— Спущу в вас.
— …А-а?
Мельком глянув на её растерянное лицо, он медленно, раз за разом, погладил её круглый живот.
— Я же говорю: так будет не больно.
— Ч-что…?
Эрабль, пытавшаяся переспросить, так как не понимала смысла его слов, широко распахнула глаза. Зрачки расширились, и всё её тело словно окаменело. Она перестала дышать, мышцы судорожно сжались. Словно вспыхнув, она мгновенно покраснела от жара и задрожала мелкой дрожью, вплоть до скрюченных кончиков пальцев.
А затем с хриплым, пронзительным вскриком её тело выгнулось дугой.
Дезе крепко обхватил её выгибающуюся талию двумя руками. Удерживая её так, чтобы она не могла вырваться, он подложил бедро под её мягкие ягодицы и начал быстро, как миксером, двигать бедрами.
— А-а-х-х!!
Он двигался так, словно размазывая сперму внутри, а затем замер, давая ей время прийти в себя. Пока она прерывисто, со свистом выдыхала воздух — хи-ик, хи-ик, — он стер пальцем вытекшую из неё смазку и длинно слизал языком.
— Ведь не больно, правда?
Телесные жидкости совместимого партнера действуют как мощнейший афродизиак. Это было идеально еще и потому, что не имело побочных эффектов. Слюна, сперма, смазка… что угодно. Сегодня ночью эта женщина будет наслаждаться сполна.
— Кстати, Эрабль.
Стоило ему назвать её имя, как влагалище, в котором всё еще покоился его член, плотно сжалось.
— Хочу предупредить заранее.
Оставив член глубоко, до самого основания, внутри её горячего нутра, Дезе как ни в чем не бывало продолжил говорить. При этом он начал успокаивающе поглаживать её тело. Вся она, раскрасневшаяся от жара, пылала. А внутри было еще горячее. Естественно, от такой температуры его собственное тело тоже разгорячилось.
Член ведь чувствительнее языка, это уж точно.
— …Э-это странно… э-это… что-то… странно…
Я знаю.
Дезе мягко поглаживал её дрожащее тело, дожидаясь, пока она немного успокоится.
— …Ах, а-а…
Но она никак не могла прийти в себя. Дезе нежно гладил её покрасневшее тело, а затем слегка помял кончики сосков. У-ух… — её тело стало еще горячее, а снизу она сжалась еще сильнее.
Взгляд Дезе на мгновение затуманился, а затем снова прояснился. Смакуя оставшийся на языке вкус её слюны, он вернулся к мягким поглаживаниям.
— Эрабль?
Он нежно убрал за ухо прилипшие от пота волосы. Поймав, наконец, её сфокусированный карий взгляд, он продолжил:
— Вы, наверное, уже знаете, но у меня АТ-тип, поэтому если вы будете отталкивать меня и сопротивляться, это может быть опасно. Если вам тяжело, просто скажите мне о своем самочувствии. Что где-то болит или трудно дышать. Но не пытайтесь бездумно меня отталкивать.
Потянет на себя — порвет связки, схватит за упирающуюся конечность — вывернет сустав. А если не повезет, это может оказаться критически важный сустав. Например, пытаясь удержать её от побега, он может случайно сломать ей позвоночник.
Будь у неё высокий уровень физического развития, её можно было бы просто вылечить, но тело Эрабль ничем не отличалось от тела обычного человека.
От этого предупреждения Эрабль снова испуганно сжалась. Он обхватил её за подбородок и заставил снова посмотреть на себя. Дезе внимательно вгляделся в зрачки женщины, чей взгляд то и дело расфокусировался.
— Вы меня поняли?
— Т-тело странно себя ведет… д-дышать не могу… н-нехватка кислорода…
— Очень смешно.
Тихо усмехнувшись тому, как она послушно повторяет сказанное, он оперся на обе руки и снова начал двигать бедрами.
— А-а-х-х…!
Эрабль снова запричитала, бормоча что-то невнятное.
Кажется, на своем родном языке. А судя по монотонности, она, похоже, считает цифры. Надо же, какая странная.
Но, несмотря на плач, её тело, растворившееся в телесных жидкостях, было полностью открыто. Влажные внутренние стенки жадно всасывали его пенис, но он намеренно замедлил темп.
Я хочу провести с хорошей девочкой Эрабль максимально безопасный секс. Хотя бы на первых порах. А если не выйдет… что ж, ничего не поделаешь.
Хлюп, хлюп, хлюп… Эрабль, не привыкшая к подобному, раз за разом умоляла кого-то о прощении, твердя, что была не права, и билась в конвульсиях.
Медленно прокладывая себе путь, головка наконец протолкнулась до самого конца влагалища, уткнувшись в шейку матки, круглую, как яйцо. Тело Эрабль выгнулось назад. Она то и дело пыталась оттолкнуться ногами. Но это было бесполезно, так как её промежность была плотно прижата к его бедрам.
— …П-пощадите… а-а, больно…
— Сильно больно?
Вряд ли.
Тело Эрабль обхватывало и сосало его член, обильно изливаясь смазкой. Так, словно она сама кончала.
— Видимо, вам мало. Тогда спущу еще раз, — сказал Дезе, прижимаясь к губам Эрабль.
