Поднятие уровня с Богами

Глава 36

 

В огромной пещере…

– Ого. Не думал, что здесь есть подобное место.

– Да уж, она реально огромная.

– Тут сыро, душно и воняет как-то странно…

– Говорят, раньше здесь обитало племя ящеролюдов, хотя их логово зачистили уже бог знает когда.

– Как бы то ни было, нас тут собралось немерено.

В течение дня под этими сводами собралась внушительная толпа. Все они были игроками в белых шакальих масках – людьми, которые промышляли охотой на новичков первого этажа.

– Здесь не меньше тысячи человек.

– Неужели шакалов так много?

– Мы вечно разбросаны по разным углам, так что ничего удивительного, что мы не знали точной цифры.

– Это вообще первый случай, когда нас всех согнали в одно место?

Организация шакалов состояла из сети мелких шаек, рассредоточенных по всему этажу. Собираться вместе для них обычно не имело смысла, поэтому они действительно впервые видели друг друга в полном составе.

– Слыхали, вон та группа умудрилась раздобыть «Гадюку Флока»?

– «Гадюку Флока»? Она же стоит около десяти тысяч очков!

– Твою мать. А наша группа в этот раз вообще ни черта не поймала…

– Эй, радовались бы, вы же зацепили парочку симпатичных девах. Уверен, на черном рынке за них отвалят кругленькую сумму.

– Хе-хе. Твоя правда. Если бы не капитан…

– Эй, тсс!

Разговоры шакалов мгновенно стихли. Причиной тому стал один-единственный человек, только что переступивший порог пещеры.

– Все в сборе? – спросил он.

Это был шакал в красной маске – король этих банд. Му Ун Чхон явился лично.

– Ого…Так это он…

– Впервые вижу его вживую.

– Капитан, это правда наш босс?

Рядовые шакалы, никогда прежде не видевшие Ун Чхона, принялись шепотом расспрашивать своих главарей. Те в ответ лишь молча кивали.

Когда предводители мелких банд опустились на одно колено и склонили головы, остальные послушно последовали их примеру. Зрелище вышло впечатляющим: целая тысяча головорезов склонилась перед одним человеком.

Ун Чхон самодовольно ухмыльнулся под своей маской.

– Вольно, можете подняться, — вдоволь насладившись приветствием, Ун Чхон взмахом руки велел бандитам встать.

Среди толпы снова пополз приглушенный гул.

– Значит, слухи не врали…

– Он ведь никогда не показывался на людях, с чего вдруг сейчас объявился?

– Поговаривают, у него за спиной стоит какая-то нереальная шишка.

– Не за его спиной, а за нашей.

– То-то нам до сих пор удавалось водить за нос Бюро надзора…

По пещере поплыло эхо от чужих пересудов, и на лбу Ун Чхона вздулись вены. Ему жутко не понравился этот балаган.

– Любой, кто с этой секунды откроет рот…

Ун Чхон резко выхватил висевший на поясе клинок и по пещере раздался холодный шелест стали.

– Лишится головы.

Даже в полумраке сырой пещеры обнаженное лезвие Ун Чхона вспыхнуло ярким, холодным блеском.

«Меч лунного света». Предмет этой категории стоил слишком дорого, чтобы им мог владеть обычный игрок первого этажа, но прямо сейчас это оружие покоилось в руках короля шакалов.

Толпа мгновенно притихла.

Главари банд тоже обнажили клинки и наставили их на тех, кто продолжал шептаться, так что в пещере в один миг воцарилась гробовая тишина.

Ун Чхон опустил лезвие и продолжил:

– Теперь перед нами стоит важная миссия.

– Миссия?

– Какая еще миссия…?

Кое-кто переспросил чисто на рефлексах, но тут же поспешно зажал себе рот под тяжелыми взглядами капитанов.

Когда мелкий гул улегся, Ун Чхон продолжил:

– Я и сам пока не знаю всех деталей. Раз для дела потребовались мы все, задание будет не из легких. Но в одном я уверен точно…

Ун Чхон сжал кулаки и высоко вскинул руки над головой.

– После сегодняшнего дня мы, шакалы, взлетим до самых небес!

Бандиты взорвались ликующими криками и гул радостных голосов прошёлся по пещере. И пусть часть толпы просто поддалась общему настрою, Ун Чхон все равно самодовольно улыбнулся.

