Ён Со открыла небольшую частную юридическую контору. Офис, который для неё снял Хи Дэ, находился недалеко от «Пэкмун Авто», и она скромно отпраздновала открытие вместе с двумя сотрудниками.
Разнеся рисовые пирожки по соседним магазинам и со всеми поздоровавшись, Ён Со вернулась на своё место и задумчиво посмотрела на визитную карточку. Это была контора по уголовным и гражданским делам, прежде всего для жертв школьного насилия. Её собирались держать открытой и по выходным, чтобы дети, оказавшиеся на краю пропасти, могли прийти сами. Интерьер тоже специально сделали уютным.
Ён Со долго смотрела на слова «консультации по делам о школьном насилии», напечатанные на её визитной карточке, а потом подняла голову. Она хотела помогать пострадавшим возвращаться к нормальной жизни в обществе, не думая о деньгах и славе. Это была её давняя мечта и первая причина, по которой она выбрала профессию адвоката.
Ён Со считала, что сможет заняться этим, лишь накопив достаточно денег на старость, но благодаря помощи Хи Дэ осуществила мечту гораздо раньше, чем ожидала. Она тихо выдохнула, надеясь, что больше не будет детей, которые из-за дороговизны или недоверия ко всем пытаются держаться в одиночестве, а потом ломаются.
— Госпожа адвокат, попробуйте вот это.
Сотрудница вошла в кабинет, нарезав и выложив на тарелку ещё тёплые рисовые пирожки по случаю открытия. Ён Со отложила визитную карточку и улыбнулась.
— Хорошо, спасибо. Вы тоже поешьте, госпожа администратор.
— Я недавно уже ела. Очень вкусно.
— Рада это слышать.
Ён Со откусила кусочек слоёного рисового пирога-сируттока, нарезанного ножницами, и округлила глаза. Только что пропаренный сирутток был мягким и приятно сладким.
Открывая бутылку апельсинового сока, администратор заговорила:
— Надо же было открыться в один день с адвокатской конторой через два кабинета от нас.
Ён Со молча улыбнулась. Она прекрасно понимала, что имела в виду администратор.
— У них с самого утра букетов целая куча. Больше десяти. Я почему-то начинаю нервничать.
Администратор явно расстраивалась. Она добавила, что, проходя мимо туалета, всё время поглядывала на цветочные композиции и почему-то чувствовала себя не в своей тарелке. Услышав, как администратор беспокоится о сравнительно пустом входе в их контору, Ён Со протяжно усмехнулась.
— У нас нет букетов, потому что у меня нет знакомых. Простите, госпожа администратор.
— Да нет, это я зря сказала. Не обращайте внимания. В туалете я столкнулась с женщиной, похожей на администратора той конторы, и мне показалось, что она прямо задирает нос. Вот настроение и испортилось. Подумаешь, цветы.
В тот же день открылась контора, специализировавшаяся на разводах, а адвокат с блестящим послужным списком получил множество букетов. Утром их было около десяти, а к обеду стало больше двадцати.
Администратор подвинула к Ён Со апельсиновый сок, предложив выпить вместе. В этот момент ещё одна сотрудница, запыхавшись, вбежала в кабинет руководителя.
— Госпожа адвокат, выйдите, пожалуйста. Тут привезли цветы!
Услышав, что прибыли цветы, Ён Со округлила глаза. Открытие её конторы могли знать лишь единицы, в лучшем случае один Хи Дэ, поэтому сомнений в том, кто их прислал, не оставалось.
Ён Со предположила, что это Хи Дэ, и поднялась с места. Едва она вышла в коридор, как замерла, широко раскрыв рот.
— Боже, что это всё такое? Это всё наше?
Администратор, вышедшая следом, тоже ахнула.
Цветочные композиции, выстроенные вдоль коридора, тянулись без конца. Их всё ещё продолжали заносить, а Ён Со шла, переводя взгляд с одной длинной шеренги на другую.
Перед невероятным количеством цветов Ён Со не смогла сохранить невозмутимое выражение лица. На глаз с каждой стороны стояло больше двадцати, всего их, похоже, было около пятидесяти. Поскольку места больше не оставалось, курьеры начали складывать их друг на друга.
Из соседней адвокатской конторы вышел человек, посмотрел в коридор и широко распахнул глаза. Затем он тут же юркнул обратно. Увидев это, администратор самодовольно рассмеялась.
— Госпожа адвокат, кажется, мы победили.
— Вы так легко читаетесь, госпожа администратор.
— Раз уж я такая предсказуемая, надо отнести немного пирожков и в ту контору. Сначала не хотелось, а теперь почему-то хочется.
Администратор скрылась в кабинете, чтобы собрать пирожки, и Ён Со невольно рассмеялась. Было бы ложью сказать, что пустой коридор её совсем не беспокоил, однако она старалась смиренно принять это как ответный лист всей своей жизни.
Но, глядя на цветы, заполнившие коридор, Ён Со почему-то испытывала странное чувство.
Ён Со остановилась перед последним прибывшим букетом и задумчиво посмотрела на него. Её взгляд притянула лента с надписью: «Управляющий директор Юн Хи Дэ, “Пэкмун Авто”». Она долго смотрела на неё, а потом сфотографировала.
Затем Ён Со отправила Хи Дэ, находившемуся в командировке в Европе, сообщение с фотографией.
[Букет получила. Спасибо.]
Через некоторое время пришёл его ответ. Ён Со не смогла сдержать смех.
[Это всё, что я прислал? Не может быть.]