Она снова забилась, отталкиваясь руками и ногами от простыни. Он с силой придавил её своим лобком. Соприкоснувшиеся гениталии пульсировали. Ритмично сжимаясь и расслабляясь, она жадно высасывала изливающееся семя.
— …П-пощадите… я, я… полезна… от меня есть польза…
— Вы выставляете меня каким-то подонком. А сами тем временем так течете.
Её закатившиеся глаза сфокусировались на нем, и из них градом покатились слезы.
— Вот почему я говорил, что анестетик будет лучше, верно?
С этими словами он игриво щелкнул по набухшему клитору. Эрабль вздрогнула и снова крепко сжалась. Словно просила трахнуть её по-настоящему. Дезе приподнялся и облизал влажные губы.
— Ну, по крайней мере, моя сперма должна быть вкуснее.
Из покрасневшего от двух эякуляций влагалища понемногу вытекала белая сперма. Он развел ноги шире, устраиваясь поудобнее, и крепко обхватил Эрабль за талию.
***
— …Г-горло… в-воды…
От яростных толчков у неё тряслась даже голова.
Эрабль нашарила рукой простыню. Скомканная ткань была влажной.
Числа… дошла до 14 тысяч с чем-то… вроде бы.
Хотелось пить. Поверх её шарящей руки легла большая гладкая мужская рука. Она рефлекторно всхлипнула.
Значит, всё это время я плакала.
— Вы что, выпили еще успокоительного? Незачем было.
Хлюп, чмок, чмок… Влажная плоть смыкалась и расходилась, и вязкая жидкость издавала чавкающие звуки.
Пожалуйста, пощадите… В горле пересохло.
Глаза снова закатились. Зрение померкло и вернулось вновь. Она слишком много изливалась.
Жажда. Мне отчаянно хочется пить. Но глотать его слюну я больше не могу. Хватит, хватит… хватит…
То ли он не ждал ответа на свой вопрос, то ли понял сам, но Дезе открыл стоявшую на прикроватной тумбочке бутылку воды и влил ей в рот.
Хлюп, хлюп… И даже в этот момент его пенис продолжал медленно двигаться внутри неё. Она физически ощущала, как влажная плоть неохотно тянется вслед за ним наружу, а затем снова вминается внутрь. Из-за этого она даже не могла нормально проглотить воду.
От обиды и бессилия Эрабль снова заплакала.
Воды… хочу воды, вода, вода. Если я буду плакать, потеряю еще больше влаги. Блять, похоже, я и вправду откинусь от обезвоживания.
Было так обидно и горько.
— …Хнык, у-угх…
— ……
Уж неясно, о чем он подумал, глядя на неё. Дезе прекратил двигаться, оперся на одну руку и навалился на нее своим гладким телом. Под тяжестью его веса он вошел еще глубже, но зато перестал тереться о внутренние стенки. Хотя от этого было не легче. Эрабль пила воду, которую он ей давал, и продолжала всхлипывать.
Воды… воды… пить.
Даже когда она пила, жажда не отступала.
— Сколько таблеток успокоительного вы выпили?
— …Д-две…
— Две? Неудивительно, что так сушит.
И дело было не только в успокоительном. Учитывая, сколько из нее вытекало и сверху, и снизу, если не поставить капельницу, обезвоживание было неизбежно.
— Не больно?
Из-за того, что он надавил пенисом на какую-то выпуклость на стенке влагалища, в глазах снова потемнело, и комната поплыла.
Воды… моя вода…
Эрабль вцепилась в бутылку и разрыдалась.
— Вот поэтому я и говорил: нужно было сделать анестезию и использовать презерватив.
Он снова завёл свою пластинку про «а я что говорил». Было очевидно, что он над ней издевается, но ей было плевать.
Сейчас главное — вода, вода, вода…
— И вам было бы куда проще. И почему вы так упирались?
— …Не х-хочу… п-презерватив не хоч…
Я не говорила, что не хочу презерватив!
— Вот как. Мне тоже больше нравится без него.
Блять.
Эрабль, чья речь была парализована, попыталась выразить протест, мотая головой. Но из-за этого её тело качнулось, и всё внутри снова перемешалось. Она опять скулила и плакала. Блять…
Она водила одними глазами в поисках разорванной упаковки от презерватива, которую он отбросил в сторону. Нащупав её, она протянула её ему за спину. Руки и ноги дрожали.
В этот момент перед глазами снова потемнело. Его пенис, пронзивший её тело насквозь, как кол, казался сейчас центром вселенной.
Что за ебаный мир.
Эрабль плакала, потому что ей было страшно.
— Теперь вы хотите, чтобы я надел презерватив?
Услышав это, Эрабль кивнула. Это было очевидно, но из-за кивка тело снова качнулось.
Снова, снова…
Дрыгая конечностями от этой блядской реальности, Эрабль горько рыдала.
Его член был толщиной с предплечье. И этот толстенный член, словно кол, пронзал её от самого влагалища до солнечного сплетения. Между предплечьем и колом её тело безостановочно истекало соками.
О чем я вообще сейчас думаю? Ах да, о толщине и коле. Блять…
Даже кончая раз за разом, она успевала поймать экзистенциальный кризис.