– Позвольте мне представить их вам.

Ун Чхон указал рукой в сторону входа.

– Наши покровители.

В пещеру вошли двое. На обоих были точно такие же красные шакальи маски, как у Ун Чхона – символ безраздельной власти короля шакалов. Из-под масок виднелись пряди волос: у одного золотистые, у другого черные. Это были Харган и Ю Вон.

– Спасибо, что проделали этот путь и лично прибыли сюда, господа, – Ун Чхон почтительно поклонился им, после чего протянул толстый, увесистый конверт. – Это скромный знак нашего уважения…

– Что внутри? – Ю Вон протянул руку и забрал конверт.

Заглянув внутрь, он обнаружил пачку банкнот с выгравированной цифрой «1000». На каждой купюре с помощью особого навыка был выбит уникальный защитный узор.

– Это валюта Асгарда, господин. Каждая банкнота эквивалентна тысяче очков. Нам удалось собрать эту сумму во время последних поборов.

Асгард создал собственную уникальную валюту. Купюры можно было приобрести за очки и использовать как самые обычные бумажные деньги. А поскольку эта валюта была обеспечена Асгардом, она принималась повсеместно.

– И это все, что вы собрали?

– Да, господин. Всё до последнего очка.

Харган тоже скосил глаза и заглянул в конверт, пока Ун Чхон давал объяснения. Каждая бумажка стоила тысячу очков, а пачка была на удивление толстой — никак не меньше нескольких сотен купюр. То есть в руках Ю Вона сейчас находились сотни тысяч очков. Даже Харган, выросший в роскоши Олимпа, невольно опешил от такого куша.

«Значит, решил сжечь за собой все мосты», – подумал Ю Вон.

Глядя на эту сумму, он не сомневался, что вожак шакалов принес им почти весь криминальный доход своей шайки. Ю Вон прекрасно знал, что Агамемнон наверняка спит и видит, как заберет эти деньги себе. Передача капитала «людям Зевса» означала лишь одно: Му Ун Чхон бесповоротно решился переметнуться на их сторону.

– Спасибо за подарок, – буднично, словно в этом не было ничего особенного, отозвался Ю Вон и убрал конверт в свой инвентарь.

Затем он окинул взглядом тысячную армию шакалов, заполнившую всю пещеру. Под этими сводами яблоку негде было упасть. Другой столь же многочисленной уличной банды на этаже попросту не существовало.

Глядя на них, Ю Вон слегка усмехнулся под своей маской.

– Ну что ж…

Он медленно поднял руку, и на кончиках его пальцев начала стремительно сгущаться обжигающая мана.

– Пришло время прощаться.

Ю Вон небрежно щелкнул пальцами. Прямо перед ним вспыхнула стена яростного огня, которая с бешеной скоростью устремилась в глубь пещеры, пожирая все на своем пути.

– П-пожар!

– Ч-что это такое?!

– Да как––?!

Огонь распространился в мгновение ока. Алое пламя в считаные секунды заполнило пещеру, и в воздухе поднялся едкий, удушливый дым.

Шокированный Ун Чхон поспешно отпрянул подальше от этих двоих, а в пещере воцарился сущий хаос.

«Неужели это…?»

Ун Чхон вспомнил про жидкость, которая покрывала весь пол пещеры. Он-то наивно полагал, что здесь просто сыро, но дело было совсем в другом. Жидкость на земле, похожая на обычную воду, вовсе не тушила огонь — она заставляла пламя разгораться с бешеной скоростью. Это была не вода, а горючее масло.

«Но почему не было запаха…?» – недоумевал Ун Чхон. Ведь масло всегда резко пахнет.

И тут ему в голову пришло название одного предмета: «Порошок безмолвия»!

До Ун Чхона наконец дошло. С помощью этого средства Ю Вон скрыл резкий запах топлива. А поскольку они находились в глубоком гроте, влажный пол ни у кого не вызвал подозрений.

– С дороги! Шевелись!

Ближайшие шакалы в панике бросились к выходу, отчаянно пытаясь выжить, но Харган среагировал мгновенно. По всей пещере разразился грохот – пытавшиеся сбежать бандиты с криками отлетели назад от шквального удара. Ю Вон и Харган живой стеной встали прямо в проходе, намертво перекрывая единственный путь к спасению.

