Контент удален!

Хи Дэ занимался с репетитором четыре дня в неделю.

К назначенному времени Хи Дэ вошёл в учебную комнату рядом со спальней, а за пять минут до начала занятия пришёл репетитор.

— Хён, вы пришли?

— Ага. Похоже, госпожи нет дома?

Хи Дэ кивнул. Мать вместе с матерью Мин Ука участвовала в мероприятии благотворительного общества.

— Сегодня у неё какое-то собрание. Сказала, что задержится.

— Правда? Госпожа тоже занята.

Репетитор Сын Хён сел и открыл сумку. Пока Хи Дэ молча наблюдал, как он готовится к занятию, он поспешно отправил Ён Со сообщение.

[Удалось достать рабочую тетрадь?]

Хи Дэ хотел узнать, добралась ли Ён Со сегодня до букинистического магазина. Ответ пришёл почти сразу.

[Нет. Не удалось. Сказали, что её только что забрали. Ничего не поделаешь.]

— Ха-а…

Получив ответ, Хи Дэ невольно издал болезненный стон. Букинистический магазин находился довольно далеко, поэтому Ён Со всегда немного опаздывала. Хи Дэ уже представлял, как она снова вернётся с пустыми руками и обессиленная, и тяжело вздыхал, когда Сын Хён посмотрел на него.

— Почему ты так глубоко вздыхаешь? В школе что-то случилось?

— Нет. Ничего.

— Тогда открывай книгу. В прошлый раз мы дошли до задачи номер шестнадцать.

Когда Сын Хён сразу попытался продолжить урок, Хи Дэ без особого интереса перелистнул страницы. Репетитор достал очки и ещё раз пристально посмотрел на кончики пальцев Хи Дэ.

— Что такое? Что случилось?

— Я же говорю, ничего.

— Ничего? По твоему взгляду видно, что сейчас на уроке всё будет отскакивать от тебя, не задерживаясь.

— Хён, можно я кое о чём спрошу?..

— О чём?

Сын Хён спросил, и Хи Дэ поднял голову. Потом постучал по рабочей тетради и задал вопрос:

— Честно, по-человечески: как вы думаете, мне правильно продолжать заниматься по этой программе наперёд?

— Хм, этап немного тяжёлый. Я решил, что лучше сначала быстро пройти материал, а потом ещё раз повторить, поэтому мы так и занимаемся. Почему? Тебе трудно?

— Немного трудно. Я понимаю, что занимаюсь наперёд, но думаю, что мне стоит ещё раз пройти основы.

— Основы? С базой у тебя всё неплохо. Кажется, нет тем, в которых ты не понял концепцию, да и применять знания ты умеешь.

— А нельзя просто сказать, что я не умею?

Сын Хён наклонил голову, не понимая смысла вопроса. Хи Дэ, подперев подбородок, бросил взгляд за окно.

— Я думаю, может, опустить уровень всего на одну ступень и начать заново.

Если опустить уровень на одну ступень, он совпадёт с тем, по которому занималась Ён Со.

— Мне в целом всё равно, но ты действительно уверен?

— Если вы хорошо объясните это моей матери.

— Я хотя бы хочу понять причину. Почему ты вдруг решил так сделать, хотя до этого всё шло хорошо?

После повторного вопроса Сын Хёна Хи Дэ, до этого крепко сжимавший губы, выпустил горячий воздух сквозь зубы. Затем медленно закрыл и открыл глаза и с трудом заговорил:

— Мне нужны материалы. Я сам смогу ещё раз всё пройти. Заодно.

— Для чего тебе материалы?

— Хочу отдать одному человеку. Есть одна девочка, которая постоянно ходит по букинистическим магазинам, но никак не может достать рабочие тетради.

В конце фразы Хи Дэ посмотрел на Сын Хёна. В отличие от обычного, взгляд его был очень серьёзным.

— Представьте, что заранее растите будущую студентку медицинского, и помогите мне, хён.

— Она хорошо учится?

— Да. Она на год младше меня, но если учится лучше, чем я, этим всё сказано.

«Хм-м». Сын Хён глубоко вздохнул и ненадолго задумался. Затем снова поднял голову и продолжил:

— Тогда давай так. Все материалы у меня уже есть, я отдам их тебе. Пусть она решает задачи, а ты приносишь их мне. Я смогу добавить несколько комментариев. А ты продолжишь заниматься как раньше.

— А, правда? Вы сделаете это для меня?

Хи Дэ широко раскрыл глаза и с готовностью обрадовался, а Сын Хён издал сухой смешок, будто считал его жалким.

— Ради этого ты хотел понизить уровень. Если госпожа узнает, меня уволят, негодник. Она решит, что я не умею работать.

— А, спасибо, хён. Я снова перед вами в долгу.

— Раз уж закончили, открывай книгу. Нам ещё далеко идти.

— Да.

Хи Дэ открыл рабочую тетрадь уже с совсем другим выражением лица.

— Я отдельно заплачу вам. Сделаю так, чтобы вы ни в коем случае не остались в убытке.

— Не надо. Я не беру деньги несовершеннолетних, на которых ещё сопли не высохли.

— Хён, а на моих деньгах действительно могут быть сопли?

Когда Хи Дэ спросил это, подняв только глаза, Сын Хён ненадолго задумался. Иногда, когда Хи Дэ смотрел таким взглядом, было трудно определить, сколько ему лет. Временами, очень редко, на его лице появлялось расслабленное и надменное выражение — аура, которая была не каждому доступна.

Сын Хён покачал головой.

