Пламя
Хи Дэ слегка схватил проходившую мимо Ён Со за запястье. Она вздрогнула и посмотрела на него.
— Я сейчас вернусь. До конца фильма.
— Я, если честно, вообще не знаю, о чём этот фильм.
— …
— Я всё время смотрел только на тебя.
Хи Дэ потянул Ён Со за руку. Её корпус подался вперёд, она ухватилась за диван, а Хи Дэ легко приподнял её за бёдра и усадил себе на колени.
Естественно обхватив обеими руками её ягодицы и резко притянув к груди, Хи Дэ посмотрел на Ён Со с расстояния в несколько сантиметров.
Они были так близко, что кончики носов соприкасались. Не в силах как-либо отреагировать, Ён Со лишь часто моргала растерянными глазами.
До этого Ён Со сидела, расставив руки по обе стороны от его лица и опираясь ими на диван. Теперь она резко вздрогнула и опустила руки. Но как бы она их ни устроила, выпрямить позу не получалось. Она уже сидела верхом на его ногах, и одними руками неловкость не исправить.
Ён Со никак не могла понять, в какой позе оказалась, будто её мозг заскрипел, пытаясь обработать информацию, и широко раскрыла глаза. Только теперь она осознала, что руки Хи Дэ лежат на её ягодицах.
Когда Ён Со немного повернулась и схватила его за запястья, Хи Дэ, словно и не думая отпускать, сжал их ещё сильнее.
— Отпустите, отпустите меня.
Он не послушался и, удерживая её ещё крепче, не отпускал, поэтому Ён Со принялась ёрзать.
Тогда между её раздвинутыми бёдрами почувствовалось сердитое шевеление. Ён Со резко остановилась и вскинула брови.
— Если ты и дальше будешь двигаться сама, я не против.
— Это… Кажется, я неправильно села.
— Нет. Ты ни в чём не виновата. Просто я здоровый мужчина.
Почувствовав, что возбуждение не унимается, Ён Со в ужасе дёрнулась. Но, вспомнив его слова о том, что он не против её движений, снова замерла.
Если она сидела неподвижно, то отчётливо чувствовала, как шевелится его возбуждённое тело, а стоило ей пошевелиться — она лишь усиливала стимуляцию. В итоге Ён Со оказалась в положении, из которого не знала, как выбраться.
— Из всего, что ты мне говорила, эта фраза была для меня самой печальной. Не то чтобы тебе нравилось быть одной — ты сказала, что одной тебе хотя бы лучше.
— …
— Мне показалось, что этой фразой ты описала всю свою жизнь.
Он начал говорить тихо, и Ён Со медленно выдохнула. Расстояние между ними было настолько маленьким, что ей некуда было отвести взгляд и приходилось показывать ему каждую эмоцию на лице.
Ей не хотелось ни плакать, ни смеяться.
— Значит, Сим Ён Со всё выдерживала одна. И, продолжая держаться, стала взрослой.
— …
— Наверное, тебе было очень тяжело. Ведь ты никому не могла доверять.
Ей казалось, что, стоит выдохнуть, её дыхание защекочет его лицо. Ён Со старалась даже не дышать и лишь прикусила губу. Тогда Хи Дэ мягко надавил на её губы, словно просил не кусать их.
— Но впредь я никогда не оставлю тебя одну. Я сделаю так, чтобы ты больше не чувствовала скуки, одиночества и тоски.
Хи Дэ ещё немного прижал пальцы к её мягким губам и поднял взгляд. В его глазах, обращённых к самому дорогому и любимому человеку, было такое чувство, что его невозможно было даже подделать.
— Я всё за тебя сделаю. От начала до конца буду тебя защищать. С этого момента я не позволю всяким грязным и жалким делам омрачать твою жизнь, чтобы ты могла только улыбаться.
Хи Дэ повторял это снова и снова, словно давал обещание, и Ён Со невольно тихо рассмеялась. Всё за неё сделает. Будет защищать.
От его обещания оградить её от всего на свете сердце переполнилось так, что на глаза навернулись слёзы. В свободной футболке, с волосами, упавшими на лоб, и с капелькой мороженого под подбородком он произносил слова, похожие на клятву героя, и от этого казался ей особенно милым и любимым.
— До сих пор я думала, что единственное место, где можно мечтать, — это письменный стол. Но теперь, кажется, всё иначе.
Услышав это, Хи Дэ вскинул брови.
— Конечно. Тебя ждёт жизнь, с которой не сравнится даже мечта, придуманная за письменным столом.
Хи Дэ медленно прижался лицом к её груди. Потом закрыл глаза и длинно выдохнул.
— Я так много хочу сделать вместе с тобой. Всего накопилось слишком много. Я даже не знаю, с чего начать — хочется сразу всего. Я так тороплюсь, будто времени совсем не осталось.
Миновала тоска школьника, который в средней школе мечтал хотя бы просто держать её за руку, — а на самом дне его сердца осело неосуществившееся наивное желание старшеклассника обмениваться символами отношений: парными кольцами, парными часами, одинаковыми нарядами.
«Ты ведь ни разу не оставалась моей, даже на миг, поэтому неудивительно, что теперь мне жаль каждую минуту и каждую секунду».
Хи Дэ крепко обнял Ён Со. Её тонкая талия, словно нарочно перетянутая, казалась такой хрупкой, что могла сломаться от сильного сжатия. Он просто держал её и дышал, но грудь уже переполнялась чувствами, и Хи Дэ стиснул зубы, а потом внезапно поднял голову.
