— Эм... куда делся сонбэ? Ты случайно не видела Джу Хёка-сонбэ?

— А? Да вроде стоял тут, пока Хён Джу с ним не поздоровалась. Кстати, вчера на маркетинге, когда мы делились на группы, профессор ввёл новые правила. С этого семестра лидеру группы дают больше дополнительных баллов! И надбавка просто сумасшедшая. Все как с цепи сорвались, каждый хочет быть лидером. Да что там, даже Ли Дон Хван вылез, хотя он вообще не тянет...

— Пойдём внутрь, там договорим. Я же просила называть Ли Дон Хвана сокращённо — DHL?

В окружении однокурсниц Е Со зашла в здание, но всё равно оглянулась. Хан Джу Хёк как сквозь землю провалился. Она сунула ручку, которую всё это время держала в руке, в задний карман рюкзака и снова вздохнула.

Ладно эти девять тысяч девятьсот вон, но теперь мне нужно вернуть ему ещё кое-что...

За весь день Е Со не раз открывала и закрывала рюкзак, но в задний карман, которым обычно не пользовалась, так и не заглянула. Естественно, про ручку она благополучно забыла. Вспомнила о ней только тогда, когда ехала к своему ученику и получила сообщение от её владельца.

[Мин Е Со. Привет.]

Сидя в вагоне метро, Е Со машинально взглянула на экран телефона и широко распахнула глаза. Кто это? Номер незнакомый.

[Интересуюсь, когда ты вернёшь мне ручку.]

В тот же миг в памяти всплыло лицо Хан Джу Хёка. И ручка в заднем кармане рюкзака.

[Деньги можешь не возвращать, но этой вещью я дорожу. Её подарил друг моего дедушки на поступление в университет.]

Тихо ахнув, перепуганная Е Со тут же набрала его номер. Раз он строчит сообщения одно за другим, значит, может говорить. Однако трубку сняли далеко не сразу.

— Алло.

— Ой, Джу Хёк-сонбэ. Простите. Я только сейчас про неё вспомнила.

На самом деле, даже вспомни она о ручке раньше, вернуть её всё равно бы не вышло: в тот день они больше не пересекались, а его номера у неё не было. Е Со только открыла рот, чтобы сказать, что отдаст ручку завтра в университете, но он её опередил:

— Там выгравировано моё имя. Её сделали на заказ специально для меня.

Его голос звучал монотонно и лениво. По этой интонации было совершенно непонятно, злится он или просто недоволен. Растерянная Е Со достала ручку из рюкзака и начала вертеть её в руках. Корпус был плотно усыпан сверкающими, похожими на бриллианты камнями, а в нижней части виднелась гравировка: «Hyeok, Han».

— Простите, сонбэ. Завтра я вам её...

— Завтра у меня только одна пара, но её отменили из-за расписания профессора. Ехать в универ только ради ручки мне будет затруднительно.

— Ах, завтра же пятница. Тогда, наверное, в понедельник...

— Вот незадача. Как раз в воскресенье у того самого друга дедушки, который подарил мне эту ручку, день рождения. Он обрадуется, если я покажу, что пользуюсь ею, так что в воскресенье она мне позарез нужна.

— А...

Что же делать? Е Со так растерялась, что не нашла слов, и Хан Джу Хёк продолжил:

— Видимо, придётся забрать её в субботу.

К счастью, в субботу у неё не было занятий с учениками, но до четырёх часов дня она должна была сидеть в аптеке. Хоть сотрудница, работающая неполный день, и выходила по выходным, каждую субботу Е Со должна была помогать ей с приёмкой товара и инвентаризацией.

— Тогда... я освобожусь только после четырёх. Я могу подвезти её поближе к вашему дому. Вы где живёте?

Ей оставалось только молиться, чтобы это было не слишком далеко. По факту, сонбэ сам ушёл, не забрав свою вещь. Где-то в глубине души Е Со понимала, что это не совсем справедливо, но поделать ничего не могла.

Она почувствовала это ещё в кафе: у Хан Джу Хёка была врождённая способность подавлять в собеседнике любые сомнения и желание сопротивляться. Его видимые холодность и высокомерие были лишь верхушкой айсберга. Стоило столкнуться с ним один на один, как от него начинала исходить аура, которая загоняла человека в нужные Джу Хёку рамки ещё до того, как тот успевал что-либо осознать.

— А ты?

— Что? Я в Погвандоне.

— Да? Близко.

— Правда? Слава богу. Тогда куда мне...

— Давай по-честному встретимся посередине. Как насчёт Итхэвона?

— Я за.

Е Со обрадовалась. До Итхэвона можно было дойти пешком — так близко он находился. Правда, придётся долго подниматься в гору, отчего будут гудеть ноги, но всё же.

— Тогда встретимся у выхода со станции Итхэвон примерно в половине пятого? У какого выхода?

— Любишь панкейки?

— А? Пан... панкейки?

Этот внезапный вопрос сбил её с толку. Неужели он зовёт меня поужинать? Но его следующие слова подтвердили её подозрения.

— Там есть место, где отлично готовят панкейки. Если не имеешь ничего против, пойдём туда. Часов в пять? Подробности скину сообщением.

— Сонбэ, п-подождите минутку. Я думала, просто отдам ручку и уйду...

— Раз уж возвращаешь с опозданием, могла бы хотя бы угостить меня обедом.

— Я-я?

