Онлайн чтение книги Самец The Male
1 - 11

— Нет. Я... я не смогу! Пожалуйста...!

Голос казался плачущим и одновременно злым. Я впервые слышала у Кан Хи Бэка такой эмоциональный голос, поэтому замерла в оцепенении, а затем невольно остановила велосипед.

— Ты же говорил, что нужно просто делать мелкую работу! Хен, ты же точно так сказал!

— Я с тобой по-хорошему, а ты совсем оборзел.

Бах! Раздался еще один грохот. Точнее, глухой удар. Судя по звуку, Кан Хи Бэк упал. Ориентируясь на его сбивчивое дыхание, я машинально подошла ближе к контейнеру.

Из-за полуоткрытого окна голос Кан Хи Бэка послышался четче.

— Блядь, ты для этого меня спас?

На этот раз послышались звуки ударов.

— А на что еще такой, как ты, годится.

— ...

— Заткнись и делай, что велено. Даю тебе один день.

— Хен...

— Хи Бэк, думаешь, наверху не знают, что ты тут в песочнице играешь?

В этот момент Кан Хи Бэк громко втянул воздух. От этого у меня в груди тоже всё сжалось.

«Один день». «В песочнице». «Наверху». Слова человека, которого Кан Хи Бэк называл хеном, были мне не до конца понятны, но в них явно таилась угроза.

— Это я еще пиздец как умолял, поэтому пока молчат. Если в этот раз всё не сделаешь как надо, реально впадешь в немилость, уебок. Тебе же нужно закрепиться.

— ...

— Если так пойдет, не только тебе пиздец придет. Мне тоже пиздец.

— Но, хен, я...

— Что ты мне тогда сказал? Что будешь всю жизнь мне предан. Что сделаешь всё, что прикажу. Так вот это оно и есть!

Топ. Топ. Внутри послышались шаги. Я инстинктивно попятилась. Как можно тише и быстрее.

Когда я добралась до велосипеда, из контейнера донеслись всхлипы.

— Он хороший человек. Он был так добр ко мне! Как я могу...

Не помню, в каком состоянии я выкатила велосипед со стройки.

— ...

Руки, сжимавшие руль, мелко дрожали. Дыхание сбилось. На лбу выступил холодный пот. Пока я, шатаясь и опираясь на велосипед, шла прочь, в голове крутился конец их разговора.

Пока я не вышла за калитку, Кан Хи Бэк продолжал плакать.

— Я хочу жить правильной жизнью, хен.

— Хуйню несешь. Это твоя судьба, долбоеб.

На следующий день днем дверь закусочной резко распахнулась. Мы с бабушкой как раз ели поздний обед.

— Что же делать! Какой ужас!

Внутрь вбежала побледневшая как полотно тетушка с мельницы. Схватив за руку ничего не понимающую бабушку, она тяжело дышала. Присмотревшись, я поняла, что она плачет.

— Дяденька Чон...

Я уже видела у нее такое лицо много лет назад.

— Дяденька Чон умер...!

Ведь именно она когда-то принесла весть о смерти моего отца.

***

— Се Ён, с твоими баллами ты в безопасной зоне, так что можешь особо не переживать. Но всё равно не расслабляйся в оставшееся время.

— Да.

— Хотя, конечно, ты и сама всё знаешь. Можешь идти.

Когда я вышла из школы после консультации по досрочному поступлению, солнце еще не село — был поздний вечер. Заявка в нужный университет подана, теперь остается только готовиться. Ничего нового, так что ничего сложного.

Я со спокойной душой повернула к автобусной остановке.

— ...

Но всё спокойствие как рукой сняло, и сердце ухнуло вниз.

— Этот уебок что, игнорит меня прямо в лицо? Ты меня не видишь, а?

На остановке стоял Кан Хи Бэк.

— Эй, как тебя звать? Из какой ты школы? Я тут всех порасспрашивал, никто тебя не знает.

— ...

Кан Хи Бэк, который смотрел только вперед, полностью игнорируя сидящего рядом и докапывающегося Ли Сын Чжэ, внезапно повернул голову. Когда я увидела его лицо — он вскочил, едва заметив меня, — у меня внутри всё снова тяжело сжалось.

Кан Хи Бэк не побежал ко мне. Он просто стоял на месте и неловко улыбался. Я сама подошла к нему и заметила синяк на его щеке, которую он смущенно почесывал.

— Пиздец, за дурака меня держишь.

Ли Сын Чжэ, которого всё это время игнорировали, мельком глянул на меня и в гневе толкнул Кан Хи Бэка в плечо. Но Кан Хи Бэк никак не отреагировал на эту дешевую показуху. Он лишь выпрямился после толчка и продолжил пристально смотреть только на меня. Казалось, он сдерживал свое обещание — не драться с Ли Сын Чжэ и игнорировать его.

«Правильный парень». Я вспомнила, как он сам себя назвал, и у меня вырвался горький вздох.

— Блядь, да вы издеваетесь!

— ...

Готова поспорить, этот тихо стоящий Кан Хи Бэк куда хуже пыхтящего от злости Ли Сын Чжэ.

«— Я хочу жить правильной жизнью, хен.»

Я попыталась выбросить из головы всхлипывания Кан Хи Бэка, услышанные несколько дней назад, прошла мимо них и встала на краю остановки.

