— «Чертов извращенец»? Вы что, совсем лишены здравого смысла? Это вы ведете себя как невоспитанная хулиганка! — Чжу Хон, возмущенный таким нелепым обращением, не выдержал и вспылил.

— Невоспитанная? Хулиганка? Ты сейчас о воспитании заговорил?

— Какой воспитанный человек будет избивать людей в общественном месте? Да еще и с оружием!

Чон Хан и представители агентства Ха Ён, не зная, что произошло между ними ранее, лишь округляли глаза и переглядывались в недоумении.

— О чем вы? Я просто восстановила справедливость! — ответ Ха Ён явно был направлен на то, чтобы еще больше взбесить Чжу Хона, и, кажется, ее план сработал.

Красный от ярости Чжу Хон ткнул в нее пальцем и завопил, вложив в голос всю силу своих легких:

— Я не буду с ней работать!

Чон Хан, впервые видевший Чжу Хона в таком состоянии, не смог скрыть удивления:

— Ты... плачешь, что ли?

Глаза Чжу Хона, выражавшего крайнюю степень несправедливости, действительно блестели от подступивших слез.

Чон Хан с трудом разнял и успокоил Чжу Хона и Ха Ён, усадив их на диваны друг напротив друга. Сам он сел между ними, едва сдерживая смех. Убеждая себя, что это проверка на выносливость, он изо всех сил кусал губы, чтобы не расхохотаться вслух.

— Итак, Ха Ён-сси, вы говорите, что приняли вице-президента Кан Чжу Хона за извращенца, потому что нашли в его машине вот это? — Чон Хан потряс светло-фиолетовой волшебной палочкой.

— ...Да.

— Это главное оружие персонажа Пиони из игры «Doki Doki Dungeon». То, что вы приняли за игрушку извращенца — всего лишь образец мерча, который будет продаваться на выставке мобильных игр через две недели.

— А-а...

Только тогда Ха Ён поняла, что произошло, и ее щеки залил густой румянец стыда. Чон Хан продолжил миротворческую миссию:

— Что ж, ситуация действительно могла показаться двусмысленной. А Ха Ён-сси, наверное, растерялась и поддалась эмоциям. Я всё понимаю.

— ...

— Вам двоим предстоит работать вместе и видеться чуть ли не каждый день. Как насчет того, чтобы забыть об этом недоразумении и оставить обиды в прошлом?

Гнев Чжу Хона тоже немного утих со временем. Он протянул руку Ха Ён через стол:

— В любом случае, это моя вина, что я не объяснил всё сразу. Прошу прощения. Позвольте официально представиться: Кан Чжу Хон.

— Вы же мне тогда уже назвали свое имя, — ответила Ха Ён, раскрывая ладонь, словно напоминая о том, как он торопливо написал на ней свой номер и имя. Затем она пожала протянутую руку. — Мо Ха Ён.

— Ваше имя я тоже тогда узнал.

Чжу Хон мягко улыбнулся, пожимая ее руку. Но Ха Ён почему-то избегала его взгляда, нервно отводя глаза.

— Раз уж мы пришли к драматическому примирению, предлагаю отметить это обедом, — Чон Хан элегантно подвел черту под делом «Извращенца и Хулиганки».

Обедать решили в ресторане корейской кухни недалеко от офиса. Чон Хан, Чжу Хон, Ха Ён со своей командой и несколько сотрудников отдела маркетинга ждали заказанную еду. Это было то самое место, где они недавно обедали с Квон Ха Джуном. Вспомнив, как тот клеился к И Ан, Чон Хан почувствовал, что теряет аппетит. Но в этот момент...

[И Ан: Ты уже поел?]

Вовремя пришедшее сообщение от И Ан мгновенно вымело из головы все мысли о Квон Ха Джуне. С улыбкой на губах Чон Хан опустил телефон под стол и начал быстро набирать ответ.

[Только собираюсь. А И Ан-и?]

[И Ан: У меня что-то тяжесть в животе, так что я пью свежевыжатый сок.]

К сообщению прилагалась фотография стакана с клубничным смузи. «Тяжесть в животе...» Чон Хан нахмурился, глубоко задумавшись. Это подозрительно совпадало с симптомами ранней беременности, о которых он читал, и он не мог перестать об этом думать.

[Держи живот в тепле. Вечером куплю тебе что-нибудь вкусненькое. Захватить пуннопан (булочки-рыбки) с заварным кремом?]

В ответ прилетел смайлик радостно прыгающего розового кролика. Не в силах сдержать смешок, Чон Хан тихо пробормотал:

— Какая милая.

Он понял свою оплошность только тогда, когда почувствовал, как воздух вокруг внезапно заледенел. Подняв голову, он встретился с полными отвращения и шока взглядами Чжу Хона и остальных присутствующих.

— ...Простите.

Сгорая от стыда, Чон Хан выключил экран телефона и извинился.

— Это ваша девушка? — Ха Ён округлила глаза и с интересом спросила.

— А, да. Девушка.

Чон Хан кивнул и ответил без малейших колебаний.

— Ого, наш директор холодный как лед, но со своей женщиной — само тепло?

Чон Хан неловко рассмеялся, но тут его телефон зазвонил. Извинившись, он сказал, что ему нужно ответить, и вышел.

— Ну-ну, поиграй мне тут, — Чжу Хон прищурился, с недовольством глядя в спину уходящему Чон Хану.

Повернув голову, он заметил, что Хи Чжон из отдела маркетинга собирается взять кусочек блинчика, и поспешно схватил ее за руку:

— Хи Чжон-сси, вы же говорили, что у вас аллергия на ракообразных?

— Да, верно.

— Это блинчики с крабовым мясом.