— Верно. На деньгах Юн Хи Дэ не может быть соплей.

— Правда? Только не говорите маме. Спасибо, хён.

— Теперь это я больше обязан тебе. Получается взаимная выгода.

Они посмотрели друг на друга и рассмеялись. С этого дня Хи Дэ начал незаметно передавать Ён Со рабочие тетради. Он придумал простое объяснение: раз уровень понизили и пришлось начать заново, ему выдают копии материалов.

Чтобы помочь Ён Со, требовались правдоподобные обстоятельства и объяснение. Хи Дэ хорошо знал её характер: она не принимала помощь без причины.

Как бы то ни было, получать копии рабочих тетрадей для Ён Со не было большой проблемой. Она и не подозревала, что Хи Дэ платил за них. Взяв переданные им материалы, Ён Со записалась в читальный зал рядом с домом. Для неё это было единственным доступным видом роскоши вместо академии и репетитора.

*  *  *

Ветер, холодивший кончик носа, стих, и настало время обеда, когда уже чувствовалось довольно тёплое солнце. Пока большинство учеников ушли в столовую, Ён Со собралась с несколькими подругами на задних партах.

Когда на парту поставили большую металлическую миску, девочки стали складывать туда принесённый из дома остывший рис.

— А, кто положил рис с фасолью? Я не люблю фасоль, правда!

— Эй, просто ешь. Мама же говорит, что это полезно, и хоть умри — даёт только рис с фасолью.

В одной миске смешался рис, отражавший особенности каждой семьи: рис с чёрными зёрнами, рис с бурым рисом, рис с фасолью и обычный белый рис.

Сложив рис в миску, девочки принялись доставать закуски.

— Я принесла жареный говяжий фарш.

— Ого, сразу сильный ход. Номер один!

— А у меня розовая ветчина и сушёные полоски кальмара.

— Отлично, отлично! Настоящий праздник!

— Какие бы хорошие закуски ни были, без этого пибимпап не получится. У меня кочхуджан и кунжутное масло от бабушки.

— А, всё, игра закончена.

Девочки по очереди представляли принесённые закуски. Дождавшись своего череда, Ён Со открыла контейнер.

— А я принесла пять видов приправленных овощей.

Увидев аккуратно уложенные овощи, девочки захлопали, как тюлени.

— Ён Дэн, ты купила овощи в универмаге?

— Нет. Мама вчера сама приготовила.

— Вау, какие цвета! Слюнки текут. У вашей мамы потрясающий кулинарный талант. Она правда так быстро всё приготовила?

— Из-за Ён Дэн качество нашего пибимпапа внезапно взлетело, хотя мы собирались сделать всё совсем иначе.

Пока девочки шумно радовались, Ён Со с лёгкой улыбкой переложила овощи в миску. Когда она сказала матери, что собирается приготовить пибимпап с подругами на обед, вернувшаяся с работы мама тут же смешала и приправила овощи. Кулинарное мастерство, отточенное в доме чеболя, оказалось настолько превосходным, что одних аккуратного вида и сочетания цветов хватало, чтобы блюдо выглядело аппетитно.

В миску добавили три-четыре жареных яйца, посыпали всё измельчёнными водорослями, положили пару ложек кочхуджана и напоследок полили кунжутным маслом. Затем все весело принялись перемешивать рис. Ложки сталкивались друг с другом, и время от времени раздавался смех.

— Всё перемешали! Давайте есть! Приятного аппетита!

— Приятного аппетита!

Девочки по очереди накладывали себе по ложке. Первая попробовавшая рис широко раскрыла глаза и принялась топать ногами.

— Вау, с ума сойти! Это реально чертовски вкусно! Скорее попробуйте. Скорее!

— Я ради такого вкуса в школу и хожу. Вау, это было потрясающе!

Девочки, восхищённые вкусом пибимпапа, который заполнял весь рот, хмурили брови и без умолку болтали. Они хлопали по плечу стоявшую рядом подругу, шумели и снова и снова повторяли, как вкусно.

Ён Со тоже набрала большую ложку пибимпапа. Набив обе щёки, она начала топать ногами. Её реакция ничем не отличалась от остальных.

— Эй, Ён Дэн, правда очень вкусно? С ума сойти, да?

— Вау, правда вкусно. Вау, у меня слюни всё текут.

— Овощи — это гениальный ход. Давайте будем часто так готовить. Давайте даже назначим день и будем есть пибимпап. Такой вкус невозможно забыть.

— Хорошо. Я за!

Окружив одну парту, девочки полностью погрузились в праздник пибимпапа. Они смеялись, заметив кочхуджан на губах, а когда во время смеха в миску падали вылетевшие зёрна риса, раздавались возмущённые крики. Большая миска постепенно пустела, но никто не откладывал ложку первым — все дочиста выскребли рис.

Мыть миску после еды досталось тому, кто проиграл в «камень, ножницы, бумагу». Остальные девочки аккуратно убрали всё вокруг и даже открыли окна, полностью проветрив класс.

— Ён Дэн, пойдём чистить зубы. Одолжи мне немного зубной пасты.

— Хорошо. Подожди немного.

Ён Со, которую прозвали Ён Дэн, достала зубную пасту, и все без исключения протянули ей зубные щётки. Выдавив пасту, девочки взяли друг друга под руки и вошли в туалет.

Девочки смеялись, стоило им только увидеть лица друг друга, и разговаривали даже во время чистки зубов. Они болтали без остановки и без остановки смеялись.

Это был мирный обеденный перерыв.