— Эй, Хан Се Ён.

Разъяренный тем, что я даже не взглянула на него, Ли Сын Чжэ хотел было подойти ко мне, но кто-то преградил ему путь куда проворнее. Поправляя рюкзак, я оглянулась и увидела, что Кан Хи Бэк держит Ли Сын Чжэ за плечо.

— Проваливай.

— Кх, бля...

— Сказал, проваливай.

— ...

То ли потому, что был один без друзей, то ли из-за физической силы Кан Хи Бэка, Ли Сын Чжэ плюнул на землю и поджал хвост.

Я не обратила внимания на его удаляющиеся шаги. Меня больше заботил огромный Кан Хи Бэк, осторожно подходящий ко мне.

— Каждый раз, когда я приходил тебя встречать, тебя не было, поэтому сегодня я пришел пораньше.

— ...

— Теперь в это время домой ходишь?

— ...

— И правильно. А то я переживал, что ты поздно ночью ходишь.

— А по утрам почему не приходишь?

На мой внезапный вопрос Кан Хи Бэк ненадолго замолчал. Когда я пристально уставилась на него, он потер заднюю сторону шеи и ответил:

— Время начала работы на стройке перенесли. А с доставкой газет и прочим времени в обрез, вот и не получается по утрам провожать. Извини.

— ...

— Ты ждала? Надо было заранее сказать. Думал сказать, когда встретимся вечером, но мы и вечером не виделись...

— На стройке сказали приходить раньше?

— Ага. Говорят, сроки сдачи объекта сдвинули.

— А не потому, что дяденька Чон умер, и нужно заполнить его пустое место?

— ...

Кан Хи Бэк замер с опущенной рукой. Поверх его плеча я посмотрела на табло с временем прибытия автобуса. 10 минут. Времени хватит.

— Знаешь, что дяденька умер?

— ...Знаю.

— Знаешь, значит. А я думала, не знаешь, раз на похороны не пришел.

— ...

— А, ну, отдельных похорон-то и не было. Его мама устроила скромные проводы дома. Мы с бабушкой суп принесли, с мельницы — рисовые пирожки... Посидели по-домашнему, среди своих. Ты же тут недавно, может, и не знаешь, где он жил.

— ...

Помолчав, он тихо ответил: «Не знал». Я небрежно кивнула.

— Слышал, как он погиб? Говорят, оступился.

На случай, если Кан Хи Бэк не в курсе, я объяснила подробнее:

— Выпил и пошел в горы, видимо, оступился. Упал и, как назло, ударился головой о камни внизу...

— ...

— Дяденька в последнее время выглядел таким расстроенным. У вас же на стройке деньги задерживают.

— А...

— Особенно он переживал за тебя, что ты такой молодой и живешь один. Сказал, что выбьет из компании твои деньги, и тут такое... на душе скребет.

За плечом Кан Хи Бэка показался мой автобус. Быстро приехал. По расписанию оставалось еще время, но такое иногда случалось, так что я не придала этому значения. Внезапно вспомнив кое о чем, я открыла кошелек.

— Ах, да.

Прямо перед тем, как автобус подъехал, я достала из кошелька две купюры по пятьдесят тысяч вон. Когда я протянула их, Кан Хи Бэк тупо уставился то на меня, то на деньги.

— Дяденька перед смертью дал их бабушке, чтобы она тебя кормила. Но бабушка сказала, что не возьмет с тебя денег за еду, вот я и забрала их.

— ...

— Дяденька умер, так что эти деньги твои.

Я видела, как лицо Кан Хи Бэка стремительно белеет. Его и без того светлая кожа теперь стала белой как мел.

Не обращая на это внимания, я всунула купюры в его зависшую в воздухе руку. Его рука, которой я случайно коснулась, была ледяной и дрожала.

— Купи себе на них еды, как и хотел дяденька.

— ...

— На похоронах я слышала, как взрослые говорили, что дяденька пошел к подрядчикам, чтобы выбить хотя бы твои деньги. Говорят, они даже подрались.

— ...

— Теперь он умер, и выбивать для тебя деньги некому, но хорошо, что хоть это осталось. На пару дней хватит.

— ...

— А в «Джэвон Констракшн», наверное, вздохнули с облегчением — некому больше скандалить из-за денег...

Плечи Кан Хи Бэка вздрогнули, и в этот момент автобус остановился.

— Автобус приехал.

— ...

Я сделала вид, что не замечаю его состояния, и поднялась в автобус. Кан Хи Бэк не двигался. Вернее, казалось, что он не может пошевелиться. Прикладывая проездной, я оглянулась — он дрожал так, что это было заметно невооруженным глазом.

Теперь Кан Хи Бэк больше не появится передо мной. С этим смутным предчувствием я опустилась на свободное сиденье. В отличие от последнего рейса, в дневном автобусе было довольно много людей.

— Парень, едешь или нет?

— ...

Сегодняшний водитель, видимо, не знал Кан Хи Бэка: быстро спросив его, он закрыл двери и тронулся. Сквозь окно дребезжащего автобуса я смотрела на Кан Хи Бэка.

Он уже опустил голову. А в руке крепко сжимал две смятые купюры по пятьдесят тысяч вон.