Ун Чхон переводил дикий взгляд с горящих заживо шакалов на стоявших у выхода парней. Все произошло настолько стремительно, что его мозг отказывался соображать.

– Да ч-что здесь, черт возьми, происходит…? – глаза Ун Чхона налились яростью, и он прикрикнул: – Вы что творите?!

– В каком смысле – «что творим»? – Ю Вон сорвал с лица маску и небрежно отбросил ее в сторону. – Устраиваем генеральную уборку.

Ю Вон наступил на маску, и та легко проломилась под его подошвой. Следом за ним Харган тоже сорвал её и бросил в сторону. И когда оба наконец открыли свои лица, до Ун Чхона дошло: эти двое и не думали с ними сотрудничать.

– Вы… Вы не из Олимпа!

– Ошибаешься, – Харган ответил, мощным ударом отправляя в нокаут очередного шакала. – Я как раз таки из Олимпа.

– Тогда почему?!

– Потому что вы, мерзавцы – позорное пятно на имени нашей фракции. – Харган намертво встал у самого входа в пещеру. – И я лично выжгу эту заразу собственными руками.

Ю Вон тоже без тени сомнения разил мечом каждого, кто пытался прорваться к выходу. С самого начала он не планировал выпускать отсюда живым ни одного человека.

Вход в пещеру оставался единственным спасительным выходом. Других путей отступления не было. А значит, чтобы спастись от бушующего за спинами ада, Шакалам нужно было во что бы то ни стало пробиться сквозь Харгана и Ю Вона.

– Проклятье…!

Ун Чхон в панике выхватил свой комплект игрока. Прямо сейчас в его голове крутилось лишь одно имя – Агамемнон. Однако…

[Сообщение не может быть доставлено.]

– Да почему?! – в ужасе закричал Ун Чхон, лихорадочно отправляя запрос за запросом, умоляя Агамемнона как можно быстрее явиться по координатам. – Почему эта дрянь не работает?!

– Комплект игрока передает сообщения, преобразуя в текст хранящуюся внутри ману, – Ю Вон лишь холодно усмехнулся, глядя на эти жалкие попытки. – Ты серьезно думал, что набор игрока будет нормально работать посреди такого балагана?

Принцип блокировки кристалла связи был предельно прост: нужно было всего лишь заполнить все окружающее пространство плотными потоками чужой энергии. Именно это сейчас и происходило. Огненный навык Ю Вона создал вокруг пещеры колоссальную завесу маны, и любая попытка отправить магическое сообщение попросту рассеивалась, не имея возможности пробиться сквозь бушующую стихию.

Время шло, но пожар и не думал утихать, разгораясь лишь сильнее с каждой секундой. И больше половины шакалов уже сгорели заживо.

– Да ч-что вы встали?! – истошно заорал Ун Чхон, указывая на Ю Вона и Харгана. – Прикончите этих ублюдков! Пробейте уже дорогу!

Его крики были бесполезны. Даже без приказов своего вожака шакалы отчаянно перли напролом, ведомые единственным желанием — выжить. Но стоило им приблизиться к проходу, как они тут же лишались голов или превращались в обугленные трупы под шквалом электрических разрядов.

Неожиданно языки пламени подобрались вплотную к самому Ун Чхону.

– Черт—!

Оказавшись зажатым в угол, Ун Чхон наотмашь выхватил меч. Чтобы выжить, ему оставалось только драться. Поэтому он рванул вперед, закрутив потоки маны вокруг своих ног для резкого ускорения. Он целился Ю Вону прямо в незащищенный бок, пока тот отвлекся на очередного рядового шакала.

Но Ю Вон плавно повернул голову, и их взгляды встретились. Его глаза полыхали кроваво-красным огнем.

«Я… я не могу пошевелиться…»

На долю секунды тело Ун Чхона сковал могильный ужас, словно парень превратился в каменное изваяние. И пока он каменел от ужаса, Ю Вон одним резким, размашистым движением снизу вверх рассек Ун Чхона пополам – от паха до самой макушки.

Через все тело Ун Чхона пролегла тонкая алая линия. В ушах дико зазвенело, мысли путались, а мозг больше не мог соображать. Казалось, будто время вокруг замерло, а весь мир замедлил свой ход. И прямо перед тем, как окончательно потерять сознание, встретившись взглядом с Ю Воном, он услышал последние слова в своей жизни:

– Деньгам, что ты мне отдал, я найду достойное применение.