«Ах». Ён Со вздохнула. Ряд цветов, который, как ей казалось, уже закончился, снова продолжился — и конца ему не было видно.
[Госпожа адвокат, вы просто захватили весь коридор.]
— Я сейчас с ума сойду.
Прочитав ответ Хи Дэ, Ён Со подняла голову и снова посмотрела на длинный ряд композиций. Перед её конторой было так тесно от цветов, что, проходя в дверь, пришлось бы пригибаться.
Все эти букеты были подарками поддержки от людей самых разных кругов адвокату Сим Ён Со, открывшей бесплатную консультационную контору для жертв школьного насилия. Конечно, слухи распространил сам Хи Дэ.
* * *
Хи Дэ, находившийся в командировке, закончил все внешние дела и вернулся в гостиницу. Внезапно назначенная десятидневная командировка стала для него громом среди ясного неба. Открытие конторы Ён Со было уже не за горами, а даже если забыть об этом, сама мысль о десяти днях вдали от неё с самого начала казалась ему безрадостной.
Хи Дэ рухнул на кровать и уставился в потолок. «Открою глаза — наша Ён Со, закрою — тоже наша Ён Со».
— Блядь, как же я по ней скучаю. Вот так человек и сходит с ума.
«И за едой перед глазами наша Ён Со. И когда пью воду — наша Ён Со. И даже на деловых встречах, где через переводчика часами говорю всякую ерунду, то и дело вспоминаю нашу Ён Со».
— Да я, блядь, реально по ней скучаю. Что же делать? Может, просто сорваться и уехать?
«У-э…» Осознание того, что ему предстоит выдержать ещё целых четыре дня, повергло его в отчаяние. Все мысли заполнило желание немедленно сесть на самолёт и вернуться домой — к чёрту расписание и всё остальное.
«Ехать? Не ехать?» Пока он терзался этими нелепыми сомнениями, ему позвонил вице-президент Ким Ги Чхан. Хи Дэ ответил, высоко подняв уголки глаз.
— Вы правда так со мной поступите? Как вы могли так со мной обойтись, вице-президент?
Едва ответив на звонок, Хи Дэ принялся ворчать. Вице-президент громко расхохотался.
— Эй, управляющий директор Юн. Ты до сих пор работал в своё удовольствие. Подумаешь, съездил в командировку. Ну?
— Подумаешь, командировка? Если это такая пустячная командировка, почему вы сами не поехали?
— Дело в том, что я плохо переношу смену воды. После каждой поездки в Европу меня так обсыпает крапивницей. Наверное, известковая вода мне не подходит.
— Ох…
Хи Дэ тяжело вздохнул. Только теперь он узнал, что эта зарубежная командировка была запланирована ещё тогда, когда Ким Ги Чхан занимал должность управляющего директора. Вице-президент исподтишка откладывал её снова и снова и передал Хи Дэ только после его повышения.
Разозлённый Хи Дэ приподнял корпус. Сев на край кровати, он продолжил ворчать:
— Как бы то ни было, это несправедливо. Ён Со открыла контору, а я даже не могу там присутствовать.
— Да я и так отправил букет. Здоровенный, блядь. Второй раз не ошибусь.
— Хватит! Я всё ещё не успокоился! Что это ещё за смена воды в таком возрасте? А, бесполезно. Совершенно бесполезно.
— Что, по-твоему, у смены воды есть возраст? У меня кожа более нежная и чувствительная, чем кажется. Кому понравится, если взрослый человек будет чесаться на глазах у всех?
— Даже если вы не будете чесаться, вас всё равно никто не любит!
— А ты меня любишь.
«У-у». Хи Дэ не мог скрыть кипевшее внутри раздражение и то и дело закатывал глаза.
— Я кладу трубку. Я не страдаю от смены воды, зато выбираю людей, и все внезапно ужасно чешется.
— Вот ведь сопляк. Обиделся?
— А, всё, хватит. Ещё посмотрим, стану ли я когда-нибудь обедать с вами.
— В нескольких минутах ходьбы от твоей гостиницы есть ювелирный магазин. Большой.
Услышав слова вице-президента, Хи Дэ медленно закрыл и открыл глаза. Рядом с гостиницей действительно находился главный магазин всемирно известного дизайнера.
— И что? Есть такой, ну и что? Неужели вы хотите поручить мне купить что-то для вашей жены?
— Да. Раз уж пойдёшь, выполни поручение.
— Вау, ну и человек же вы. Став вице-президентом, сразу изменились!
Хи Дэ снова выпучил глаза. Вице-президент по ту сторону телефона опять громко расхохотался, и от этого смеха Хи Дэ скривился и опустил уголки губ.
— Там уже заказан комплект браслетов. Для тебя и твоей невесты. Пойдёшь, назовёшь моё имя и заберёшь.
Выражение лица Хи Дэ мгновенно изменилось.
— Брат. Поистине, широте вашей души можно учиться бесконечно. Я восхищён вами.
— Заткнись, негодник. Это дорого. Очень дорого, поэтому забери всё аккуратно. Понял?
— Есть, брат.
— Потрудись. Знаю, тебе тяжело. Прости.
— Ничего страшного. Не говорите так. Разумеется, я сам должен это сделать.
Хи Дэ ответил поспешно и смиренно, после чего вице-президент добавил несколько крепких ругательств и повесил трубку. Хи Дэ бросил телефон на кровать, снова растянулся и посмотрел на часы.
Немного подумав, он резко поднялся. Магазин ещё не закрывался, поэтому Хи Дэ решил поскорее сходить за покупкой.
Он планировал продержаться следующие четыре дня, прижимая к себе браслеты.
