Что? В этот момент силы покинули ее тело. И Ан едва не выронила бак от увлажнителя.

— Что-о? Да ну, не может быть.

— Это правда. Я сама видела, как вице-президент подвозил ее до дома.

И Ан быстро восстановила цепочку событий. В день поминок наставника Чон Хана и Чжу Хона Чон Хан ушел раньше из-за встречи выпускников, а Чжу Хон подвез И Ан домой. И там они встретили Даль Хи. Они попытались неловко оправдаться, но, видимо, это дало обратный эффект. Неужели из-за этого возникло такое нелепое недоразумение?

— Боже мой. А когда Даль Хи-сси это видела? А директор?

— Ты же слышала, что директор Ча Чон Хан в последнее время изменился?

— Конечно. Все вздохнули с облегчением, говорят, в компании стало можно жить.

— Джин А-сси, ты такая недогадливая. Почему, по-твоему?

Собеседницей Даль Хи была Мин Джин А из той же бухгалтерии.

— ...Неужели?

— Директор Ча, о котором ходили слухи, что он импотент, потому что не интересовался женщинами, вдруг изменился на 180 градусов после прихода Ха И Ан. Ответ очевиден, разве нет?

— Если подумать, то да...

— Зная характер директора Ча, вряд ли он с кем-то встречается. Может, она просто его секс-партнерша?

Из уст Даль Хи лились грязные сплетни, которые даже повторять было противно. Сердце билось так быстро, что казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. И Ан пыталась дышать глубже, чтобы успокоиться.

— В общем, если сложить все факты, похоже, она спит и с директором, и с вице-президентом...

В этот момент И Ан перестала слышать. Неужели от гнева я оглохла? — подумала она, но тут же почувствовала тепло на ушах. Кто-то закрыл ей уши руками. И Ан повернула голову, чтобы увидеть, кто это. Это был не кто иной, как Чон Хан. С окаменевшим лицом он покачал головой. Ясный знак: «Не слушай». Но голоса двух женщин всё равно просачивались сквозь его ладони.

— Ну она дает. Наш директор и вице-президент известны тем, что на женщин смотрят как на камни. Как она умудрилась соблазнить этих двух истуканов? Я бы тоже хотела узнать секрет.

Когда Джин А произнесла это с сарказмом, даже Чон Хан не выдержал. Он зажмурился и уже собирался ворваться в кухонную зону. Но И Ан схватила его за руку и с трудом удержала.

— Проклятье!

Войдя в свой кабинет, Чон Хан яростно откинул волосы назад. Его глаза, устремленные в пустоту, горели гневом. Намерения Ян Даль Хи, распускающей такие слухи, были явно злонамеренными. Она изо всех сил пыталась выжить И Ан из компании. Он пытался понять, зачем ей так уничтожать И Ан, но все догадки казались бессмысленными. В такой эмоционально накаленной ситуации мыслить рационально было невозможно.

— Простите, директор...

Крупные слезы, наполнившие большие глаза И Ан, не выдержали тяжести и покатились вниз.

— За что ты извиняешься?

Чон Хан схватил за плечи И Ан, терзаемую чувством вины, и посмотрел на неё сверху вниз.

— Посмотри на меня, Ха И Ан.

— ...

— Ты не в той ситуации, чтобы извиняться.

— Из-за меня директор... вы...

Из-за рыданий И Ан не могла закончить фразу. Чон Хан крепко обнял хрупкую И Ан, которую била мелкая дрожь. Он чувствовал, как бешено колотится ее сердце.

— Это не твоя вина.

Он легонько похлопывал ее по спине, успокаивая мягким голосом. Гнев на наглую Ян Даль Хи сменился злостью на самого себя за то, что не смог защитить И Ан.

— ...Я хочу домой.

— Я отвезу тебя.

— Я хочу побыть одна.

Когда рыдания немного утихли, И Ан сказала, что хочет домой. Чон Хан предложил подвезти, но она отказалась, сказав, что ей нужно побыть одной, забрала вещи и ушла. На душе было невыразимо тяжело. Чувство вины и сожаления нахлынули на него: не причиняет ли он И Ан боль своими действиями?

Чон Хан долго сидел в кресле, погруженный в раздумья. Со временем туман в голове, вызванный эмоциями, начал рассеиваться. То, что злобные слухи о том, что И Ан спит с Чжу Хоном и Чон Ханом, — ложь, скоро станет очевидным. Даже если слухи распространятся, отношения Чон Хана и Чжу Хона не пошатнутся. Значит, Ян Даль Хи, источник сплетен, готова к увольнению. Вероятно, ее переход в Giggle уже подтвержден. А что если источником этих беспочвенных слухов является не Ян Даль Хи? Эта мысль, возникнув, начала обрастать подробностями.

— Корень всех проблем — ты, Сон Ю Ра.

Как только он вставил Сон Ю Ра в эту непонятную головоломку, всё встало на свои места. Чон Хан вспомнил недавние события.

«Есть такая вещь, как прочность, которую дает время. Целых 12 лет. Столько мы с Чон Ханом знаем друг друга».

«У нас были взлеты и падения. То, через что мы проходим сейчас, — лишь одно из испытаний».

В тот день, когда они обедали с Ха Джуном, Ю Ра отвела И Ан в сторону и наговорила ей этого бреда. И Ан рассказала ему об этом только после настойчивых расспросов, когда он заметил, что она не в духе.

«Чон Хан просто отвлекся на твою красоту. Ваши отношения долго не продлятся».