Он крепко обхватил Ён Со за шею, наклонил её лицо и прижался к её губам. Разгоревшийся жар закружился у них во рту, и они держали его, словно смачивали кончик языка сладким шампанским.
Дыхание само собой стало длиннее. Тяжёлые выдохи сплелись и разлились по их лицам, а Хи Дэ задвигал руками, до этого крепко обнимавшими её за талию.
Он смял аккуратно надетый на ней вязаный свитер. Рука скользнула под одежду и сразу легла ей на спину, а Ён Со широко раскрыла глаза и снова зажмурилась.
Она не могла сосредоточиться на каком-то одном ощущении. Его рука двигалась сама по себе, щекотала, заставляла покрываться мурашками, и ей одновременно казалось, что холодно. Когда Хи Дэ расстегнул застёжку на её белье, дышать стало легче, но ненадолго: стоило его руке коснуться груди, как плечи сами собой сжались.
Словно успокаивая её, Хи Дэ слегка прикусил губу Ён Со. «Может ли что-нибудь быть слаще медовой патоки?» Когда ощущение его медленно тающего языка достигло предела, Хи Дэ, сдерживая жар, задышал ещё тяжелее.
Хи Дэ подхватил Ён Со на руки и сразу вошёл в спальню. Наклонившись, он опускал её, пока её голова не коснулась подушки, а затем снял свободную футболку.
Крепкий торс без единой лишней складки был совершенно гармоничным. На мгновение Ён Со подумала, что мужское тело может быть красивым. Широкие плечи, сильные руки, широкая спина с рельефными мышцами, резко очерченная талия и тазовые кости, отбрасывавшие тень над брюками, — всё было идеально.
Когда Хи Дэ навис над ней, Ён Со крепко сжала обе руки. Времени подготовиться он ей, конечно, не дал. Их губы снова встретились в глубоком поцелуе, и кончики языков соприкоснулись, словно мягко тая.
Когда его рука скользнула вверх по её спине, каждый участок кожи запылал, словно на растянутую поясницу наклеили разогревающий пластырь. Она и сама не понимала, почему её тело так реагирует. От щекочущего, головокружительного ощущения Ён Со дёрнулась, и Хи Дэ тут же снял с неё верхнюю одежду.
Расстёгнутый бюстгальтер тоже упал на пол. Ён Со поёжилась от прохлады, и Хи Дэ впился в её грудь, словно хотел поглотить её целиком.
Не желая упустить ни одного мгновения, Хи Дэ сопровождал каждое движение нежным прикосновением. Он обвёл языком выступивший сосок и принялся посасывать его, отчего Ён Со запрокинула голову. Пока она теряла рассудок от ощущений, он стянул с неё брюки, а следом на пол упали две оставшиеся вещи белья.
Для Ён Со всё было новым стимулом. Шоком и ощущением, которых она прежде никогда не испытывала. Она могла лишь вцепиться ему в волосы, а отовсюду, где проходил его язык, словно исходило горячее дыхание, и она только тяжело дышала.
Каждый раз, когда у неё вырывался звук, Хи Дэ чутко на него реагировал. Нормально мыслить он уже давно не мог и двигался одной лишь инстинктивной волей, словно забыл обо всём — о приличиях, об уме, обо всём на свете.
Он мягко сжал её бёдра и развёл их, и две гладкие ноги раздвинулись. Их затуманенные глаза встретились. Её опасное, сбившееся дыхание вонзалось ему в барабанные перепонки, словно посвящённая ему песня.
В момент соединения Ён Со задрожала всем телом. Её болезненный стон смешался со звуками трения кожи, усиливая жар в комнате.
Хи Дэ продолжил двигаться без всякой сдержанности, и Ён Со, не зная, что делать, вцепилась в него. Она следовала за ним, ничего не понимая, и вздрагивала снова и снова, словно падала с обрыва, издавая далёкие, бессвязные звуки. Когда он лизал её шею, оставлял на ней следы, непрерывно двигался и погружался в наслаждение, Ён Со сжимала и разжимала пальцы в дурмане, от которого, казалось, можно было потерять сознание, и едва закрыв глаза тут же снова их открывала.
Их взгляды встретились, и между бровей Хи Дэ проступила складка. Его лицо, покрытое потом, было до того соблазнительным, что казалось почти незнакомым.
— А, теперь, теперь…
— Потерпи ещё немного.
Прийти в себя было невозможно. У неё кружилась голова. Всё тело словно горело, а из-за резких движений Хи Дэ она не могла предугадать следующий толчок и потому не успевала среагировать.
Он снова коснулся её губ. На этот раз поцелуй не был нежным. Хи Дэ впился в её губы целиком, словно собирался поглотить их, и бесцеремонно ворвался языком в её рот, безо всякой пощады.
Хи Дэ чуть отстранил губы, несильно, но крепко сжал её волосы и тихо заговорил:
— Я хочу услышать от тебя кое-какие слова.
— …
— Что ты меня любишь.
«Ты состоишь из моей бесконечной любви»
«Одно прикосновение».
«Один взгляд».
«И всё становится особенным».
— Я хочу это услышать. Скажешь сейчас?
— Я люблю вас…
«Поэтому я люблю тебя. Я люблю только тебя».
«Словно я стал человеком, не имеющим никакой цели, кроме как чутко улавливать твою радость и твою печаль».
