиться с ним в одной комнате было невыносимо. Медсестра появилась почти сразу, коротко постучав перед тем, как открыть дверь.

— Извините, я хочу побыть одн... Нет, я хочу выписаться прямо сейчас...

— Мин Е Со.

Хан Джу Хёк поднялся со стула и встал спиной к медсестре.

— Уже слишком поздно. Я уеду, а ты останься до утра и потом иди.

— ...

— Я исчезну. Прямо сейчас.

Развернувшись, он бросил пару слов медсестре и сразу же вышел из палаты. Хан Джу Хёк испарился в мгновение ока. И тут у Е Со снова хлынули слёзы. А она-то думала, что если он исчезнет, плакать больше не захочется.

Осознание того, что это действительно конец, тяжёлым комом подкатило к горлу, перекрывая дыхание. Она заставила себя успокоиться, пока медсестра была в палате, но стоило двери закрыться, как снова зарыдала.

Это были слёзы, возвещающие о финале её короткой, но такой глубокой первой любви.

***

В главном особняке семьи в Сонбук-доне, куда Джу Хёк давно не заглядывал, стояла глухая тишина. Старшие члены семьи обычно ложились спать ещё до полуночи, так что вместо них его встретил управляющий Ким.

Джу Хёк даже не помнил, как довёл машину до дома. В так называемой «ландшафтной комнате», служившей кабинетом и местом отдыха его дяди Хан И Сока, всегда лежал запас лучших сигар. Едва вспомнив об этом, он на автомате поднялся на второй этаж.

Голова шла кругом. Опустившись на диван в пустующем кабинете, он прикурил сигару. Дым вырвался изо рта, словно тяжёлый вздох.

Когда Сон Джун всё-таки удосужился сообщить ему о Е Со, он как раз возился с сервером интернет-магазина Пак Ён Джи. Едва прочитав сообщение, он сорвался с места и выбежал из квартиры. Времени ждать лифт не было, он слетел по лестнице и, выскочив из лобби, тут же заметил знакомый силуэт по диагонали от здания.

Мин Е Со сидела, скорчившись под навесом закрытого кафе. При виде неё кровь бросилась ему в голову, закипая от ярости. Будь Пак Сон Джун сейчас рядом, он бы точно схватил кузена за грудки и впечатал в стену.

Не теряя ни секунды, Джу Хёк бросился к ней. Но прежде чем он успел добежать, тело Е Со пошатнулось и безвольно осело на землю. Её лицо, бледное как полотно, казалось прозрачным в полумраке под выключенной вывеской, и выглядела она так, будто вот-вот умрёт.

Сколько прошло времени? Когда он снова открыл глаза, было уже больше двух часов ночи. На столике высилась горка сигарных окурков. Джу Хёк одним махом стряхнул пепел в пепельницу и подошёл к окну.

За перилами террасы виднелся густой, тёмный, как смоль, лес, а вдалеке, словно тонкая зубочистка, торчала Сеульская телебашня. Он не пил кофе, но спать совершенно не хотелось.

Наоборот, с каждой минутой его разум становился всё яснее.

***

Ноябрь незаметно подошёл к концу. Когда они с Чхэ Рин вышли из библиотеки, время близилось к десяти вечера.

Попрощавшись с подругой у задних ворот, Е Со направилась к автобусной остановке. На углу переулка в глаза бросилась знакомая красная вывеска забегаловки с токпокки. Воспоминание о том, как она сидела там у окна напротив Хан Джу Хёка, было ярким, будто это случилось вчера.

Больше таких дней не будет. Дней, когда она могла непринуждённо болтать с сонбэ, теряя счёт времени.

Она и не заметила, как пролетел последний месяц, а конец семестра оказался уже на носу. За всё это время они с Хан Джу Хёком ни разу не пересеклись. Пару раз они оказывались рядом перед зданием факультета, в коридоре, в студенческой столовой или в деканате, но ни разу не сталкивались лицом к лицу. Е Со считала это удачей в её несчастливой ситуации.

Она старалась не обращать на него внимания, но и не делала вид, что усердно его игнорирует. Не смеялась громче обычного, не пыталась казаться подчёркнуто весёлой и беззаботной. Просто старалась опустошить своё сердце и сосредоточиться на реальности, как если бы они никогда и не были знакомы.