— Ой, правда? А краба и не видно.

Испуганная Хи Чжон тут же положила блинчик обратно. Чжу Хон протянул ей свои нетронутые палочки.

— Возьмите мои. А то вдруг от тех, что коснулись краба, тоже пойдет реакция.

— Да, спасибо...

Чжу Хон взял ложку и начал есть бульон, сказав, что попросит новые палочки у официанта.

— Кан Чжу Хон-сси, — позвала Ха Ён. Она подперла подбородок рукой и пристально смотрела на него. — Вы со всеми женщинами так любезны?

— Я любезен не только с женщинами, а вообще со всеми людьми.

Ха Ён изогнула бровь, словно сомневаясь, и тогда Хи Чжон радостно вмешалась:

— Наш вице-президент невероятно популярен среди сотрудниц!

— Я? — Чжу Хон выглядел искренне удивленным.

Он переспросил с таким непонимающим лицом, что Ха Ён вдруг схватилась за живот и звонко рассмеялась.

— Что смешного?

— Вам никогда не говорили, что вы совершенно не умеете читать между строк?

— О чем вы? Да я благодаря своей чуткости на хлеб зарабатываю!

— Что-то не похоже.

Ха Ён подозрительно прищурилась и продолжила:

— Представьте, что какая-то сотрудница купила вам кофе и угостила. Что скажет Кан Чжу Хон-сси?

Чжу Хон ответил так, словно это было само собой разумеющимся:

— Скажу спасибо, а потом из вежливости тоже куплю ей кофе.

— Точно, не умеете читать между строк.

Ответ Ха Ён был загадкой. Чжу Хон нахмурился, над его головой повисла сотня невидимых вопросительных знаков. В этот момент дверь открылась, и вернулся Чон Хан. Ха Ён тут же обратилась к нему:

— Директор, как зовут вашу девушку?

Чон Хан, опешивший от внезапного вопроса без предисловий, удивленно переспросил:

— Простите?

— Ну быстрее.

— И Ан.

Чон Хан склонил голову набок, назвав имя, и Ха Ён спросила:

— А если бы И Ан-сси еще до того, как вы начали встречаться, угостила вас кофе, что бы вы сказали?

— Да он бы на нее даже не посмотрел и отказался! — опередил его Чжу Хон, уверенный, что Чон Хан ответил бы холодно и сухо.

Растерянный Чон Хан на мгновение задумался, поводив глазами, а затем ответил:

— Я бы сказал: «Я угощаю ужином, что бы ты хотела съесть?»

— В яблочко! — Ха Ён выглядела очень довольной, а Чжу Хон в шоке раскрыл рот.

Прежний Ча Чон Хан и бровью бы не повел, отвергнув предложение. Как же любовь меняет людей! Чжу Хон цокнул языком и покачал головой.

В этот момент его телефон завибрировал. Пришло сообщение:

[Владелица Ауди: Тогда как вы думаете, почему я попросила Кан Чжу Хон-сси приехать за мной в тот раз?]

Почесывая затылок, Чжу Хон не мог понять, зачем Ха Ён, сидящая прямо перед ним, пишет ему сообщения. Странная она какая-то. «А, точно!» В голове Чжу Хона загорелась лампочка, и он напечатал ответ:

[Вы получили смету? Пришлите ее вместе с номером счета. Я переведу деньги за ремонт.]

Ответа долго не было. Чжу Хон поднял взгляд и украдкой посмотрел на Ха Ён: она сидела с опущенной головой и потерянным видом, бездумно глядя в экран телефона. Вскоре пришел ответ.

[Владелица Ауди: Так и живите всю жизнь. Понятно?]

Что это еще значит? Чжу Хон чувствовал, что у него начинает болеть голова от попыток расшифровать послания Ха Ён.

***

Закончив все дела, Чон Хан вернулся домой. Едва переступив порог, он почувствовал аппетитный запах и слегка улыбнулся. На цыпочках, чтобы не шуметь, он подошел к И Ан, которая суетилась на кухне в фартуке, и обнял ее со спины.

— Мама! — вздрогнув от неожиданности, вскрикнула И Ан.

— Испугалась?

— Конечно испугалась, если так внезапно со спины обнимать!

Прежде чем она успела еще что-то проворчать, Чон Хан нежно накрыл ее надутые губы своими. Легко раздвинув их, он проник внутрь и сплелся с ее языком...

— Чмок... п-подожди минутку...

Слегка оттолкнув Чон Хана, И Ан принялась мешать рыбные котлетки (омук) на сковороде.

— Омук подгорит.

— Да плевать сейчас на омук.

Чон Хан усмехнулся, глядя на затылок И Ан, которая была так поглощена готовкой. Она старательно изучала рецепты в интернете, и было бы обидно испортить блюдо на самом финише. Но руки И Ан внезапно замерли.

— ...Директор?

Она почувствовала, как «плохие руки» Чон Хана развязывают туго завязанные тесемки фартука.

— М-м?

Он наверняка уловил подозрение в ее голосе, но невозмутимо продолжил тянуть за концы. Узел развязался, и руки Чон Хана скользнули в образовавшуюся щель, добравшись до ее талии.

— Какой коварный.

— Кто? Я?

Когда мягкие руки Чон Хана коснулись ее кожи, хрупкие плечи И Ан снова дрогнули. Но он не остановился и, слегка приподняв пальцы, потянулся еще выше.

— Ах, директор, там... — голос И Ан стал прерывистым, и она не договорила.

— Так не пойдет.

Потеряв остатки терпения, Чон Хан просто выключил плиту. Развернув И Ан к себе лицом, он стянул с ее плеч лямки фартука, и тот со стуком упал на пол.