Ю Ра до сих пор твердо верила, что вернется к прежним отношениям с Чон Ханом. Дойдя до этой мысли, Чон Хан понял и подоплеку инвестиций Giggle в «Парансэ Коммерс» на сумму 7 миллиардов вон. Всё это было планом Ю Ра: переманить ключевых сотрудников, чтобы пошатнуть позиции «Парансэ Коммерс», и заставить его расстаться с И Ан, измученной грязными слухами.

— Ты думала, что если отнимешь у меня всё ценное и оставишь ни с чем, я приползу к тебе на коленях?

Чон Хан был готов позволить этой женщине использовать его слабости. Ради компании — сколько угодно.

— Ты тронула то, что трогать было нельзя, Сон Ю Ра.

Но Ха И Ан трогать не следовало. В этот момент тихий телефон Чон Хана завибрировал. Звонили с неизвестного номера.

— Ча Чон Хан слушает.

Полагая, что это клиент или партнер, Чон Хан прижал телефон к уху.

— Это директор «Парансэ Коммерс» Ча Чон Хан?

— Да, это я. Кто говорит?

— Daily Han River, репортер Ким Ён У.

От внезапного звонка незнакомого журналиста Чон Хан нахмурился. Молчание, выражающее вопрос Чон Хана, затянулось, и Ён У поспешил представиться:

— Директор отдела контента Giggle Korea Сон Ю Ра. Я человек, который очень хорошо ее знает.

— ...

— Давайте встретимся.

***

В тот вечер И Ан сидела в пивной возле дома с опухшими глазами. Ей понадобилось несколько часов рыданий, чтобы прийти в себя.

— Я знала, что она дрянь, еще когда услышала, что она изменяет!

Е Ин с грохотом поставила холодную кружку с разливным пивом перед И Ан. Сжав зубы, она выплескивала гнев на Ян Даль Хи, идущий из самой глубины души.

— Меня больше пугает, что она скрывала такую сущность и собиралась выйти замуж за твоего брата. Аж мурашки по коже.

Хён Чжон, сидевшая рядом с Е Ин, сказала это, жуя попкорн, и потерла руки, изображая озноб.

— И что ты собираешься делать?

Е Ин с тревогой спросила И Ан.

— А что я могу сделать... Уволюсь, наверное.

— Ни за что!

— Этого нельзя делать!

Услышав о намерении уволиться, Е Ин и Хён Чжон одновременно сжали кулаки и закричали, выражая категорический протест.

— Ради кого ты увольняешься? Ради нее?

— Е Ин права на все сто. Если ты уйдешь, ты просто сыграешь ей на руку!

— А что мне делать? Из-за меня директор и вице-президент страдают от этих грязных слухов.

— В такой ситуации ты беспокоишься о них? Ну ты и дурочка, честное слово...

Е Ин надула губы от досады, но И Ан действительно не хотела, чтобы Чон Хан и Чжу Хон пострадали из-за сплетен.

— Я отойду в туалет.

Она думала, что выплакала все слезы, но при мысли о Ян Даль Хи гнев снова подступал к горлу. В этой женщине, распространяющей ложь с невозмутимым лицом, не было ни капли совести. Даже услышав эти беспочвенные, злобные слухи о себе, Чон Хан утешал напуганную И Ан. Но на душе у И Ан всё равно было тяжело. Она чувствовала свою ответственность за то, что Чон Хан невольно пострадал из-за нее. Когда она подставила руки под струю холодной воды, все тело пронзило холодом. Это помогло прийти в себя. Если она уволится сейчас, как сказала Е Ин, она сыграет на руку Даль Хи. Но И Ан больше беспокоила репутация Чон Хана и Чжу Хона, чем такие мелочи. Если два лица компании будут замешаны в грязных сплетнях, это может пошатнуть даже управление компанией.

— Да. Я приняла правильное решение.

Поэтому, как бы ни было больно, она должна была твердить это себе. Тщательно вытерев руки, И Ан вышла из туалета и вернулась за столик.

— Я пришла.

Но Е Ин и Хён Чжон, уткнувшись в телефоны, даже не заметили ее возвращения.

— Я пришла, говорю!

И Ан буркнула немного резко, и только тогда подруги подняли головы.

— Эй, тут такое случилось!

Только сейчас И Ан заметила шок на их лицах.

— Что такое? Что случилось?

Их лица были очень серьезными. Е Ин сунула телефон прямо под нос любопытной И Ан. На экране было видео из Инстаграма, поставленное на паузу.

— Это видео сейчас в топе в реальном времени.

— И что с того?

— Просто посмотри.

Е Ин нажала кнопку воспроизведения...

— С какой стати ты, дрянь, приперлась сюда? А?!

Какая-то разъяренная женщина средних лет пронзительно кричала. Но на кого она кричала, в кадре видно не было.

— Натворила дел и ходишь с высоко поднятой головой?

— Г-госпожа...

Похоже, собеседница действительно совершила что-то ужасное. Даже слушая оскорбления, она могла лишь пищать комариным голосом «Госпожа...».

— Госпожа? Госпожа-а? Как ты смеешь называть меня так!

Видимо, обращение «госпожа» взбесило женщину еще больше. Она вдруг протянула руку, схватила собеседницу за волосы и швырнула ее на пол. Только тогда камера сфокусировалась на женщине, упавшей на пол. Глаза И Ан расширились до предела. Женщиной, которую «госпожа» оттаскала за волосы и швырнула на пол, была... Ян Даль Хи.