Благодаря этому, даже когда она замечала Хан Джу Хёка издалека, ей удавалось сохранять спокойствие. В первые дни сердце, как по привычке, начинало бешено колотиться и замирать от напряжения.

Но наваждение быстро отступало. Она брала себя в руки и переключала мысли на что-то другое: горы заданий, экзамены и роман, над которым корпела в любую свободную минуту. И равновесие быстро восстанавливалось.

«Всё хорошо. Остался всего один семестр. Как и большинство четверокурсников, сонбэ наверняка закроет все оставшиеся кредиты в весеннем семестре, а во втором его уже почти не будет видно в кампусе».

Но ей не придётся ждать так долго. За время зимних каникул, когда она не будет видеть его даже издалека, её чувства окончательно угаснут. И тогда она сможет спокойно и уверенно двигаться дальше. Она верила, что так и будет.

— ...Со!

Перед самым входом в метро Е Со вдруг услышала за спиной знакомый запыхавшийся голос. Это был Чхве Ин Ха.

— Эй, Мин Е Со! Я тебя раз сто окликнул, ты вообще не слышишь? О, так ты и без наушников.

— Прости, оппа. Я задумалась кое о чём... Ты тоже до сих пор в библиотеке был?

— Ага. С проектом разбирался. А ты о чём таком думала? Со спины казалось, что решаешь судьбы мира.

Они сели на скамейку у входа в метро. Идти в кафе было уже поздно, да и ночь на удивление выдалась тёплой.

— А... Просто мои занятия с ученицей заканчиваются в середине декабря. Мин А собирается поступать за границу, так что мне нужно искать нового ученика или другую подработку. Мама Мин А обещала поспрашивать знакомых, но мало ли.

Е Со неловко улыбнулась и сослалась на репетиторство. Это тоже входило в список её насущных проблем, так что она не соврала.

— А что с кафе? В том, что перед главными воротами, на каникулах работать не будешь?

— Кажется, этой зимой они закрываются на ремонт. А мне нужно хорошенько подзаработать за зиму, так что на крайний случай пойду ассистентом в академию.

— Слушай, раз такое дело... как насчёт того, чтобы поработать в компании моего отца по контракту? Он как раз ищет помощника в офис. Ты же отлично справляешься с Excel и презентациями. Да и характер у тебя педантичный.

— Э-э... В компанию твоего отца?

Офис отца Чхве Ин Ха и его среднего брата находился в Чонно, что было не так уж далеко от её дома. И, как Ин Ха и заметил, с офисными программами она справлялась неплохо.

— Платить будут больше минималки. Плюс деньги на обеды, само собой. Понятно, что это не репетиторство, но зато, когда старпёров не будет, сможешь расслабиться, книжки свои почитать... Разве так не лучше?

— Ну нет. Раз уж это знакомые, я должна работать ещё усерднее, ты о чём вообще?

— Уф, ну да. Я же знаю, что ты до мозга костей правильная и трудолюбивая. Короче, у нас дома тебе будут только рады, так что считай, договорились, окей?

— Если действительно можно, то я буду очень благодарна. Спасибо, но...

— Раз благодарна, значит, благодарна, что за «но»? В общем, решено. Подробности обсудим после сессии. Подработка всё равно начнётся числа с пятнадцатого.

— Хорошо. Но если твой папа будет против, так прямо и скажи. Я правда пойму и не обижусь.

Е Со закинула сумку на плечо и уже собиралась встать, когда Чхве Ин Ха жестом её остановил.

— Погоди, у тебя последний экзамен восьмого?

— А, да. А девятого — сдача финального проекта.

— Да? Тогда давай встретимся десятого. Я приеду к тебе в Итхэвон.

— Десятого? Хм... Это суббота, так что нормально. Договорились.

Они решили списаться накануне, чтобы договориться о времени и месте, и снова пошли к метро. Видимо, решив вопрос с подработкой, Е Со почувствовала, как с плеч упал груз, и зашагала гораздо легче. За учёбу она получала стипендию, но дополнительные расходы и карманные деньги до самого выпуска полностью ложились на её плечи.

«Хоть бы Чон У выпустился вовремя...»

И дело было не только в том, что маме тяжело. Е Со совершенно не радовала перспектива вкладывать заработанные деньги в обеспечение брата. Как только она закончит университет, то хочет жить своей жизнью. Писать романы, балансируя между мечтой и реальностью, как и планировала уже давно.