Это уже ни в какие ворота не лезло. Возможно, поэтому мысли Е Со сами собой сорвались с языка:

— Сонбэ. Я очень благодарна за то, что вы одолжили мне ручку. Но когда я хотела её вернуть, вас уже след простыл. Так что моей вины здесь сто процентов нет...

— Что. Так не хочешь меня кормить?..

— А? Н-нет, дело не в этом...

Может, я просто куплю вам кофе? — Е Со уже открыла рот, чтобы предложить компромисс, но Хан Джу Хёк заговорил первым. Ей показалось, что на том конце провода раздался тихий смешок.

— Тогда угощу я.

— ...

— Договорились? Суббота, пять часов. Место скину сообщением.

— Да... хорошо.

Она ответила на автомате. Звонок тут же завершился. Только сейчас Е Со поняла, что проехала свою станцию. К счастью, времени было в запасе, и на урок она не опоздает, но всё равно чувствовала себя полной дурой.

Мин Е Со, какая же ты жалкая. Повела себя как идиотка под гипнозом...

Пока она шла к дому ученика, разговор с Хан Джу Хёком не выходил у неё из головы. На самом деле, угостить его едой не было проблемой. Свои расходы и карманные деньги она покрывала за счёт подработок в свободное от учёбы время — репетиторство, помощь в офисе, продажа кофе на мероприятиях, — поэтому денег всегда было впритык. Но один раз оплатить счёт в кафе она всё же могла.

Но из-за внезапно вспыхнувшего возмущения она ляпнула резкость, и теперь выходило так, что он будет платить за неё.

Да что вообще происходит? Ужин наедине с Джу Хёком-сонбэ в субботу?..

Она была ошарашена, но не испытывала неприязни. Наоборот, сердце учащённо билось. Это не было свиданием — просто совместный ужин, — но внутри всё равно странно трепетало.

***

Спустя день этот трепет в одночасье сменился ужасом и отчаянием.

В пятницу вечером другой ученик решил рассмотреть её пенал, открыл его, не удержал в руках и выронил. И надо же было такому случиться, что из всего вороха канцтоваров именно перьевая ручка Хан Джу Хёка отлетела прямо под тапочек матери ученика, которая в этот момент заходила в комнату с перекусом.

Когда Е Со подняла ручку и убрала её обратно в чехол, ей казалось, что обошлось. Но на следующий день, когда она достала её перед уходом в аптеку, её сердце рухнуло.

— Боже. Что это?

На обратной стороне корпуса, усыпанного камнями, похожими на бриллианты, зияла царапина. И как назло, прямо рядом с его именем «Hyeok, Han». Сами буквы не пострадали, но глубокая борозда прямо под ними бросалась в глаза.

— Ох. Что же делать... Зачем я вообще переложила её в пенал...

Я с ума сойду. Мин Е Со, какая же ты идиотка! Она сделана на заказ, я даже возместить ущерб не смогу! Что мне делать?!

Е Со в отчаянии вцепилась себе в волосы, а затем, спрятав ручку в футляр из-под очков, пошла в аптеку. Придя пораньше, она открыла двери и подошла к сотруднице на полставки, которая уже успела переодеться.

— О, Е Со. Ты чего так рано?

— Слушай, Су Мин-онни. Это дорогая вещь? Я случайно её уронила, и появилась маленькая царапина...

Чо Су Мин взяла ручку из рук Е Со и склонила голову набок.

— А? Ну, не знаю. Я больше по брендам вроде Hermès, Chanel, Louis Vuitton и прочим модным штучкам, в канцтоварах не разбираюсь. Может, Montblanc или что-то типа того? Погоди. Сейчас загуглю. Tibaldi?..

Су Мин на секунду уставилась в телефон, а затем с восторженным «Ого!» широко распахнула глаза.

— Ух ты! Пишут, что это Hermès в мире перьевых ручек. Погоди-ка, посмотри. Разве это не та же модель, что на фото? «Двухцветный чёрный корпус из белого золота, рутения и родия... лимитированная серия стоимостью около 50 миллионов вон. Если добавить индивидуальный заказ, цена возрастает до 55 миллионов вон...» Вау!

Ручка на фотографии была точной копией той, что принадлежала Хан Джу Хёку. Су Мин не переставала восхищённо цокать языком, не веря, что эта крошечная вещица стоит как сумка от Hermès. В этот момент дверь открылась, и вошёл покупатель. Су Мин поспешила к кассе, а Е Со ушла в подсобку.

Она доставала коробки с лекарствами одну за другой, но на душе было тяжело, словно там лежал свинец.

Что делать? Сомневаюсь, что это подделка. Если ручка и правда настолько дорогая...

Из груди вырвался тяжёлый вздох. Какой там ужин... От мысли, что она навлечёт на себя страшный гнев Джу Хёка, в глазах уже темнело от ужаса.

***

Всю дорогу до кафе с панкейками она мучилась тревогой и страхом, судорожно соображая, как извиниться и возместить ущерб. И вот, когда она оказалась на месте, Хан Джу Хёк как раз спускался по склону с задней стороны здания.

Несмотря на крутой уклон, он неспешно спускался, засунув руки в карманы брюк, и его походка казалась даже легче, чем на ровной земле. Встреча была назначена только через десять минут, так что его раннее появление стало сюрпризом.

Е Со всегда строго следила за временем, поэтому пришла заранее, но она никак не ожидала того же от Хан Джу Хёка. Впрочем, возможно, он пришёл пораньше просто по случайности.

  ✨P.S. Переходи на наш сайт! Больше глав уже готово к прочтению!  ➡️ Fableweaver